Евгения Ляшко – Капалик и казачий патруль (страница 31)

– Денис Юрьевич, полондрийцы пытаются прорваться из крепости, – сказал казак из сотни, отслеживающий, установленные маяки движения.

– Группа на перехват, – скомандовал полковник.

Агния прибежала на пирс. Она хотела посмотреть с земли, как гухьяк взмывает в небо и опускается, пикируя между лесом и входом в крепость. Она обошла причал и вышла по льду из крепости. Картина сильно поменялась за последние несколько часов. Лёд на реке был завален различным довольно-таки крупным мусором и сухими деревьями, принесёнными сюда бурей. Быстроходная ладья стояла, упёршись носом в препятствие из телеги, занесённой сухими ветками. Агния направилась прямо к ладье. Подойдя ближе, она увидела, как двое мужчин разбрасывали ветки, мешавшие проехать ладье, а третий из арбалета целился в Коина. «Это же полондрийцы!» – поняла она слишком поздно.

– Хватайте её! Теперь у нас есть безопасный путь к отступлению! – закричал Раймондас.

Харлан подъехав к выходу из причала крепости и увидел, как двое полондрийцев пытаются поймать убегающую от них Агнию. На коне было не пробраться. Он спешился и, обнажив шашку, побежал спасать эту маленькую девочку, которая за время пути стала ему как дочь.

Коин разгонял гухьяка и подлетал всё ближе к полондрийцам, которые пытались покинуть крепость. Он знал, что за ним наблюдают, значит скоро сюда придут и им не удастся сбежать. Его низкие подлёты мешали им очищать себе путь побега. Как вдруг он увидел не понятно откуда взявшуюся Агнию и Харлана, бежавшего к ней на выручку, готовясь рубить врага.

Капа, продолжая беседовать с Аликом на балконе, увидела, как над лесом камнем вниз полетел гухьяк вместе с Коином. Крик, вырвавшийся из её груди, нарушил наступившую после разрушительного урагана тишину.

Харлан услышал крик и увидел, как Коин, осыпанный стрелами арбалета падает в чащу леса. В этот момент его окружили двое. Шахмет и Конорей держали в руках, наспех сделанные дубинки. Они поняли, что сначала надо избавиться от казака, а затем они поймают девчонку.

– Беги! – закричал Харлан Агнии.

Она оторопело стояла, не двигаясь в нескольких шагах от него.

– Беги! Спасайся! – прокричал Харлан.

И вдруг Раймондас выпрыгнул из ладьи с неожиданной для него проворностью и, издавая шипящие звуки, ринулся к Агнии.

Глаза Харлана уставились на скользящее змеиное тело с головой человека, устремившееся к Агнии. Харлан бросил шашку и колющим ударом оставил её в животе Конорея. Он прыгнул к Агнии, обхватив её хрупкую фигурку. В этот же момент Раймондас начал накидывать свои толстые кольца, обвиваясь вокруг них. Харлан стоял как скала, пытаясь выдержать сдавливающие усилия. Он понимал, что стоит ему ослабить стойку, как змей удушит их обоих.

– Шахмет! Быстрее в ладью! – закричал Улас, с борта ладьи, заметивший группу казаков появившихся на выходе из причала.

Раймондас перестал сдавливать своих жертв. Он завалил их набок и покатился как бочонок к ладье. У ладьи он снова приняв облик человека, скомандовал полондрийцам: – Отнесите их в мою каюту.

Агния и Харлан были без чувств в обмороке, от нехватки кислорода. Улас и Шахмет заперли их в каюте Раймондаса. И взяв, стрелы для арбалетов приготовились к сражению.

Глава 36

– Мы не можем атаковать. Двое заложников, – прошло по рации сообщение, заставив Капу с Аликом испытать второй удар.

– Где Агния? – воскликнула Капа.

– Агния и один казак из отряда Нифодея в заложниках на ладье у Раймондаса, – сказал Денис Юрьевич.

– Мы должны их спасти! – закричал Алик.

– Спасём. Надо подумать как. Ладья не может сдвинуться с места. Заложники им нужны живыми. К ним нет возможности подойти днём не заметно. Нужно ждать наступление темноты. Сейчас наша задача отправить верховных жрецов в «Атамань». Они будут восстанавливать энергетические силы с помощью наших жрецов. Капа, ты должна немедленно связаться со жрецами и открыть проход!– сказал Денис Юрьевич.

Капа в состоянии шока от того, что произошло с Коином, ни как не могла прийти в себя. А тут ещё Агния. Её грудь сдавило от слёз, и она не могла вымолвить ни слова. Денис Юрьевич подошёл к ней и, хлестнув по обеим щекам, сказал:

– У тебя будет ещё время предаться горю. Ты должна открыть переход. Отправь зов жрецам.

Капа автоматически пошла, выполнять то, что велел полковник. Прабабушка снабдила её необходимым букетом трав, который помогал быстрее отключиться от реальности и сконцентрироваться на открытии перехода. Слова, как всегда, пришли сами собой и Капа прошептала:

– Всех шестнадцать мы собрали,

Нужен отдых им сейчас.

Мы недолго их искали,

Морок снят был в тот же час.

Переход сей отворите,

Сущность быстро заберите.

Нужно дольше здесь побыть,

Врагов наших изловить.

Как энергию накопят,

Дайте это здесь нам знать.

Стужу тут они растопят,

Будет это означать.

В углу кремлёвского зала пошла рябь, пространство осветилось, и открылся временной переход. Десять казаков сопровождения проверили, что он ведёт в «Атамань» и увели верховных жрецов. Большая часть казаков, совместно с отрядом Нифодея распределилась по крепости. Святилище также снова взяли под охрану. Жрецам, находившимся в заточении, была доставлена провизия из Града на Волхове и объявлено Нифодеем, что пока они в небезопасности, они должны оставаться в данном помещении.

– Денис Юрьевич, нам нужно скорее освободить заложников. Я знаю, как подойти незамеченным к ладье, не дожидаясь ночи, – сказал Алик, когда увидел входящего Асиферта в главный кремлёвский зал, где расположился штаб.

– Говори, – заинтересовался полковник.

Алик объяснил, как можно использовать заговорённый кистень, который есть у Асиферта.

Однако вопрос был ещё в том, что мало подойти незамеченным. Вступая на борт ладьи, все кто в ней находятся, почувствуют покачивание и могут навредить заложникам.

– Разрешите мне это сделать. Я единственный здесь с самым малым весом. Там Агния, она мне как сестра и там мой наставник Харлан, я должен их спасти! – сказал Алик.

– С твоими доводами нельзя не огласиться, – сказал Денис Юрьевич и попросил принести винтовку, заряженную ампулами со снотворным.

– Ты умеешь этим пользоваться? – спросил Денис Юрьевич и, видя, как Алик ловко взял винтовку в свои руки и начал настраивать прицел, продолжил:

– Твоя задача, усыпить троих и подать нам сигнал ракетницей.

Получив, короткий мастер-класс по использованию ракетницы Алик отправился на задание. Капа видела настрой Алика, и ничего не говоря, она лишь перекрестила его, когда махнув ей рукой, он развернулся по направлению к выходу.

Выйдя из крепости, Алик, как учил его Асиферт, начертил на земле разметку по сторонам света. Затем он взял кистень и, вращаясь слева на право, четыре раза ударил по своим отметкам, растворившись в воздухе. Чтобы на снегу не появились следы от его сапог, Алик обернул их меховыми шкурками с кроличьими лапками. В поварской различных шкурок было в изобилии, но спросить разрешения было не у кого. Алик решил, что потом вернёт их обратно. Прикрепив по две лапки на каждый сапог, он ступал, оставляя кроличьи следы, которые с большого расстояния создавали иллюзию настоящих. Аккуратно перемещаясь по льду, стараясь не создавать шума, он постепенно продвигался к ладье. Алик не чувствовал волнения. Он был сосредоточен и осторожно выдыхал тёплый воздух, прикрывая рот. Пар от дыхания на морозе мог выдать его. Добравшись до ладьи, Алик рассмотрел, что происходит на борту. Улас и Шахмет разделились, сев рядом с центральной мачтой, просматривая открывающееся пространство перед ладьёй с двух сторон, и тихо переговариваясь между собой.

На палубе больше никого не было. Алик достал винтовку. Он прицелился и ждал удобного случая. Как только показалась шея Уласа, он сделал первый выстрел. Улас стал оседать, а Алик приготовился сделать второй выстрел. Но Шахмет, увидев, как тело Уласа сползает без чувств, втянул шею в воротник тулупа и, оглядываясь, стал перемещаться в сторону кают. В висках Алика застучала кровь. Он глубоко выдохнул и, сделав вдох, стал прицеливаться. «Нельзя поддаваться волнению, сейчас он подставиться, и я его усыплю» – разговаривал Алик сам собой. Он уличил момент, когда Шахмет завозился с замком и выстрелил. Грузное тело постепенно соскользнуло по двери каюты. Алик стал ждать, когда появиться третий. Но складывалось впечатление, что ладья не подавала больше звуков, которые мог бы издать человек или любое другое живое существо. Алик подошёл к хвостовой части ладьи и забрался по деревянной лестнице на борт. Обездвиженные тела полондрийцев лежали посередине палубы. Они договорились с полковником, что когда он поднимется на борт, то он выстрелит ракетницей один раз. А когда обезвредит всех троих, то выстрелит два раза. Алик запустил первую ракету. Он заглянул в пустой трюм и пошёл к каютам. В первых двух также было пусто. Алик с замирающим сердцем открыл дверь в третью каюту, и увидел лежащего на полу Харлана. Он кинулся на пол и, расстегнув меховой бекеш, приложил ухо к груди наставника.

– Ну-ну не дави, раздавишь, – закряхтел Харлан.

– Харлан! Я так рад тебя видеть! – сказал Алик, снова прижимаясь к нему.

– Я бы сказал тебе то же самое, но ты для начала кистень в обратном направлении примени, – ответил Харлан.

Радостный Алик, выбежал на палубу и, запустив две ракеты провернулся, справа, налево четырежды ударив кистень по сторонам света, и снова стал видимым.