Евгения Мэйз – Не тот муж (страница 25)

У меня перехватило дыхание от всего — от его поступка, слов и того, что он продолжал делать, а именно ломать чужую собственность, нажимая на нее носком ботинка. Никогда бы не подумала, что вращающуюся дверь можно вывести из строя вот так просто.

— Всего шесть месяцев прошло, а все русские стали для вас на одно лицо, — ответила я, повторившись и рассматривая его лицо. — Вы не узнали меня.

Он практически не изменился и продолжал быть безукоризненным в своем выходном образе. Но изменения были, но я не смогла понять в чем именно они заключаются. Николас не давал сосредоточиться — ведь он был рядом и пользовался все тем же парфюмом, а еще он дотрагивался до меня, обжигая незащищенную мехом кожу запястья.

— Не узнал? — переспросил он таким напряженным голосом. — Серьезно?

Стало понятно, что я удивила его. Но в моей реальности все было именно так.

— Да, — подтвердила я, а потом посмотрела на запертого за стеклом Филипа. — Вы дверь сломаете.

Он уже сделал это. Вращающиеся створки не двигались ни в одну из сторон уже без вмешательства его ботинка.

— В самом деле? — вновь удивился мужчина, но в совершенно равнодушной по этому поводу манере. — По-моему она сама.

А потом он отвернулся от меня и пошел прочь от места преступления, не выпуская моего запястья из своей руки.

— Куда вы меня тащите?!

Я поспевала за ним, но удалялась от застрявшего Филипа, бабушкиного гостинца и…

— Поговорить!

— Я умею разговаривать в любом месте этого здания.

Он повернулся ко мне, недобро усмехнулся чему-то, но движения не прекратил.

— Но не на улице, верно? — спросил он, наконец остановившись у знакомой рестории. — Ты изменилась, Артемида.

Он оглядел заполненное помещение «Bosco».

— Николас! — наконец воскликнула я и на мгновение поразилась своему голосу. — Прекратите тащить меня! Я не корова и с удовольствием пройдусь вместе с вами.

Он повернулся ко мне стоило мне позвать его по имени и сделал это в совершенно молниеносной манере. Ему только не хватало черного плаща и платка с прорезью для глаз.

— Скажи это еще раз! — потребовал он, впившись в мое лицо ищущим взглядом.

Я вздохнула и даже топнула ногой. Надо учиться вести себя с мужчинами. Пока я пляшу под их дудку, а вроде должно быть наоборот.

— Николас, пожалуйста, перестаньте таскать меня по торговому центру.

Он вновь задержал взгляд на мне, кивнул чему-то, а потом посмотрел на посетителей кафетерия. Но просьбе не внял, продолжая держать меня.

— Двумя этажами выше есть ресторан, — подсказала я, без труда разгадав его замысел. — Но я не могу пойти туда вместе с вами.

Мне непременно везло сегодня. День баловал не только событиями, но и эмоциями. Не только моими, но и других встреченных мною людей. Николаса в том числе. То ли я говорила что-то не то, то ли в прошлый раз он действительно был спокойнее, чем сегодня.

Его правая бровь выгнулась. Он поднял руку с моей рукой, не то удостоверяясь, не то напоминая мне, что я еще на привязи.

Единственное, что осталось неизменным его взгляд.

— Я не одна — ответила я на его молчаливый вопрос. — Вы, кстати, тоже.

— Твоего кавалера вызволят не меньше, чем через полчаса, — откликнулся "француз", испустив раздраженный вздох при этом обшаривая пространство вокруг ищущим взглядом. — За это время хочу, чтобы ты рассказала мне почему сделала вид, что не знаешь меня.

Я удивилась вопросу. Никогда не задумывалась над этим. Почему люди делают вид, что они не знакомы? Потому что им неприятна мысль об общем прошлом? Потому что они стесняются его? Потому что действительно не узнали кого-то или быть может решили, что им показалось?

— Вы проигнорировали вопрос о вашей…

Я замедлилась, а вот он опустил взгляд на меня и вновь приподнял брови в ожидании ответа. Правда глаза его вдруг «рассмеялись», как будто бы вобрав в себя десятки окружающих нас огней.

— Подружке, — все-таки произнесла я, проигнорировав вежливое слово «спутница». — Она будет искать вас.

— Беспокоишься о ней?

Он наконец нашел что искал, сделал движение в направлении эскалатора, но я заупрямилась ведь сказала уже, что не надо меня таскать.

— Обещаю, что никуда не сбегу, — заверила я, улыбнувшись несмотря на сумасшедший коктейль из чувств внутри меня. — Или, это вы беспокоитесь о том, что подумает ваша подруга?

Во мне боролись две стороны, одна шептала» «Будь скромнее! Так нельзя!», а другая говорила: «Сделай это! В этом нет ничего плохого!»

Определенно, темная сторона души, если это была она, давала советы поинтереснее.

Я все же прикоснулась к его руке, провела по выделившимся костяшкам, ощутив их всей поверхностью ладони, дотронулась до сжимающих мое запястье пальцев и принялась отгибать их один за другим.

— Если это так, то давайте поговорим здесь? — предложила я, закусив губу.

Звуки вдруг стали тише. Николас посмотрел мне в глаза, опустил взгляд на нижнюю часть лица, потом на руки и повторил свой «путь» в обратном направлении.

— Дьявол! — выдохнул он одними губами.

Но я все равно услышала его.

Я же ждала чего-то такого… Такого… Как будто мне должны были дать по голове.

Но шли секунды и не происходило ничего.

— У тебя была возможность перекинуться со мной парой слов на улице, — сказал он, вдруг отпустив меня, чтобы просто взять за руку и сжать пальчики. — Теперь ты должна мне полноценную историю, и я не хочу слышать ее при таком шуме.

Я ощутила что-то сродни шоку и озарению одновременно. Потому что именно в этот момент я поняла, что можно всё. Реально всё. Абсолютно и…

— Не думала, что у вас настолько плохой слух, — пошутила я, все еще проверяя свое открытие.

Он скрипнул зубами. Я отчетливо слышала, как он сделал это! Вместо того, чтобы испугаться или опечалиться этой эмоции, сторона с интересными советами внутри меня усмехнулась. Кажется, в таких случаях говорят сладко.

— Артемида, — начал Николас с каким-то напряжением в голосе, как только я встала на ступеньку эскалатора и оказалась лицом к нему. — Сколько тебе лет?

Я смотрела на него сверху. В его как будто рассерженное лицо и не менее сердитые глаза. Он не успокоился. Даже его голос выдавал это состояние.

— Семнадцать, — ответила я также просто, как и шесть месяцев тому назад.

Мужчина только вздохнул в ответ на это, продемонстрировал свой идеальный профиль, к которому тут же захотелось прикоснуться и очень ровно произнес, вновь посмотрев на меня.

— Я не хотел оставаться внизу, пользоваться моментом, равнодушием толпы и твоей доверчивостью.

— Я не ношу наличку и на карте у меня выставлен лимит, — проговорила я, решив сделать еще один шаг в «освоении» новой территории, и тоже посмотрела в сторону. — Если вы об этом.

Это было озорством в чистом виде. Потому что я прекрасно поняла, что он имеет в виду, какие бы выверенные фразы он ни подбирал и как бы ни было тревожно мне в ответ на это. Он был джентльменом и не хотел грубить мне.

— Как долго тебе будет семнадцать? — спросил Николас с явно слышимым изумлением в голосе.

Чему бы не удивлялся этот мужчина, но он быстро справился с этим состоянием, наградив меня улыбкой. Ленивой и очень обольстительной. Она в корне отличалась от той, которую он демонстрировал в машине когда-то.

Она была притягательной и наверняка понравилась бы каждой женщине, которой бы он ни адресовал ее.

— А что?

— Хочу лично поздравить тебя с твоим совершеннолетием, — пояснил он, продолжая улыбаться теперь уже одними глазами.

Как будто… Нет. Он действительно понимал какое впечатление производит на меня.

— Полгода и один день, — ответила я и, кажется, покраснела. — А вам?

— Тридцать семь.

Определенно, он точно знал как вести себя с женщинами. Это рассердило меня.

— Мой любимый возраст, — откликнулась я, не сумев сдержать язык за зубами.