Евгения Потапова – Общежитие Феникс (страница 97)

Дети стали между собой обсуждать какие-то мультфильмы, а Олеся просто смотрела в окно и думала о своей жизни. Она периодически мыслями возвращалась к сайту с продажей недвижимости. У нее на счету уже скопилась неплохая сумма, которую она могла вложить в покупку недвижимости, но с учетом ипотеки или какого-нибудь кредита. Но ей надо было отработать хотя бы полгода в статусе самозанятой, чтобы получить необходимую сумму от банка.

— Эх, надо было не дорогое нижнее белье с сумками себе покупать, а деньги копить, — вздохнула она про себя, — Но кто же знал, что всё так обернется. И теперь нет ни денег, ни дорогих вещей.

Дениска перестал болтать и задремал. Он привалился к Олесиному плечу и сладко сопел. Она посмотрела на него и улыбнулась — главное, дети были здоровы и счастливы, а там всё потихоньку наладится, пережила же она эти два месяца как-то, и оставшиеся четыре переживет. Может, подвернется подходящий вариант и без ипотеки всё обойдется, больно уж она не хотела брать деньги в долг, тем более у банка. Не всю же жизнь жить на съеме. Ей еще повезло, что Андрей вложил материнский капитал в какой-то пенсионный фонд, из которого она смогла его с легкостью забрать обратно.

С такими думками они и доехали до родного поселка. За несколько километров до него она позвонила маме и сказала, что через десять минут будут на остановке.

— Ага, хорошо, сейчас отца отправлю вас встретить, — обрадовалась мама.

— Отлично, — улыбнулась Олеся.

Она сбросила звонок, разбудила Дениску.

— Ну что, мои любимые детки, мы почти приехали, — сказала она.

— Как хорошо, — улыбнулся и потянулся сын, — А то я уже ножку отсидел.

— Сейчас на улице разомнешься, попрыгаешь, побегаешь, — кивнула она.

Автобус въехал в поселок, и пассажиры стали торопиться на выход. Олеся велела сидеть детям и ждать, когда он остановится.

— Не торопитесь, успеем, — сказала она.

Поддержка родных важна

На остановке их уже ждал отец Олеси. Радостная ребятня повисла у него на шее.

— Дедушка, мы приехали, — вопил Дениска, — Ура!

— Ура, мои хорошие, — целовал он их в щеки, — Идем, дочка, я и тебя поцелую.

Он чмокнул Олесю в щеку.

— Давай свои манатки, — протянул он руку и забрал сумку у нее, — Ну чего стоим, кого ждем? Быстро дуем в машину. Нас уже там ждут.

Они все вместе направились к пятидверной Ниве.

— Видишь, я машинку себе обновил, — похвастался отец.

— Молодец, правильно сделал, а то чинил постоянно свою старушку, — улыбнулась Олеся.

— Вот да, замучился с той, один день езжу, пять чиню.

Отец усадил всех в машину, и они направились к дому родителей.

— Как там сестрица поживает? — спросила Олеся.

— Какая из двух? Катька готовится к экзаменам.

— Я спрашиваю про любимую вашу дочку.

— У нас все любимые, за каждую душа болит, — ответил отец, — Токсикоз у нее страшный, всю раздуло, толком ходить не может. И хоть бы узнать, от кого она беременна, морду ему начистить. Не говорит нам, зараза такая. Может, ты ее сможешь разговорить.

— Ничего не обещаю, — нахмурилась Олеся.

Подъехали к дому. Тут же во двор выскочила мать, младшая сестра и бабушка.

— Ой, наши родные приехали, любимые, — кинулась мама обниматься с внуками, — Давайте быстрей заходите в дом, чего стыть на улице.

Все вместе вошли в дом и стали снимать верхнюю одежду.

— Олеська, ты прямо похорошела, вот что значит свобода, — сказала мама, рассматривая старшую дочь, — Хоть удалось что-нибудь отжать у этого у-пыря?

— Ты про одежду или еще про что-то? — спросила Олеся, стаскивая сапоги с ног.

— Я про всё.

— Да так, по мелочи, — уклончиво ответила Олеся.

— Ну, давайте проходите в комнату, мы уже на стол всё накрыли, только вас ждем, — сказала мама.

— А Светка где? — поинтересовалась Олеся.

— Лежит, отдыхает.

— Ясно.

Ребятня поскидывали с себя куртки и побежали в большую комнату.

— Там вам дедушка Мороз под ёлочку подарки положил, — улыбнулась мама.

Все прошли в комнату, в которой стоял накрытый стол. В кресле сидел дед и смотрел сосредоточенно телевизор.

— О, внуча приехала, — он встал со своего места.

От него уже попахивало алкоголем, видать потихоньку уже принял рюмашку чего-то крепкого. Он обнял Олесю.

— Не поддавайся этим змеям, — шепнул он тихонько ей на ухо.

— Ладно, дедусь, — хихикнула она.

Разместились все за столом. В комнату вплыла Светлана, гордо неся впереди себя большой круглый живот.

— Отлично выглядишь, — сказала ей Олеся.

— Ой, не надо мне делать комплименты, ноги, как колодки, морда, как блин, — простонала сестра и устроилась за столом, — Как ты двоих детей выносила? Я, наверно, не доживу до начала родов.

— Мамку нашу спроси. У нее вообще нас трое.

— Я спрашивала, а она не рассказывает.

— Я уже толком не помню, — отмахнулась мама, — Ладно, девочки, хватит болтать, давайте пообедаем, а то всё утро готовили, а толком не поели. Отметим Новый год. Дед, открывай шампанское.

— А сейчас, а мне рюмочку можно? — засуетился он.

— Мама, может, отца подождем? — спросила Олеся.

— Семеро одного не ждут, — сказала мама.

— Да как-то неудобно, мы все за столом, а он там на улице ковыряется.

— Не переживай, он уже перекусил, — отмахнулась мама.

Дед хотел побултыхать бутылку шампанского для пущего эффекта, но у него отобрала ее бабушка и ловкими движениями пальцев аккуратно ее открыла.

— До седой головы дожил, а всё детство в трусах играет, — она строго посмотрела на него, — Нечего ценный продукт на говно переводить.

Бабулька быстро разлила шампанское всем по бокалам, немного плеснула даже беременной Светлане.

— Ей не надо, а то же она беременная, еще какой-нибудь дурак родиться, — сказала мама.

— Неизвестно, от кого она беременна, так что можешь не переживать за то, что она выпьет глоток вот этой шипучки. Там, может, крендель тоже слегка тогось, дурачок, поэтому она нам его представлять не хочет, — ответила бабушка.

Светлана не обращала внимания на разговор женщин, видать, уже привыкла.

— Мои любимые змеюки, — хихикнул дед.

— Сейчас тоже пойдёшь на улицу, огород чистить, — пихнула его в бок бабушка. — А то от безделья тебе всякая ерунда в голову лезет.