Евгения Мэйз – Не тот муж (страница 37)

— Ай! — вскрикнула я, пробежав еще немного. — Ай!

Цель была так близко. Я почти добежала до калитки, через которую вносили лодки спортсмены-студенты какого-то колледжа, могла дотянуться до нее рукой и ухватиться за металлический прут, но дернулась, сначала замерев, а потом сделав еще шаг. Укол повторился в другой части стопы и был больнее прежнего. Потом же из меня выбило дух.

— Попалась! — воскликнул Николас у меня над головой. — Бегунья из тебя такая же никакая, как и лгунья!

Сильные руки обхватили меня за пояс и подняли в воздух, заставив на миг успокоиться скованное болью сознание.

— Отпустите меня немедленно! — потребовала я, забыв о раненой ступне.

Я безрезультатно пыталась разжать его вцепившиеся в замок пальцы, но они словно прикипели к друг другу.

— Не могу поверить! — шипит Николас мне на ухо, — Что поверил тебе!

Он все-таки поставил меня на ноги в каких-то кустах. Я тут же дернулась и даже подалась к нему только бы унять острую боль в ноге. Но он отошел от меня, вернулся и навис надо мной.

— Решила сбежать от меня здесь? Серьезно?

Он даже бровь приподнял, но я-то видела, что он и вполовину не такой, каким был, отправившись за напитками. Его настроение улучшилось. Прошло бросающееся в глаза напряжение. Чего не скажешь обо мне. У меня пульсировало в ноге, было жарко и хотелось пить. Теперь по-настоящему.

— Разве похоже на то, что я смеюсь? — осведомилась я, пристав на цыпочки, чтобы облегчить свое состояние. — Или, это какое-то особенное место, где престало быть серьезной, а я как идиотка улыбаюсь?

Мы поменялись с ним местами. Я вела себя совершенно хамским образом, а вот он возвращался в «личину» уравновешенного и умного Николаса, которого я знала когда-то.

— Вообще, определитесь уже наконец плохо я лгу или все-таки хорошо!

Мои слова произвели эффект на него, но только не тот, который я ожидала.

— Я знаю каждый закуток этого места, — как ни в чем ни бывало пояснил француз, обведя взглядом пространство за моей спиной, а потом вновь посмотрел на меня. — Провел здесь все детство в поисках сокровищ, а потом просто выискивая что-нибудь, что заслуживало моего интереса.

В другой раз я бы умилилась столь трогательному объяснению и даже провела параллель с собой. Но только не сейчас.

— Разумеется, я должна была знать об этом. Так? Вы ведь считаете, что я здесь ради вас? Построила маршрут и преследую с самой Москвы?

— А это так? — вдруг улыбнулся он, засверкав глазами в безмолвной улыбке. — Ты преследуешь меня?

— Нет.

Я сделала вдох, а потом повертелась головой, выискивая что-нибудь на что можно было присесть и вытащить вогнанную в ногу колючку. Камень отлично подошел для этих целей.

— Сбежать не получится, пока ты не ответишь на три моих вопроса.

Я взвилась в ответ на его слова, тут же ойкнула и стиснула зубы, чтобы не закричать и сдержать подступившие слезы.

— Я вогнала в ногу занозу, — процедила я еле-еле, посмотрев ему в глаза. — Мне больно.

Он переменился в лице, а я не без мстительности продолжила.

— Я хочу вытащить ее. Можно?

Ему не понравилось, как я разговариваю с ним. Его глаза вспыхивали на каждое мое слово, делая из него возрождающееся божество… А мне не нравилось, когда ведут себя подобным образом. Он не имел права ни на какие вопросы, так же, как и я не могла требовать от него чего-то. Вот только он считал иначе.

— Перестаньте таскать меня! — крикнула я, как только мои ноги оказались в воздухе. — Что за дурацкая привычка?!

Николас усмехнулся. Так же, как и я мстительно.

— Откуда столько недоверия к людям? — осведомился он очень близко от моего лица, а затем добавил. — В этой части клуба кусты шиповника перемежаются с зарослями акации.

Он посадил меня на валун, перед этим расчистив его носком туфель.

— Хочешь загнать еще колючек? — спросил он, присев передо мной.

Я предпочла не отвечать ни на один из его вопросов. Не хотелось спорить, говорить ему, что все из-за него и превращаться в зануду.

— Вы говорили что-то про три вопроса, — сказала я, когда он взял меня за ногу. — Задавайте их.

Я с интересом следила за его руками и за ним самим, очищающим и осматривающим мою ступню.

— Что будет потом? — спросил Николас, подняв взгляд на меня. — Сбежишь от меня до нового ранения?

Пока я сидела, а он держал ногу в своих шершавых ладонях, она не болела.

— Если включите бюрократа, то да.

Он истолковал мои слова по-своему.

— Ты так боишься исключения из клуба своего сопровождающего? — полюбопытствовал он, щелкнув невесть откуда взявшимся перочинным ножом. — Неужели оно стоит того и тебе так важно быть здесь?

Мысль о том, что все налаживается и Николас превратился в себя прежнего, испарилась из моей головы ровно после этих слов.

— Вы плохо думаете, Николас, — вдруг сказала я, потянув к себе ногу, но он удержал ее на месте. — Я думала, что женатики добрые, а вы еще даже не женились, а уже в точности, как мой отец говорите о других гадости.

Я отвернулась, решив больше не смотреть на него, не любоваться, не разгадывать и не запоминать выражение его глаз. Незачем. Хватит.

— Я не женат, Артемида, — легко возразил он, славно не слышал моих слов, а потом погладил от лодыжки и выше. — А говорила, что не интересуешься мной.

Меня бросило в жар.

— Скажите «спасибо» своей невесте. Она трубит об этом на весь инстаграм, а считай, что на весь мир.

Мужчина у моих ног замер, потом поднял совершенно недобрый взгляд.

— Хм, — ответил он, расслабившись через мгновение, воткнул нож в землю и вновь посмотрел на меня. — Твоя очередь отвечать на вопросы.

Стоит ли говорить, как на меня подействовало его «хм»? Оно отозвалось болью вперемешку с разочарованием. Надежда на то, что все ошибка растаяла словно дым от бенгальских огней.

— Павел Карамзин. Дмитрий Сорокин. Андрей Спасский. Кем они приходятся тебе?

— Павел Карамзин мой отец. Андрей Спасский мой дядя. А Дмитрий Сорокин водитель мой бабушки.

Он усмехнулся и вновь вернул это неприятное выражение глаз. Я не могла понять его значения до следующей минуты.

— Твой отец попадает в тюрьму, но в скором времени выходит из нее. Он не богат и у него нет влиятельных друзей. В то время, как тебя увозит из города бежавший из Мексики наркобарон к внезапно появившемуся дяде?

Я смотрела на Николаса и ждала, что он рассмеется. Не дождалась.

— Считаете, что я пришла с кем-то совсем, как некоторые девушки? Наверное, вы сильно злитесь, что сами не додумались до того, чтобы пригласить меня.

Я поднялась со своего места, возвысившись над ним на какое-то мгновение.

— Я злюсь, что ошибся в тебе, когда-то.

Я покривила губами. Славно, что он женится. Славно, что свалился со своего Олимпа в самую грязь. Я перестану думать о нем. Уже перестаю.

— Мой отец сидел в тюрьме, но вышел благодаря хорошему адвокату. Андрей Спасский брат моей мамы. Он счастливо женат, без ума от чудесной Марины и у него нет времени на то, что вы приписываете ему. Что до Димы…

Я перевела дух, глядя ему в глаза, но была перебита совершенно полным гнева:

— Он действительно мой шофер, молодой человек!

Глава 24

Глава 24

Бабушка появилась в наших кустах очень даже вовремя. Иначе, как мне кажется, мне бы пришлось предъявлять доказательства. Здесь же они были не нужны. Достаточно было разъяренной фурии в ее лице.

— Что за инсинуации вы себе позволяете?! — продолжила ба, не успокаиваясь. — Это я была другого мнения о вас!

Кажется, что она была готова потерять равновесие и метнуть в Николаса трость, но удержалась от этого порыва.