Евгения Потапова – Ненужные (страница 7)

Ниночка достала из авоськи большой бумажный сверток и развернула его. Там лежали ломти хлеба, два яйца, несколько маленьких огурчиков, мытая редиска и что–то в фольге.

– Это картошка отварная, – пояснила она, – Папка мне сварил утром.

– Мне бабушка тоже что–то собрала, – сказала Ляля.

Она развернула свой сверток, там лежал хлеб, свежие огурцы и редиска.

– Всё давай есть, – кивнула Ниночка, – Давай всё сложим в одну кучку. Бери отсюда, что хочется. А еще у меня вот что есть.

Она вытащила из авоськи литровую банку с квасом. Ляля с удивлением на нее посмотрела, но говорить ничего не стала, у каждого свои причуды, может, им так нравится.

Девчата ели, и Ниночка рассказывала, как они с отцом ходили на рыбалку, и как они с ним что ловили, и что обязательно нужно сходить на сома, и за щукой в затон, и что у них есть лодка. Она не замолкала и говорила, говорила, говорила, даже когда жевала, то продолжала говорить. Ляля толком ее не слушала, только кивала головой.

– Ты чистить рыбу умеешь? – выдернула ее из своих мыслей Ниночка.

– Конечно, – кивнула Ляля.

– Ага, вот это мы почистим, а вот это мы отнесем сушиться. Вяленая рыбка очень вкусная.

В одной руке она держала картошку, а другой рукой сортировала рыбу.

– Руки испачкаешь, – заметила Ляля.

– Помою, – ответила Ниночка.

После завтрака они перечистили всю отложенную рыбу.

– А теперь можно и скупнуться, – сказала Ниночка, – Только не здесь. Тут берег плохой, илистый. Чуть дальше есть пляж, там песок и галька.

– Прохладно еще, – сказала Ляля, – Простыть можно. Вода не нагрелась.

– Ты прямо как мой папка говоришь, – надулась Ниночка, – Днем тогда сбегаем, когда жарко станет.

– Угу, – кивнула Ляля.

Они собрали свой улов и направились в деревню. Ниночка опять болтала о всякой ерунде, о рыбе, огурцах, помидорах, удивлялась на птичек, бабочек и любовалась на цветы. Ляля только поддакивала. Около калитки Авдотьи они остановились. Ниночка отдала половину почищенной рыбы Ляле.

– Вот, держи. Нам все равно много. Авдотья, может, уху сварит или рыбу пожарит.

– Спасибо, – улыбнулась Ляля.

– Еще увидимся. Ох, ты и болтушка, Ляля. Я аж устала от твоей болтовни, – сказала Ниночка и побежала домой.

Ляля удивленно пожала плечами и зашла во двор.

Глава 6 Не пущу

Полетели дни за днями. Жизнь потекла неспешным ручейком. Ляля с Ниночкой то ходили на рыбалку, то выливали сусликов на огромном поле, то ставили силки на уток, куропаток и зайцев. Ниночка, несмотря на свои умственные способности, имела отличные охотничьи навыки. Этому же обучала Лялю, которой поначалу было жалко птичек и живность, но, посидев несколько дней на постной пище, поняла, что без мяса прожить очень сложно.

Ляля по–прежнему ходила на остановку практически каждый день. Сначала она брала рюкзак с собой, а потом стала ходить без него. С каждым днем надежды на то, что ее заберет Витюша из этого забытого всеми места, становилось все меньше. Но она все еще верила в его порядочность, ведь они никогда с ним не ругались, жили в мире и ладу. Витя никогда не говорил, что Ляля ему надоела или что у него есть кто–то другой. Наоборот, радовался, когда приезжал к ним, и печалился, когда расставались. Он писал ей такие красивые сообщения каждый день, а теперь пропал, не звонит и не пишет.

Она все больше и больше тревожилась, в голове бродили неспокойные мысли. Душа рвалась от тревоги на части. В мыслях постоянно всплывали разные страшные картины. То ей казалось, что он пробил где–то колесо и его убили злые люди, то он перевернулся на машине и лежит в коме в больнице, то попал в аварию и умер, или у него отшибло память, а то вообще представилось, как его кости обгладывают голодные звери. В последней картинке обязательно присутствовал кабан, волк, медведь и даже лось. Почему именно лось, Ляля не смогла бы ответить, наверно, потому что он большой и страшный.

Все ждали, когда к ним в деревню приедет автолавка. Ляля тоже ждала этого события. С одной стороны, она хотела выбраться из деревни, а с другой не знала, куда им с Лизонькой податься. Ведь у нее никого не было, кроме Витюши, а с тем, по всей видимости, что–то случилось, раз он не выходил на связь.

Периодически Ляля вспоминала родителей, но она даже не знала, живы они или нет. Связь с ними оборвалась тогда, когда она матери сообщила, что ждет ребенка. Тогда мать ее обозвала всякими нехорошими словами заплетающимся языком и сообщила ей, что у нее теперь нет дочери. Ляля разрыдалась и бросила трубку, и с тех пор больше не звонила им и не узнавала, как они там живут. Тех тоже не интересовала судьба дочери. При воспоминании о них она поморщилась.

Здесь ее пока никто не гнал, так что Ляля предпочла бы жить в деревне, чем находиться рядом с пьющими родственниками, прозябающими в синей яме. Хотя, может, они перестали пить и взялись за ум, и может, даже ищут ее? Она решилась набрать номер телефона матери. Долго никто не брал трубку, затем динамик щелкнул.

– Алло, – она услышала незнакомый женский голос.

– Алло, – с удивлением ответила Ляля.

– Я вас слушаю, говорите. Что вы хотели?

– А Аля, Алевтина. Я могу ее услышать? – растерянно спросила Ляля.

– Здесь нет никакой Алевтины. Вы, наверно, ошиблись номером, – ответил уставший женский голос.

– Ну ладно, извините, – Ляля сказала расстроенным голосом.

– Это ваша родственница? – почему–то спросила женщина.

– Да, мама.

– Этот номер у меня уже два года.

– Мы с ней давно не общались.

– Почему? – удивилась случайная собеседница.

– Потому что я забеременела в пятнадцать лет, – ответила Ляля.

– И из–за этого она от вас отказалась?

– Наверно.

– А ребеночек у вас родился или…? – полюбопытствовала женщина.

– Родился, да, дочка, – улыбнулась Ляля.

– И она даже не знает, что у нее есть внучка?

– Скорее всего, нет.

– Ох, ну как же так, это же кровиночка твоя, как так можно?

– Я не знаю, – пожала плечами Ляля.

– Детонька, а как же у вас сейчас судьба сложилась? – спросила женщина с той стороны.

– Живу в заброшенной деревне.

– Как же так?

– Вот так.

Телефон вдруг зашуршал и отключился. Ляля с досадой посмотрела на него.

– Ну хоть я знаю, что он работает, – вздохнула она. – Интересно, мать жива или нет? А отец, что с ним?

Она вдруг представила, что в их квартире живут другие люди, сделан хороший ремонт, не воняет перегаром, канализацией, грязью и продуктами распада. Наверно, так все и есть, решила Ляля.

Она взяла Лизоньку за ручку и пошла от остановки по протоптанной ими тропинке.

– Мама, грибочки! – воскликнула Лизонька.

Почти все поле, по которому они шли, было усеяно белыми и синими шляпками грибов. До этого три дня шли дожди, и вот теперь воздух наполнился запахом свежей земли и грибов. Ляля, прожив три с половиной года в деревне у бабушки Гали, неплохо разбиралась в грибах. Та была заядлым грибником и как только наступала грибная пора, так сразу тащила Лялю с собой на тихую охоту.

– Это же шампиньоны и синяки, – обрадовалась она, – теперь у нас будут не только суп из перепелок, но и грибной супчик, и картошка жареная, и маринованные грибочки.

Она вытащила из кармана тряпочную авоську, которую ей всегда с собой вручала Авдотья, и трофейный ножик. Бабулька считала, что просто так гулять негоже, ведь по дороге можно набрать каких–нибудь полезных травок или ягод, или даже веток и коры деревьев. Так Ляля могла принести домой немного лесной ароматной мелкой клубники, или корешки и синие цветочки цикория, душицу и терпкую мяту.

Теперь она быстро срезала попавшие на дороге грибы и складывала их в сумочку. За несколько минут набрала полную авоську и, схватив Лизоньку за ручку, побежала домой.

– Ты чего заполошная такая? – спросила ее Авдотья, нарезая картошку для супа. – Витюшка за вами приехал?

– Нет, – помотала головой Ляля, – вот.