Евгения Ткачева – Щелкунчик и благородная разбойница (страница 1)
Евгения Ткачева
Щелкунчик и благородная разбойница
От автора
Привет, дорогой читатель!
Меня зовут Женя, мне 21 год, и это моя первая книга. Я держу её в руках и до сих пор не верю, что это всё на самом деле. Честно.
Клару я придумала, когда мне было девятнадцать. Я смотрела на снег за окном и думала: а какой была бы девочка из «Щелкунчика», если бы ей пришлось выживать на улице? Если бы у неё не было богатых родителей, а была только старшая сестра с кинжалом и младший брат, которого нужно защищать?
Так появилась Клара. А за ней – Нед, Нат, Аня, Ден и, конечно, Дроссельмейер. Они стали моими друзьями на два года. Я писала эту историю ночами, в метро, по дороге на учёбу или обратно. Когда я писала, я словно оказывалась вместе с героями в их мире. Радовалась и плакала вместе с ними, а иногда просто сидела и улыбалась в экран, потому что они сказали или сделали что-то, что тронуло меня до глубины души.
Я очень надеюсь, что вы почувствуете то же самое. Что Клара станет для вас подругой, Нед – тем самым героем, в которого можно влюбиться, а Нат – тем, кого хочется обнять и сказать: «Всё будет хорошо».
Спасибо, что открыли эту книгу. Спасибо, что дочитали до конца. Для меня это очень важно.
С любовью и верой в чудеса, Евгения Ткачева.
Глава 1. Три сироты
Если бы вы спросили меня о месте и времени, в котором произошли события этой повести, я начал бы свой рассказ так:
Был обычный холодный рождественский вечер в Петербурге. Город готовился к величайшему зимнему празднику: на главной площади украшали огромную ёлку, на улицах развешивали гирлянды, а в домах хлопотали над праздничными блюдами. В воздухе пахло хвоей, мандаринами и счастьем.
Но, как это часто бывает, счастье доставалось не всем.
В том же городе, в тех же сумерках жили трое детей – две сестры и брат. У них не было ни отца, ни матери. Не было тёплого дома, сытного ужина, рождественских подарков. Была только холодная улица, ветхая одежда и они друг у друга. О жизни в богатом особняке они могли только мечтать.
В один из промозглых декабрьских дней подростки бродили по городу в поисках ночлега – какого-нибудь старого заброшенного дома, где можно пережить очередную ледяную ночь. Они уже отчаялись найти убежище, когда вдруг в тёмном дворе старшая сестра заметила странное движение.
Группа богато одетых господ с приспешниками окружила бедную женщину. Из обрывков фраз, долетевших до детей, стало ясно: несчастная всего лишь хотела встретиться с сыном, чтобы вручить ему подарок – тёплые носки, связанные своими руками. Она умоляла отпустить её. Но жестокий богач с наглой ухмылкой требовал отдать свёрток.
– Если ты не отдашь нам свёрток, я вызову стражу, и они заставят тебя страдать ещё больше! – прорычал он, скалясь в злобной улыбке.
– Пожалуйста, нет! – молила женщина, прижимая узелок к груди.
Старшая сестра не выдержала. В ней вскипела такая ярость, что заглушила страх. Мгновенно, с удивительной ловкостью, она выхватила из сумки кинжал – единственное наследство от погибшего отца. И прежде чем кто-либо успел опомниться, ринулась в драку.
Она налетела на шайку как вихрь. Было понятно: девушка бросается в бой не впервые. Высокая, худощавая, не по годам взрослая и красивая, она двигалась с невероятной грацией. Двое нападавших бросились на неё, но она уворачивалась с лёгкостью кошки и наносила ответные удары точно и жёстко.
Тем временем Клара – самая младшая из сестёр – подбежала к дрожащей женщине и увлекла её в безопасное место – за угол старого дома, подальше от драки. Убедившись, что горожанка в безопасности, Клара достала из кармана горсть золотых монет и протянула ей.
– Держите! – сказала она. – Это не так много, но накормить семью хватит.
Женщина смотрела на неё со слезами на глазах.
– Спасибо, добрая девушка! Как вас зовут, спасительница?
– Клара Гуд, – бросила та через плечо и уже через миг исчезла в темноте, спеша на помощь сестре и брату.
– Счастливого Рождества! – крикнула женщина вдогонку, прижимая к груди и носки, и монеты. И, быстро собравшись, заторопилась к сыну.
А в тёмном дворе всё ещё звенела сталь и слышались глухие удары – старшая сестра продолжала бой.
Глава 2. Благородные разбойники
Пока Клара уводила женщину в безопасное место, её брат и сестра заканчивали начатое. Богачи и их приспешники, связанные по рукам и ногам, бессильно барахтались на снегу, требуя немедленно их отпустить. Ден с Аней даже ухом не повели – эти люди получили по заслугам.
Из кареты, принадлежавшей жадным господам, они извлекли несколько увесистых мешочков с золотом и перетащили в свой тайник.
– Отлично потрудились, – довольно улыбнулась Аня, отряхивая руки от снега. Именно так звали старшую из троих сирот – высокая, статная, с огненным взглядом и решительным характером.
– Уверен, эти богачи-разбойники запомнят этот вечер надолго, – усмехнулся Ден, пиная ногой ближайший мешок с награбленным.
Аня задумалась. Взгляд её упал на тёмное небо, где уже зажигались первые рождественские звёзды.
– Слушай, Ден, – тихо сказала она. – А что, если сделать Кларе подарок на Рождество?
Ден на мгновение замер, но потом продолжил перетаскивать мешки.
– И что ты предлагаешь? – осторожно спросил он. – Ты же знаешь: все деньги и вещи мы раздаём бедным. Тем, кому они нужны больше, чем нам. – Он поднял на сестру серьёзные глаза. – Запомни, Аня: мы не такие разбойники, как они. Мы не жадные и не жестокие. Мы занимаемся благородным делом – помогаем тем, кто не может постоять за себя.
Аня вздохнула. Конечно, брат прав. Но сердце щемило от мысли о младшей сестрёнке.
Она вспомнила их прошлое.
***
Раннее детство оборвалось в один миг. Родители погибли, и трое детей оказались в сером, унылом приюте. Этим заведением заправляла строгая пожилая дама – мисс Дичисс.
До сих пор при одном упоминании её имени у Ани по спине пробегал холодок.
Мисс Дичисс была настоящим чудовищем. Дети боялись попадаться ей на глаза. А тех, кто осмеливался смеяться или устраивать розыгрыши, она безжалостно отправляла в холодный тёмный подвал. За глаза сироты звали её ведьмой. И, надо сказать, прозвище соответствовало действительности: уродливое лицо старухи было покрыто прыщами и бородавками, а из-под вуали чёрной шляпки сверкали маленькие злые глазки.
Однажды, в рождественский сочельник, Аня решила тайком порадовать младших. Кларе тогда было восемь, Дену – одиннадцать, а самой Ане – четырнадцать. Долгими вечерами, когда все в приюте засыпали, она шила из старых обрезков ткани плюшевого кролика для Клары. А для Дена смастерила открытку с тёплыми словами.
В тот вечер, когда всё было готово, Аня уже собиралась вручить подарки, как вдруг в дверь их комнаты громко постучали.
Дети замерли. Сердце ушло в пятки.
Это была мисс Дичисс.
Они знали: старуха ненавидела Рождество лютой ненавистью. Всё, что напоминало о празднике, вызывало у неё приступы злобы. Если она войдёт и увидит подарки… Их отправят в подвал. На всю ночь. А может, и дольше.
Но Аня не растерялась.
Их комната находилась на первом этаже. В одно мгновение она подлетела к окну, распахнула створки и впустила в комнату морозный воздух. Затем метнулась к сундуку, где хранилась верёвка, и крепко привязала один её конец к оконной раме.
– Живо! – прошептала она. – Прячьте подарки под кровать и ко мне!
Клара и Ден действовали бесшумно. Плюшевый кролик и открытка исчезли под кроватью за долю секунды. Дети кинулись к окну и один за другим скользнули вниз по верёвке.
И ровно в тот миг, когда ноги Ани коснулись земли за окном, дверь с грохотом распахнулась.
Мисс Дичисс ворвалась в пустую комнату, сверкая глазами.
А трое детей, прижимаясь друг к другу в темноте, беззвучно радовались своему чудесному спасению.
***
– Аня? – голос Дена вернул её в настоящее. – Ты чего застыла?
Аня моргнула и посмотрела на брата. Снег падал на его тёмные волосы, и в свете фонарей он казался почти сказочным принцем, а не беспризорником.
– Да так… вспомнила кое-что, – тихо ответила она. – Ладно, пойдём найдём Клару. Ещё успеем придумать, что ей подарить.
И они зашагали в темноту, туда, где недавно скрылась их младшая сестра.
Глава 3. Ночлег в метели
С тех пор так и повелось.
Аня стала для младших и матерью, и отцом, и защитницей. Именно она подыскивала места для ночлега – заброшенные дома, пустующие сараи, иногда, если везло, чердаки добрых людей. Оставляла там Клару и Дена, а сама отправлялась на поиски еды. Иногда приходилось просить милостыню, иногда – воровать на рынке хлеб или молоко. Совесть мучила, но голодные глаза брата и сестры были сильнее стыда.
В этот момент из темноты показалась Клара. Живая, невредимая, чуть запыхавшаяся после бега. Аня улыбнулась и пошла ей навстречу.
Вскоре к ним присоединился и Ден, закончивший с мешками. Молодые люди живо зашептались, обсуждая произошедшее – удачное дело, спасённую женщину, связанных богачей.