Евгения Кретова – Печать Каина (страница 23)
– Я не знаю, откуда у вас это «Аха́та меле́о», но я жду объяснений. Веха сто пятнадцать эпсиолон 2.1, я буду ждать вас завтра на этих координатах, кем бы вы ни были. Если включите на транспондере вуаль, то я буду знать, что это вы. Записывайте кодировку.
Он перевел взгляд на раскрытое на мониторе личное дело. Владельцем персонального коммуникатора, с которого его вызвали с помощью детской головоломки, был Агна́р Тибо́ Цуйи, седьмой властитель провинции Актано́д. Потомок одного из древнейших родов Креониды, в прошлом – курсант Академии Космофлота и, если верить табелю успеваемости и количеству летных часов и усвоенных маневров, довольно перспективный. Он готовился к сдаче финального экзамена, чтобы получить право возглавить группу операторов на креонидянских военных крейсерах с аппаратным управлением. Но незадолго до экзамена у него умер отец, и Агнару пришлось возглавить род Цуйи и протекторат.
«Хотя, по мне бы, лучше продолжал строить карьеру навигатора», – отметил про себя Теон и тут же отбросил от себя такое предположение: некоторые креонидяне ради званий и должности выцарапают глаза и перегрызут глотку. И Агнар Тибо, судя по всему, был как раз из числа такой «золотой молодежи».
«Наверняка сволочь редкостная», – поморщился Теон. Он дождется того, кто вызвал его с коммуникатора этого сопляка и выяснит, откуда у него детская головоломка погибшей Салины Алоиз.
Глава 15. Ахата мелео
Получив странное сообщение – «Аха́та меле́о» – Теон на мгновение потерял дар речи. Мертвые не умеют писать письма – в этом начальник криминальной полиции Тиль Теон убедился за долгие годы службы.
Он лично видел тело Салины, дочери Фрахта Алоиза. Учитывая повреждения тела, была проведена экспертиза, которая подтвердила – погибшая, действительно, Салина.
Зачем убийца Фрахта и Салины пишет ему с Креониды? Да еще и так в открытую?
Сердце забилось быстрее, томительней – часть ран были нанесены Салине, когда девушка была еще жива. Мучительные пытки, которым ее подвергли… она могла сказать пароль и личный код Теона. Тогда кое-что становилось на свои места – жестокость, с которой совершено убийство вполне в духе креонидян, он не вел расследование в этом направлении, стараясь избегать обвинения в предвзятости. Ведь Креонида – вторая из планет-основательниц Единой галактики.
Теону потребовалось несколько минут, чтобы привести мысли в порядок. Он сделал обратный вызов – кодировка показала, что получатель сигнала заблокирован. Теон вызвал оператора блока связистов, велел срочно выяснить причину и дать связь. Она оказалась односторонней – Теон ничего не видел и ничего не слышал.
– Я не знаю, откуда у вас это «Аха́та меле́о», но я жду объяснений. Веха сто пятнадцать эпсиолон 2.1, я буду ждать вас завтра на этих координатах, кем бы вы ни были. Если включите на транспондере вуаль, то я буду знать, что это вы. Записывайте кодировку.
Он перевел взгляд на раскрытое на мониторе личное дело. Владельцем персонального коммуникатора, с которого его вызвали с помощью детской головоломки, был Агна́р Тибо́ Цуйи, седьмой властитель провинции Актано́д. Потомок одного из древнейших родов Креониды, в прошлом – курсант Академии Космофлота и, если верить табелю успеваемости и количеству летных часов и усвоенных маневров, довольно перспективный. Он готовился к сдаче финального экзамена, чтобы получить право возглавить группу операторов на креонидянских военных крейсерах с аппаратным управлением. Но незадолго до экзамена у него умер отец, и Агнару пришлось возглавить род Цуйи и протекторат.
«Хотя по мне бы лучше продолжал строить карьеру навигатора», – отметил про себя Теон и тут же отбросил от себя такое предположение: некоторые креонидяне ради званий и должности выцарапают глаза и перегрызут глотку. И Агнар Тибо, судя по всему, был как раз из числа такой «золотой молодежи».
«Наверняка сволочь редкостная», – поморщился Теон. Он дождется того, кто вызвал его с коммуникатора этого сопляка и выяснит, откуда у него детская головоломка погибшей Салины Алоиз.
Глава 16. Под вуалью
Диспетчерская Креониды отреагировала с запозданием – катер Агнара уже вышел на стартовую орбиту, чтобы перейти к заданной точке переброски. Агнар и Алита заняли места в тесной рубке, на жестких креслах сработала полевая защита, готовя людей к безопасному переходу. Щелкнул сигнал внешней связи:
– Борт 11-104-Калипсо, укажите состав экипажа, – сонно прошелестело из ретранслятора.
Агнар сверился с оставленными Теоном документами – путевым листом и согласованным с Управлением сопровождения следственных действий маршрутом транзакции. Отозвался бодро, представившись именем, указанным в путевом листе:
– Добр-рое утро, господа диспетчеры… Капитан Томский на линии. Как у вас там здоровье?
Шелест замешательства, удивленный голос в ответ:
– Кхм… Почему спрашиваете?
– Так вам путевой лист направлен, а там – и маршрут транзакции, и состав экипажа. Напомню, что мы идем под флагом галактического трибунала, а соответственно от вас согласование маршрута не требуется. Так чем обязаны таким вниманием?
– Борт 11-104-Калипсо, – снова заговорили из динамика, на этот раз – подчеркнуто требовательно, – повторяю вопрос: состав экипажа и пассажиров.
Агнар озадачился, почесал висок – об этом данных в оставленных Теоном бумагах не было. Что в таких случаях полагается говорить сотрудникам трибунала?
Как ни странно, ему на помощь пришла Алита. Потянувшись к джойстику внешней связи, закрепленном на правом подлокотнике ее кресла, она левой рукой поправила микрофон, откашлялась, заговорила сухо и немного устало:
– Грета Холмс, старший следователь отдела по информационной безопасности управления сопровождения следственных действий. С кем говорю, предтавьтесь.
Динамики зашелестели и отозвались уже новым голосом:
– Кир Фаарг, старший диспетчерской группы, веха 11-Креонида-Фобос.
Алита кивнула, проигнорировав удивленный взгляд Агнара, замерший на ней:
– Господин Фаарг, прошу пояснить причину задержки судна.
– Госпожа мм… Холмс, обычная проверка, ваш капитан начал чудить, это вызвало вопросы у дежурного оператора…
– Сейчас эти вопросы сохранились? – Алита говорила резко, отрывисто. Так, словно привыкла приказывать.
Ретранслятор прошелестел:
– Н-нет, мы просили подтвердить состав экипажа и уточнить перечень пассажиров.
– У вас есть на это полномочия?
В диспетчерской снова замялись:
– В каком смысле…
– В таком, что состав и перемещения рабочих групп, задействованных в дознании и расследовании преступлений, являются рабочей информацией и охраняются законом. Любые действия, направленные на получение такой информации, рассматриваются Регламентом, как воспрепятствование правосудию. Подскажите, господин, Фаарг, мне следует отразить наш с вами разговор в рапорте, когда я буду объяснять своему руководству причины задержки судна?
– Нет, нет, что вы… Мы просто выполняем свою работу.
– Вот и выполняйте, господин Фаарг. И позвольте мне выполнять свою. Я могу дать распоряжение капитану Томских выходить на координаты транзакции?
– Да, конечно… Всего хорошего, – недовольно буркнул Фаарг и отключился. Транзакционное окно подкрасилось зеленым, подсказывая, что можно начинать переброску.
Агнар молча вывел катер на заданный курс, молча провел вход в транзакционный коридор, проверил датчики и навигационный прогноз в точке выхода. Поставил таймер обратного отсчета, чтобы вовремя получить уведомление о выходе из транзакции. Когда все было завершено, снял височные диски и повернулся к спутнице.
– Итак, – он заложил руки за голову и откинулся в навигаторском кресле, – можно ли произошедшее понять как возвращение памяти?
Алита молчала. Агнар криво усмехнулся:
– Или ты все еще настаиваешь, что ты – аффлара?
Алита не смотрела на него. Продолжая пялиться в демоэкран, на котором расстилалась черная космическая пустошь и мелькали транспортные вехи, девушка молчала. Агнар продолжал смотреть на нее, демонстрируя, что не отстанет и дождется ответа на свой вопрос, даже если ему придется вот так ждать еще целую вечность. Он отвлекся всего на пару мгновений – проверил сигнатуру – но тут же снова закинул руки за голову и и вытянулся в кресле, продолжая изучать суровый профиль своей спутницы.
– Ты прожжешь во мне дыру, – не выдержала та.
– Не жалко… Грета Холмс – твое настоящее имя?
– Нет.
– Но ты ее знаешь?
– Да.
– И откуда ты знаешь все эти названия: трибунал, управление сопровождения следственных действий, информационной безопасности управления сопровождения следственных действий?
Алита вспыхнула:
– Понятия не имею… – она поймала недоверчивый взгляд Агнара, воскликнула: – Да, я знаю, как это звучит… Я не знаю, как сделать, чтобы ты поверил!.. На моем запястье – клеймо аффлары, в моей памяти информация об управлении…
– А откуда у тебя кодировка личного канала связи с Теоном?
Агнар будто срезал ее своим вопросом, Алита поперхнулась и смолкла, сжалась.
– Я не знаю, – прошелестела в ответ.
Молодой человек скептически изогнул бровь. Подождав еще пару мгновений, он шумно вздохнул и отвернулся к монитору.
– Хорошо. Значит, все-таки аффлара. Продолжаем играть в потерю памяти.
– Я не играю. Я говорю, как есть. Ты вправе мне не верить.