Евгения Кочетова – Извращённые умы (страница 3)

‒ То утро было обычным… Ничто не предвещало беды. Тимми, мы его только так называем, всегда просыпался сам, сам умывался и чистил зубы. Он был очень собранным, послушным и милым мальчиком. Наша служанка Агнес, которая вас встретила, как обычно, подготовила обеды в школу для детей, у нас ещё есть старшая дочь Моргана. Дети собрались, их повёз наш водитель. Первой он высаживал Моргану, так как ее школа ближе, а затем Тимми неподалёку от школы для мальчиков возле церкви. Автомобилям школа не разрешала подъезжать, дабы не было запахов от выхлопных газов и грязи, а также они берегли территорию вокруг, выложенную хрупкой плиткой, она могла сломаться от тяжести транспорта. Школа эта старинная, была открыта ещё в восемнадцатом веке, там консервативные устои и не особо приветствуется развитие промышленности.

Терри говорила, а инспектор думал, достав из кармана пиджака смятый блокнот и карандаш. Он вежливо прервал ее и задал вопросы:

‒ Кто заведует школой Тимми и кто особенно против промышленности?

Дама быстро сообразила и дала ответы:

‒ Она под патронажем религиозного ордена, в ордене главенствует архиепископ. Школой же заведовал и до сих пор заведует лорд Малкольм, он же член Палаты. Он же устанавливает правила.

Бэйтс размышлял и вспомнил дело «государственной важности» о телефонных звонках. Фамилия того лорда была именно эта.

‒ Но такая школа должна быть некоммерческой, от нее не может получать прибыль член Палаты лордов… ‒ рассудил инспектор.

‒ Верно, ‒ тотчас поддержала Терри и даже немного взбодрилась. ‒ На бумаге и словах всё так и есть, но слухи ходят, что далеко не все пожертвования идут на развитие школы… ‒ намекнула она весьма прямо о воровстве денег, вероятно, этим самым лордом. ‒ Официально школой занимается супруга лорда Малкольма, но все знают, что это для отвода глаз…

Бэйтс не зря решил, что сия дама может ему помочь и на многое пролить свет. Он не ошибся. Его тоже посетила бодрость. Мать, потерявшая ребенка, готова на всё и уже ничего не боится.

‒ Ваш супруг знаком с данным лордом? ‒ в прищуре уточнил инспектор.

‒ Да, знаком. И не просто знаком, они являются недругами как раз из-за промышленности. Лорд ратовал в своей Палате за закрытие фабрики Леопольда, якобы фабрика засоряет окружающую среду. Но на самом деле лорд был просто зол на моего мужа, потому как Леопольд не взял его ни в соучредители, ни в помощники. Лорд хотел доставлять на фабрику приобретенную каким-то подпольным путём кожу.

Бэйтса всё больше удивляли рассказы. Первой пометкой в блокноте стал лорд Малкольм ‒ подозреваемый.

‒ Как вы думаете, эта неприязнь между лордом и вашим супругом могла перерасти в нечто большее?

Терри сразу поняла, к чему клонит инспектор.

‒ Могла… ‒ произнесла она, кивнув. ‒ Все знают нрав лорда, он мстительный человек. Сначала он подкупил мужчину, дабы тот подал в суд на Леопольда из-за фабрики, а затем пытался подкупить судью, чтобы тот вынес решение в пользу него. Леопольду удалось откупиться, выплатив большую сумму денег, а некоторые узнали о подкупе человека. Я уверена, что ненависть лорда возросла и уже перешла в нечто личное…

‒ Лорд мог сделать что-то с вашим сыном с целью сурово наказать отца Тимми? ‒ напрямую спросил Бэйтс.

Терри резво затушила сигарету. Слёзы всё-таки потекли из ее глаз. Быстро смахивая капли, дама ответила:

‒ Мог. Он один из главных подозреваемых для нас. Однако прошлый инспектор так не посчитал и не захотел вмешивать в дело многоуважаемого человека.

Показались эмоции злости и неприязни, вероятно, к обоим мужчинам.

‒ Вы сказали, он один из главных подозреваемых… а кто ещё, по вашему мнению? ‒ ухватился за ниточку и уточнил Бэйтс.

‒ Одна семья, у которой сын ходил в школу вместе с Тимми, ‒ охотно поделилась Терри. ‒ Странная парочка, утверждали, что живут в поместье, пытались показаться богатыми. Но потом выяснилось, что никакие они не богатые, а даже наоборот, их сына выгнали из школы за нападение на Тимми из-за полученной им награды. Их сын, как и они, считал, что награду заслужил именно он.

Инспектор вспомнил снимок Тимми со статуэткой в руках. Он уточнил, Терри с улыбкой поделилась:

‒ Именно эта награда за лучшее стихотворение о своей семье. С наградой шёл и денежный приз, который, собственно, волновал ту семейку больше всего.

Инспектор поражался всё больше. В блокноте он намеревался отметить ещё одних подозреваемых и спросил их имена.

‒ Их фамилия была выдумана, вернее, они назвали школе фамилию одной солидной дамы ‒ леди Вайолет Фрай. Папаша мальчика назвался ее племянником. Настоящую их фамилию я не знаю и прошлый инспектор не узнал. А зовут их Стивен и Дебора.

Бэйтс всё записал и далее спросил:

‒ Вы думаете, их мотивом была месть Тимми или же всем вам?

Выражение лица Терри вновь приобрело неприязнь.

‒ Мы думаем, тут два варианта: месть или похищение с целью продажи нашего ребенка…

Слова огорошили инспектора, едва не выпал карандаш. Он попросил рассказать подробнее о продаже. Терри глубоко вздохнула, ее грудь заколыхалась, рука поправила бусы, застрявшие в ложбинке. Бэйтс это видел, но старался не глядеть, куда не надо.

‒ До нас доходил слух, что эта парочка почти сразу после пропажи Тимми вдруг купила себе большой дом, на который у них денег точно не было. Откуда они могли взять такие деньги? Эта Дебора обмолвилась бывшей хозяйке дома, что они удачно кое-кого продали… та подумала на ферму со скотом или свиньями, что угодно, но не на человека. А вот мы сразу подумали о самом страшном… Ведь их сынок однажды сказал Тимми, что тот скоро исчезнет.

Бэйтс был шокирован. В том числе тем, что за три года его нынешний начальник Престон так и не выяснил правду. Терри поведала, что семейка отказалась общаться с констеблями, а вскоре унесла ноги и след их простыл. Бэйтс сделал пометки.

Служанка принесла чай и печенье. Обслужила пару и намеревалась выйти.

‒ А что вы думаете о пропаже Тимми? ‒ внезапно спросил ее инспектор.

Терри перебирала рукой зёрна бус на шее и подняла взгляд на служанку. Агнес повернулась, было видно ее волнение и робость.

‒ Я даже не знаю, сэр. Об этом трудно говорить, Тимми был очень добрым мальчиком, я не могу представить, что за такой монстр мог ему навредить и обидеть… Простите, сэр.

Терри отпустила встревоженную и горестную служанку.

‒ Агнес работает у нас много лет, мы ей доверяем. Она хороший человек и очень ранима, она даже несколько раз падала в обморок, когда речь заходила о пропаже Тимми, ‒ поведала хозяйка, вздохнув. ‒ Она точно не может быть замешана, ‒ заключила дама.

‒ Не скажите… ‒ вдруг произнёс не столь доверчивый Бэйтс. ‒ За свою службу я повидал разных людей, некоторые умеют маскироваться и изображать горе, нагло лгать прямо в глаза. Я бы не скидывал со счетов никого, миссис Левингтон, ‒ посоветовал он.

Терри задумалась, а затем ответила:

‒ Я понимаю, инспектор. Но моему супругу не понравится, если я или вы начнём подозревать Агнес, Леопольд ее любит как родную мать.

Бэйтс прищурился. Он смекнул, что служанку не желает вмешивать не Терри, а ее муж. Каждая деталь, каждое слово или намёк были важны и могли к чему-то привести, поэтому инспектор пока не вычеркнул из списка подозреваемых ни служанку, ни отца Тимми. Однако Терри он ничего об этом не сказал.

‒ А что же водитель, который отвозил Тимми в школу в то утро? Могу я с ним поговорить? ‒ далее поинтересовался инспектор.

Терри вновь тяжело вздохнула.

‒ Водитель уволился после того, как на него напал мой муж. Это случилось, когда он только узнал о пропаже нашего сына. Леопольд не смог сдержать эмоций… ‒ поведала дама.

‒ То есть водитель был подозреваемым? ‒ уточнил Бэйтс.

‒ Был. Однако Леопольд понял, что он непричастен, ведь в то утро после школы водитель должен был поехать на станцию техобслуживания для проверки автомобиля ‒ в нем что-то стучало. Работники станции подтвердили, что водитель находился там очень долго, поломка оказалась серьёзной.

Инспектор кивнул и сделал пометку. Возле слова «водитель» он всё-таки поставил знак вопроса.

‒ Могу я взглянуть на комнату Тимми? ‒ далее попросил Бэйтс.

‒ О, конечно. Мы ничего там не трогали, всё осталось так, как было. Это помогает нам верить в возвращение нашего сына, ‒ ответила Терри, быстро опустив голову и потирая пальцами щёки, дабы остановить слёзы.

Времени на чаепитие не было, вечерело, и инспектор направился наверх за хозяйкой. В лестничном пролёте его привлекла маска, располагающаяся на подставке, а подставка на пьедестале.

‒ Это некое искусство? ‒ решил полюбопытствовать он.

‒ Эту маску подарил Леопольду друг, он привёз ее из Африки, ‒ поведала Терри.

Маска была тёмного цвета, прорезаны глаза и рот, вокруг изображены неизвестные символы. Инспектор наклонился ближе и увидел, что маска сделана из соединения и переплетения тонких верёвочек, между ними были деревянные вставки, а сверху она покрыта коричневой краской.

‒ Весьма любопытно… ‒ вымолвил инспектор.

Терри улыбнулась.

‒ Мой муж коллекционирует странные вещи, он собирает маски со всего мира. Воодушевившись, он и сам стал пробовать изготавливать вещи из верёвок и дерева. Правда, резьба по дереву ему не особо даётся… ‒ слегка усмехнулась дама.

Бэйтс вдруг вспомнил, что не уточнил, где же был в то утро пропажи Тимми сам мистер Левингтон и где находится сейчас.