Евгения Ляшко – Приключения ДД. Рубиновый след (страница 35)
Улыбка превосходства мелькнула на устах юноши. Он посмотрел на Анатолия Александровича, всем своим ликующим видом сообщая – «Ну не молодец ли я?!», но вдруг заиграла нежная музыка, наполняя сердце поразительным теплом гусельного звучания. Рядом с сидевшем на полу старцем, появившиеся, словно из воздуха гусли, издавали как будто некогда знакомую с самого раннего детства мелодию. Струны их трепетали от рук невидимого музыканта, рисуя в голове Димы образы маленькой деревушки, крынки с парным молоком на белой скатерти, уютной печки в деревянном доме. Ему даже показалось, что запахло пирожками, но тут мотив резко поменялся. С первых аккордов парень уловил мотив русских плясовых наигрышей и с диким удивлением обнаружил, что его руки и ноги начали выдавать танцевальные кренделя. Он бросил изумлённый взгляд на наставника. Тот с яростным возмущением сопротивлялся, так же неожиданно проснувшимся плясовым навыкам.
– Это гус-ли са-мо-гу-ды! – прыгая вприсядку как бешеный кузнечик прерывисто сообщил дозорный. – На-до про-о-сить по-ща-а-ды! Он брах-ман и дол-жен те-бя услы-шать! Это ваш бой, по-го-во-ри с ним!
Дима в смеси чувств от вдруг проснувшейся давящей ярости от собственной никчёмности и жалости к самому себе взмолился: – Отпустите нас! Отпустите! Пожалуйста, отпустите!
Однако, уже поднявшийся на ноги старец, не спешил. Ироничная усмешка вкупе с изучающим взглядом демонстрировали незваным гостям кто здесь хозяин. Запыхавшийся и раскрасневшийся Анатолий Александрович скрежетал зубами, продолжая пританцовывать.
У юноши мелькнула мысль: «А ведь наставник может, танцевать так целую вечность, и с ним ничего не случиться, а я вот и помереть могу от такой дискотеки!».
Дима из последних сил ещё несколько раз попросил остановить музыку, но тщетно. Внезапно усталость отлегла. Юноша почувствовал, что внутри вскрывается некий резерв энергии и с мальчишеской улыбкой он стал отплясывать лучше прежнего. И тут музыка остановилась. Гусли самогуды исчезли. Анатолий Александрович и Дима в своих коконах зависли как обессиленные марионетки.
– Откуда у тебя сила Синего камня? – вопрос почтенного пандита всколыхнул память парня о прогулке в Воронежскую дубраву.
Дима гордо вскинул голову: – Получил в подарок. Синий камень сам вышел ко мне, когда я разговаривал с ветром.
– Ты знаком с силой Вайю. Я это вижу. Синий камень не ошибается. Вы не можете быть обыкновенными ворами, – почти шёпотом произнёс Прабхакар, подойдя чуть ли не вплотную.
Его блуждающий взгляд словно сканировал чужаков.
Анатолий Александрович выставил руку с перстнем, перевёл дыхание и проговорил доверительно: – Мы не грабители. У нас миссия.
Старец, поражённый увиденной отличительной печатью бессмертных стражей границ Вселенных, вскричал требовательным тоном учителя: – Нунтиус, что ты здесь делаешь?!
Дозорный наклонил голову в знак почтения: – Сопровождаю посланника Суммумессе.
Прабхакар перевёл изучающий взгляд на Диму: – Какова твоя роль?
Юный волхв почувствовал всю глупость своего предыдущего поведения. От неловкости ему хотелось провалиться под землю.
Юноша пролепетал: – Прошу прощения, за такое появление. Мы ищем осколки Коркулум.
Одной рукой старец стал поглаживать бороду: – Никому не ведомо, где они. Сердце открывается лишь тому, кого полюбит. Ты найдёшь то, что ищешь, когда поймёшь что такое чистосердечная любовь.
Юный волхв почувствовал необычайную глубину в словах старца, и неожиданно спросил: – Вы бы могли стать моим учителем?
– Х-м-м. Ты из тех, кого слушается одна из четырёх стихий. Я, как и ты рождён с любовью к ветру. Не знаю, готов ли я быть твоим наставником, – задумчиво ответил старец и замолчал.
У Димы засвистело в ушах от осенившего его прозрения: «Так вот почему я хочу стать лётчиком. Меня зовёт небо и ветер, там для меня всё равно, что дом! Прапрадед управлял ветром, теперь это и моё ремесло! Вот она сила предков! Всё предопределено. Любые поступки человека закладывают судьбу для следующих поколений».
Неожиданно ударив посохом о пол Прабхакар заявил: – Мироздание имеет многомерную структуру. Посланники Суммумессе, я помогу вам посетить миры Прави и Нави. Проведу через коридоры времени. Это будет мой вклад в ваши поиски.
Глава 20
Паша, с притесняющими его стражниками, с пробуксовкой передвигался по песку, стараясь отыскать более твёрдую основу на скверно различимой тропинке в тени ослизлых лишаистых булыжников. Когда он давал согласие добыть Золотую лопатку саламандр, он и не подозревал, что ему предстоит побывать в их шкуре в прямом смысле этого слова. Не успел юноша, и пискнуть, как королева обратила его в ящероподобное существо и приставила сопровождающий конвой. Вызывая отвращение, его новая чёрная влажная кожа заблестела на солнце. Длиннющий стебельчатый язык с хлопушкой на конце неимоверно мешал, напоминая по ощущениям игру из детства, когда надо было говорить скороговорки с набитым фундуком или леденцами ртом. Выработать походку на четырёх конечностях, чтобы не падать тоже было проблематично, но к счастью, Паша освоил этот навык в первые минуты и единственное чем он теперь отличался от охраны, так это наличием браслета на одной из лап.
И вот наконец-то его отконвоировали к Дворцу Загадок, который оказался подземным каменным лабиринтом с узким входом, украшенным сверху скульптурой то ли змеи, то ли ящерицы, кусающей себя за хвост.
– Какой странный символ, – пробормотал Паша.
На что один из конвоиров поведал: – Это Уроборос. Символ вечности, постоянного перерождения и смерти.
На последнем слове у Паши внутри всё закрутило и стало сжиматься от испуга: – Хотите сказать, что из вашего Дворца Загадок ещё никто живым не возвращался?!
Конвоиры переглянулись, и рассмеялись жутким хохотом: – У тебя есть шанс быть первым. Ступай!
Юноша с тревожной оглядкой протиснулся в тесный проход, из которого противно веяло сыростью и гнилью. На потолке торчали светящиеся плоские отростки, похожие на биолюминесцентные виды грибов, создавая зелёно-голубое свечение, что позволяло без особого труда передвигаться в полумраке
«И так, волнительное начало матча… Болельщики замерли на трибунах… Уф… Что там говорилось про первого стража? Надо дать себя укусить…» – юноша силился вспомнить подробности наставлений, ходя кругами по коридору, замкнутому серыми гладкими каменными плитами, бездушными к его страхам.
И тут он увидел углубление в стене, которое несколькими выпуклостями напоминало пасть ящерицы.
– Ух ты, да вот же отгадка! Всё просто! Надо сунуть туда руку, точнее лапу, – воскликнул Паша и резко остановился.
Засовывать конечность в неизвестное отверстие не хотелось. Ещё немного помедлив, он всё же решился. Парень, подёргиваясь и покрываясь мурашками, опустил дрожащую лапу в углубление и нащупал выпуклый камень, который тихонько нажал. Догадка оказалась верной. Сработал рычаг и одна из каменных панелей откатилась в сторону. Едва он прошёл дальше, как стена вернулась на прежнее место.
«Вот засада! Ладно, на обратном пути буду думать, как это с другой стороны открывается» – молнией пронеслись мысли у юноши, отодвинув переживания о способе возвращения на потом.
Второе помещение было круглым. Паша копошился у стен, ища какие-нибудь рисунки или выемки, но кроме нескольких обтёсанных камней на полу он ничего не встретил. Вдруг сверху что-то грозно треснуло. Юноша сразу вскинул голову и с трепетом обнаружил, что в медленном темпе на него опускается потолок.
Он нервно забегал по кругу, словно скакун по арене цирка, судорожно повторяя слова королевы саламандр: – Второй страж откроет дверь, когда встретит головой небо! Второй страж откроет дверь, когда встретит головой небо!
И тут он споткнулся о камень, который откатился в сторону. Внезапно в голове Паши созрело решение. Он подкатил друг к другу булыжники и выставил их один на другой, таким образом, чтобы их пазы совпадали. Получился добротный столб, на верхнем камне которого виднелась нарисованная голова ящерицы. Буквально через считанные секунды потолок опустился на опору, и ещё через пару секунд слева откатилась панель, куда и устремился обрадованный Паша. Он выпрыгнул в новое пространство, которое оказалось больше прежних всех вместе взятых. В центре вместительного холла красовался синих оттенков мраморный цветок, похожий на лилию. Парень осторожно приблизился и заглянул внутрь. В нём было пусто.
– Что она там говорила про третьего… что-то про огненный вихрь, – у Паши пересохло во рту, когда он понял с чем возможно предстоит столкнуться.
Боковым зрением первопроходец приметил, что на стенах началось какое-то вращение. Паша затравленно огляделся. Из малого диаметра дырочек выезжали какие-то трубки, похожие на ствол автомата.
«Сейчас начнут стрелять!» – обожгло и без того воспалённый разум юноши и, вспомнив, в том, что от третьего стража укроет голубая лилия, он заскочил в каменную чашу.
Как раз вовремя, потому как, падая в неизвестность через вмиг открывшееся отверстие внизу мраморной лилии, едва он его коснулся всей тяжестью тела, Паша увидел пламенный беспредел, полыхнувший выжигающим огнём над чашей и ноздри его успели почувствовать ударный запах гари. После нескольких метров свободного падения, юноша плюхнулся на бархат мха.