Евгения Потапова – Общежитие Феникс (страница 71)

— Так может получиться что-то с него стребовать. К тому же за спрос не дают в нос. Поговорить-то можно.

— Наверно, ты права. Так я вообще без ничего останусь, только с тысячей и пакетом с продуктами, а так, может, чего и поимею. Хоть чуть-чуть.

— Не наверно, а точно.

— А ты чего вся светишься? Бэушного мужа посадили?

— Пока нет, но мне отдадут половину его денег.

— И много? — спросила Маша.

— Где-то семьсот пятьдесят. Но мне с них нужно заплатить госпошлину и проценты адвокату. Скорее всего, останется около 650 тысяч.

— Не фига себе, какие расценки у всех, — всплеснула руками Маша.

— А так у меня вообще никаких денег не было, все ему оставила. А там, может, еще и за машину хоть что-то получу, — Олеся чуть ли не приплясывала.

— Глядишь, так себе и на квартиру насобираешь. Или будешь к Юре клинья подбивать?

— Не-не-не, меня теперь этим не возьмёшь, — помотала головой Олеся. — Я теперь умная, всё, что мое, останется со мной, а вот чужое мне и не достанется. Квартира или дом мужика, значит, я в приживалках. В таком случае меня можно в любой момент под зад пнуть коленом, что Андрей в прямом смысле и сделал. И отягощающие обстоятельства в виде детей ему не помешали. Вот как появится свое жилье, так и буду думать о мужиках. Платит мне этот Юра за выход в свет, и пусть дальше платит, я отказываться от денег не буду. Любовь-морковь подождет. Сейчас передо мной стоят другие цели. Мне вот тогда надо было не замуж бегом бежать, а копить на свою квартирку. А я прямо размечталась жить долго и счастливо, — усмехнулась Олеся.

— Правильно мыслишь, — согласилась Маша с ней. — Я тоже так думаю. Вот только дойти к цели мне помешала чужая машина.

— Ну, может, она тебе поможет до нее добежать. Позвони юристу, проконсультируйся, ведь ты ничего не теряешь.

— Угу, сейчас так и сделаю. Я вот чего думаю, скоро Новый год. Как праздновать будем? Или ты к своим поедешь?

— Не знаю, я думала числа второго к ним отправиться. В этом году хочу спокойный Новый год, без всех этих пьянок и гулянок. А ты что думаешь? — спросила Олеся.

— Вот я тоже не рвусь тридцать первого в деревню. Меня там сейчас быстро работой завалят и не посмотрят на мое состояние. К тому же папаня у меня любит приложиться к рюмке в честь праздника. Он, конечно, не буянит, не ругается, но такой становится занудный, будет ходить за тобой и разговоры разговаривать. Потом решит, что ему мало внимания уделяют, и пойдет по соседям поздравляться. А в половине двенадцатого мы с матерью будем его искать по всей деревне. Притащим без пяти двенадцать, поругаемся и нормально не встретим. Ну уж нафиг мне такое счастье сдалось. Это ее муж, ей так нравится жить, пусть сама с ним и разбирается. Так что я решила, что мы тоже второго числа поедем к ним в гости.

— Значит, будем справлять Новый год в квартире?

— Наверно. Надо еще Мадину спросить, что она думает по этому поводу. Может, еще и Иринка придет с ребятней.

— Кто такая Иринка? — спросила Олеся.

— Та женщина, что до тебя тут жила. Она ко мне пару раз в больницу приходила, да и так мы с ней иногда перезваниваемся. Тоже хорошая женщина, — пояснила Маша.

— Ну вот, весело справим Новый год. Только надо детям Деда Мороза организовать, да елку уже ставить, четыре дня до праздника осталось. И что-то с подарками придумать, чтобы всем примерно одинаковое было, чтобы без обид.

— Елку — легко. У нас на антресолях лежит елочка местная. Насчет игрушек ничего не могу сказать, может, что-то и имеется. Надо смотреть. Вот только я туда не полезу, сама понимаешь.

— Давай я все достану.

Маша с Олесей вышли в коридор. Олеся принесла и поставила высокий стул и залезла на антресоли.

— Тут вот что-то в пакете большое лежит. Это оно? — спросила она.

— Наверно, тащи, — велела Маша.

Олеся вытащила пакет с елкой и небольшую коробку с игрушками.

— Ну вот, что-то, да и осталось. Сейчас ребятня придет, будем с ними наряжать, — обрадовалась Маша, — Может, чего потом и подкупим. Ой, Олеська, чего мы с тобой тут разболтались, беги к своему адвокату. Обещаю, что без тебя ничего наряжать не будем. Ты чего такая грустная стала?

— Да у нас в квартире осталось много игрушек, и елку мы всегда покупали настоящую.

— Хочешь, купи живую, я не против. А за игрушками можно сходить в квартирку, пока твоего монстра там нет. У тебя же ключи от нее остались?

— Да, где-то валяются. Только он мог замок поменять.

— Можно ведь проверить, — усмехнулась Маша.

— Предлагаешь залезть в квартиру? — удивилась Олеся.

— Почему бы и да. Игрушки кто покупал?

— Какие-то я, какие-то мы с детьми. Андрея вот это все не особо волновало. Он больше за стол переживал. Эх, у меня же такие красивые новогодние тарелки там остались и скатерти, — вздохнула Олеся.

— Все, решено, разберешься с банком, и мы проведем рейд на твою квартиру.

— На его квартиру, — уточнила Олеся.

— Да какая разница. У детей должен быть нормальный Новый год. Все, иди, собирайся, я буду звонить Мадине.

— Позвони сначала адвокату, а потом уже Мадине, а то потом забудешь. Глядишь, так после Нового года все со своими квартирами будем, — улыбнулась Олеся.

— Вот ты мечтательница, — усмехнулась Маша, — Но мечтать не вредно.

— Вредно не мечтать, — закончила Олеся.

Она развернулась и пошла к себе в комнату одеваться. Маша набрала номер автоюриста. Разговаривала она с ним недолго, попрощалась и положила трубку.

— Олеська, прикинь, он сказал, что мне положена какая-то компенсация от страховой. Но я же не застрахована. Какая компенсация?

— Маша, я в этом не разбираюсь. С ним разговаривай. Если говорит, что положена, значит, положена, — пожала плечами Олеся.

— Еще он мне сказал собрать все документы по делу. Обещал выслать список.

— Ну вот, глядишь, дело сдвинется с мертвой точки.

— Я на это надеюсь, — улыбнулась Маша. — Спасибо тебе, Олеська.

— Пока не за что. Все, хватит меня отвлекать. Мне собираться надо.

— Ага, одевайся.

Маша вышла из комнаты, а Олеся продолжила одеваться.

А давай ты у нас будешь Дедом Морозом на Новый год

Маша села и стала изучать список справок и документов, которые надо собрать. От всего этого аж голова закружилась, и снова стало тошнить. Вспомнила про лекарства и тяжело вздохнула, надо было выбираться из дома, чтобы еще и таблетки нужные купить и справки собрать. Она задумчиво посмотрела на телефон и набрала номер Ивана.

— Привет, Машуль, что-то случилось? Как себя чувствуешь, может, привезти что-то надо? — спросил он сразу.

Маше как-то потеплело на душе от его вопросов. Она тяжело вздохнула.

— Да вот надо собрать какие-то документы и справки для страховой. Оказывается, мне какая-то компенсация положена. Я даже не знала об этом, — сказала она грустно. — А еще у меня голова болит и кружится.

— Ты лекарства купила себе, которые доктор прописал? — строго спросил он.

— Нет, я забыла про них. Сейчас Олеська придет, я ее пошлю за ними.

— Хочешь, я тебе привезу их? Может, чего из продуктов надо?

— Продукты пока все есть, а за лекарствами Олеся сходит с моей карточкой, чтобы были чеки для компенсации, — ответила Маша.

— Ну да, тут надо всё собрать, — согласился Ваня. — Слушай, мне тут батя припер мешок картошки. Вам надо? Он у меня все равно испортится, я столько не съем, все равно целыми днями на работе торчу. Еще два вилка капусты привез. Я один живу, зачем мне столько овощей? Я привезу?

— Ну привези, — вздохнула Маша.

— Ты хотя бы пару дней дома посиди, никуда не выходи, а то опять потеряешься. За справками твоими мы с тобой потом съездим. Договорились? У меня все равно больничный до следующего года, так что, надеюсь, все с тобой успеем. Ну что, везу картоху с капустой?

— Вези, — кивнула Маша.

— Тогда жди меня. Детям чего-нибудь вкусного взять?

— Да вроде ничего не надо.