Евгения Ляшко – Капалик и казачий патруль (страница 30)

– Он заговорённый, оружие не поможет. Нужны верховные жрецы. Только они смогут закрыть этот открывшийся к нагам проход.

Денис Юрьевич кивнул и сказал Коину:

– Приведите их сюда.

Когда раздались первые крики и звуки от стрельбы гарпунами Раймондас остановился в коридоре в нескольких шагах от поворота на пирс. Он спрятался в темноте глубокой ниши каменной стены, опоясывающей вход в пристань. Спустя некоторое время он увидел, как перед ним с факелами пробежали подростки возглавляемые молодым парнем. Раймондас ближе приник к стене, словно слившись воедино, и затаился.

Верховных жрецов привели на причал. Ритуал должен был включать жрецов разного ранга, и они пригласили Капу, Агнию и Алика взявшись за руки встать в центре их круга. Вдруг наг стал раздувать свой капюшон, как у кобры и, закрывшись им словно огромным щитом, устремился в высь. Длинное тело покачивалось над гротом. Акипсий вылез из укрытия и стал толкать лодку, стараясь столкнуть её в воду. И тут он увидел, как все верховные жрицы полным составом вышли на пирс и стали в круг с юными носителями жреческой крови. Он зарычал, как раненый зверь, и стал сбрасывать невод. Под сетями лежала лишь жреческая мантия. «Меня обманули!» – пронеслось в голове Акипсия.

Трое полондрийцев, спрятавшись, когда Акипсий стал использовать свой ключ, сейчас пытались выбраться из-под обстрела, обходя одну за другой ладьи. Конорей оглянулся на скрежещущий свист и увидел, как огромный наг бросился на Акипсия и утащил его под воду.

– Пора смываться и искать другого более везучего хозяина, – сказал Конорей Шахмету и Уласу, которые тоже застыли с выпученными глазами.

Во внезапно наступившей тишине первым пришёл в себя Улас.

– Бежим! – сказал он.

Полондрийцы метнулись в темноту коридора и наощупь пытались пробраться в крепость подальше от пирса. Неожиданно они натолкнулись на Раймондаса.

– Если вам нужны верные люди, то мы в вашем распоряжении, – сказал Конорей.

– А где Акипсий? – спросил остзеец.

– Он только что утонул, – пояснил Улас.

– А наги, они вошли в крепость? – поинтересовался Раймондас.

– Они вернулись туда, откуда пришли. Верховные жрецы все шестнадцать сейчас находятся на пирсе. Битва проиграна, – ответил Конорей.

– Если вы в нас не нуждаетесь, то мы продолжим свой путь, – поторопил Шахмет.

– Что вы, что вы. Я с радостью приму вас всех к себе на службу, – ответил Раймондас.

– Приказывай, не до любезностей сейчас, – сказал Конорей.

– Я уверен, что буря скоро закончиться. Её вызвали верховные жрецы или казаки. Нам нужно пробраться в мою быстроходную ладью и обождать, затем мы можем отправиться в Остзею, – сказал Раймондас.

– Здесь есть помещение с сетями и лодками. Надо переждать там, когда все уйдут, мы спокойно пройдём в ладью, – сказал Конорей.

Полондрийцы провели Раймондаса в укрытие, думая, что остались незамеченными. Однако маяки на их одежде, установленные казаками, чётко обозначили их местоположение.

Денис Юрьевич наблюдал за действиями жреческой команды, которые образовав круг, закрыли глаза, и ушли в глубокую медитацию. Капа, Агния и Алик просто стояли в центре между верховными жрецами в ожидании дальнейших указаний.

– Что они делают? – спросил Алик.

– Они сейчас как бы зашивают энергетическое поле под гротом, там, где прорвались наги, – ответила Агния.

– А мы им зачем? – спросила Капа.

– Поле открыл жрец человеческого происхождения, и мы сейчас как носители жреческой крови показываем человеческую волю, о том, что нам здесь наги не нужны. Законы мироздания очень тонко настроены. Без воли человека ничего не происходит. Ни один жрец или наг не может управлять человеком, – пояснила Агния.

– Странно, а я думал, что верховные жрецы здесь самые главные, – сказал Алик.

– В бюрократическом смысле этого слова, видимо, так и есть, – ответила Капа.

– А с точки зрения естества природы именно человек венец её творения. И только он сам распоряжается своей волей, – дополнила Агния.

– То есть каждый может делать всё, что захочет? Абсолютно всё? – спросил Алик.

– Конечно. У человека всегда есть выбор, какой поступок совершить. И каждый человек всегда понимает, к чему его поступок может привести. Себя не обманешь, – сказала Агния.

– Ну вот, только сказали, что всё можно делать, а оказывается не всё, а только в соответствии с балансом добра и зла. Зло получишь на зло. Добро на добро, – сказал Алик.

Ребята смолкли, заметив над собой свечение, которое немного померцав, исчезло. Жрецы открыли глаза и расступились.

– Поле восстановлено, – удовлетворительно сказала Агния.

– Всех верховных жрецов сопроводить обратно в зал. Полондрийцев с Раймандосом пока не трогаем. Наблюдаем. Мы потеряли Акипсия, а для справедливого следствия нужны заговорщики, пойманные с поличным. Метель можно остановить, – отчеканил следующие шаги Денис Юрьевич.

– Я взлечу на гухьяке и дам сигнал Асиферту, – сказал Коин.

– Будь осторожен, – неожиданно для себя громко вскрикнула Капа.

Глава 35

Снежная метель, извиваясь вокруг крепости, уже образовала глубокую воронку, становясь всё мощнее и выше.

– Скоро её будет не остановить, – сказал Харлан Асиферту.

– Сам вижу. Ждём сигнал, – ответил Асиферт.

И сигнал пришёл. Казаки обоза увидели, как над крепостью взлетая внутри снежной воронки, появился гухьяк с седоком.

– Прекращай поддерживать метель, – сказал Нифодей Асиферту.

– Уже снижаю обороты, – ответил Асиферт, начиная медленнее вращать своей особой нагайкой.

Вращающаяся колонна снежной массы, подпитываемая сгустившимися облаками, стала расширяться, сокращая свой безудержный темп.

– В укрепление! – скомандовал Нифодей.

Массивный белый столб становился ниже, захватывая в себя новые территории и подбрасывая вверх, всё, что попадалась на пути. Казаки, рассчитав расстояние разрушения бури, переместили свой обоз на безопасную дистанцию. Однако любые природные силы не всегда поддаются прогнозу, особенно если в управление климатом вмешивается человек. Поэтому оборонительные ледяные укрепления были также подготовлены. Скользя по ледяным блокам вихрь, перенаправлялся от места стоянки обоза, рассеиваясь в степи и по руслу реки.

Полондрийцы, услышав, что пирс опустел, не дожидаясь пока стихнет буря, начали ломать лёд, чтобы высвободить ладью из сковавшего её плена. Небольшие льдины неохотно откалывались и старались вновь срастись. В ладье нашлись арбалеты и, выставив Уласа в дозор, Шахмет и Конорей, работали не покладая рук, очищая путь из грота наружу.

– Остановитесь на мгновение, – крикнул Улас.

Конорей поднял голову:

– Что там ещё?

– Буря стихает. Тише воет, и светлеть стало, – ответил Улас.

Обрадовавшись, полондрийцы стали затягивать ладью на лёд. В этот раз она уже не покрывалась наледью и не врастала намертво. Шаг за шагом быстроходная ладья была готова выпорхнуть наружу. Шахмет исследовал вход в причал с внешней стороны грота. Путь для побега был свободен. Это была противоположная часть крепости, той с которой они прибыли в обозе казаков. В этом направлении не было поселений, в которых кто-нибудь мог бы их заметить, покидающими крепость и донести верховным жрецам. Нужно было действовать без промедления. Ветер был ещё достаточно сильный, и ладья могла беспрепятственно двигаться по зимнику.

Коин на гухьяке кружил над крепостью. Он должен был убедиться, что буря окончательно спала, чтобы дать сигнал казакам для внешнего оцепления крепости. С каждым кругом он видел, как дальше отходит метель и постепенно рассеивается снежная завеса. На широкий балкон перед кремлёвским залом вышла Капа с братом, которые вместе с Агнией любовались полётом Янтаря.

– Коин летает не хуже тебя сестричка, – сказал Алик, ткнув локтем в бок Капу.

– Янтарь очень умный гухьяк и послушен как любой конь, который доверяет своему наезднику, – ответила Капа.

– Там что-то происходит, я пойду, посмотрю поближе, – сказала Агния и убежала.

– Ты успел понять, о чём она сказала? – спросила Капа.

– Нет, она очень резко вскочила. Я тебе хотел кое-что показать, – сказал Алик и протянул на ладони хорошо знакомый предмет – ключ от входа в подземелье нагов.

– Откуда это у тебя? – удивилась Капа.

– Акипсий выронил на причале, когда его схватил наг. А я подобрал. Подобные вещи не должны оставаться без присмотра, – сказал Алик.

– Ты прав. Давай отдадим его Денису Юрьевичу. Они найдут способ, как им правильно распорядиться, – сказала Капа.

Харлан и Асиферт спокойно выдохнули. Метель улеглась. Несколько часов напряжённого бдения, когда природное явление в любой момент могло выйти из-под контроля, наконец, закончились.

– Всё Харлан, иди, готовь свой знаменитый сбитень. У меня сил хватает сейчас только для того чтобы его выпить, – сказал Асиферт.

– Смотри! Коин на гухьяке перестал кружить над крепостью, он взмывает и резко спускается справа со стороны леса! Я проверю, что там, – сказал Харлан, пришпорив коня.