Евгения Казакова – Обручение (страница 5)
– Только не называй Подземных жителей гномами. Они могут обидеться и наслать на тебя проклятье.
– Хорошо. Тогда… как тебе название
– Годится, – согласился возлюбленный и поспешно отстранился, так как к нам как раз подошел один из чудных малышей.
На меня посмотрело два добрых, невероятно голубых глаза, а маленькая пухлая ручка протянула вперед поднос.
– Наше племя радо приветствовать тебя Диамант! – раздался звонкий, но при этом невероятно детский голосок. – Мы искренне надеемся, что ты примешь помощь Подземных жителей в своей борьбе и позволишь нам внести свою лепту в победу над вампирской чумой.
Я приняла предлагаемое угощение и, мягко улыбнувшись, спросила:
– Как вас зовут?
– Оллин, Диамант.
– Большое спасибо за угощение, Оллин. И за предложенную помощь. Сейчас важно, чтобы все и каждый в отдельности, чья душа чиста, встали на защиту нашего общего будущего. Для нас будет честью, если Малый народ…
Я вдруг запнулась.
Черт! Ну вот, с губ и слетела первая непростительная глупость.
Позади раздался приглушенный смешок. Анджей. Проклятье!
– То есть, я хотела сказать…
Маленький человечек тем временем пристально вглядывался в мое лицо и молчал. Его скулы напряглись, и я поняла, что проклятье, очевидно, будет наложено на меня гораздо раньше, чем планировалось.
Когда я снова открыла рот, чтобы выдавить извинения из нежелающих слушаться губ, пухлые щечки вдруг разрумянились, а губы малыша расплылись в улыбке. Белая бородка так и зашевелилась.
– Какая ты смешная!
Я выдавила из себя испуганную улыбку. Анджей уже почти хохотал.
– Желаю приятного аппетита! Возблагодарим Матушку-Землю за посланные нам дары!
– Спасибо еще раз Оллин. Возблагодарим.
Я слегка приподняла глиняную тарелку перед собой, а малыш тем временем поприветствовал Анджея.
Пару мгновений спустя Подземный житель испарился, так как его поднос успел опустеть.
– Ты очень странная, – вернул меня к реальности тихий голосок Кейти. – Какое чудное название для Подземных придумала! Надо же. Они теперь тебя вообще боготворить начнут, как Белоснежку.
– Что?! – почти присвистнула я и смерила все еще хохочущего Анджея вопросительным взглядом. – И это ТОЖЕ ПРАВДА?
Тот утвердительно кивнул и продолжил тихо давиться смешками.
Как и говорила Аврора, еда оказалась просто превосходной. Несмотря на то, что вырывающийся из котелка приятный пряный аромат напоминал собой жаркое, внутри оказалось что-то вроде запеканки из каких-то странных корешков, по вкусу напоминающих батат с цыпленком.
– Очень вкусно! Что это такое? – поинтересовалась я у Авроры.
– Каша из каштанов, корней дуба и полевых цветов.
Я снова на мгновение потеряла дар речи, так и впериваясь пристальным взглядом в прекрасную Норну.
– Разве тебе не нравится?
– Очень нравится. Просто…
– Для Амелии такая еда в новинку, – пояснил Анджей. – Она слишком долго находилась в обществе Земных.
Аврора понимающе кивнула и продолжила с аппетитом уплетать угощение.
Когда, добрых полчаса спустя с трапезой было покончено и все принялись пить ароматный отвар из огромного котелка, что не так давно был снят с пламени, в толпе послышались «волнения».
– Аврора, расскажи-ка нам историю! Ты ведь известная мастерица! У тебя лучше всего получается слагать слова не только в заклинания, но и в самые настоящие сказания. Просим!!!
Произнес эту данную фразу тот самый колдун, что разговаривал с Анджеем. Легкий порыв ветра растрепал его волосы, а в серо-голубых глазах так и плясали языки пламени.
Одного моего короткого взгляда хватило на то, чтобы понять: молодой человек по уши влюблен. А предмет его обожания никто иной, как очаровательная Норна.
Холодная красавица одарила молодого человека самой ослепительной улыбкой на свете, и коротко кивнула:
– Сказание историй действительно одна из самых сильных сторон нашего племени. Я с удовольствием! Какую историю вы хотели бы послушать?
– Расскажи нам о Защитнике и Древе! – раздалось в толпе. Судя по писклявому голосочку, это был один из гномов.
Аврора посмотрела на светловолосого молодого человека, и тот утвердительно кивнул.
– Ну, что ж…
Анджей плотнее прижал меня к себе, а я плотнее укутала пледом привалившуюся ко мне Кейти. Девочка была такой теплой и маленькой, что напоминала собой самого настоящего плюшевого медвежонка. От ее кудряшек пахло росой и цветами.
Норна прочистила горло и начала свой рассказ:
– Давным-давно, когда Вселенная только приняла решение, что она совсем одна в бесконечном течении времени, и что ничто не может существовать само по себе, в самом ее центре зародился росток. Никто уже и не вспомнит, откуда он взялся. То ли высшие силы сжалились над несчастной Вселенной и послали этот росток ей в дар, то ли он пророс из горьких слез, что скатились с ее глаз, наполненных грустью и отчаяньем…
Молодой человек ни на одно короткое мгновение не спускал своих глаз с красавицы-скандинавки. Даже девушка-эльфийка с колечком в носу отложила в сторону свою гитару и полностью обратилась в слух.
– Когда росток вошел и пустил корни, на его месте возник прекрасный ясень под названием Иггдрасиль – основа всех существующих девяти миров: Асгарда, пристанища богов, Мидгарда, пристанища людей, Ётунхейма, земли великанов, Альвхейма, мира духов природы…
Как только Аврора обронила последнюю фразу, деревья вокруг так и зашелестели.
– …Свартальфахейма – родны эльфов и им подобных, Ванахейма – места для жизни всех земледельцев, Нифльхейма – земли льдов и туманов, а также огненный мир Муспельхейм и Хельхейм – пристанище мертвых. Итоговый мир. Который либо подарит новую жизнь, либо станет виновником краха всего сущего – Рагнарёком.
Я невольно поежилась, а рука Анджея крепко сжала мою. Что-то мне это напоминало.
– А что же Норны? – поинтересовалась сидящая рядом Кейти. – Защитницы Древа…
Добрые глаза Авроры глянули на девочку, а затем она продолжила:
– Как только Вселенная перестала быть одинокой, а миры начали свое движение, у одного из источников жизни, что питало дерево (его называют Урд), появились защитницы. Прекрасные волшебницы, которым было даровано определять судьбы не только людей, но и богов. На протяжении столетий они клялись защищать Древо. Питать его жизненной энергией, следить за мирным течением всех трех ветвей времени и лишь постепенно вести созданный мир к своему логическому завершению – Рагнарёку.
– И что же должно привести к этому самому
Прекрасные голубые глаза Авроры с толпы переместились на меня, а затем она протянула:
– Когда все сущее потеряет смысл. Когда любовь сменится ненавистью, когда добро обернется злом, а свет – тьмой.
– В таком случае, мы уже совсем близко подобрались к этой пропасти, – сама того не ожидая, вдруг выпалила я.
Анджей мигом смерил меня многозначительным взглядом, а окружающая нас «магическая» толпа вдруг притихла.
– Что именно ты хочешь этим сказать, Диамант?
Несколько сотен пар глаз внимательно уставились на меня в ожидании.
Сделав глубокий вдох, я произнесла:
– Я хочу сказать, что, оглядываясь на все те события, что происходят вокруг… Земные убивают Земных, один магический Клан пытается поработить или истребить другой, в сердцах сумятица… Любовь истребляется, сменяясь расчетом и выгодой… Порой я задумываюсь… А стоит ли вообще спасать этот мир, если испокон веков мы сами снова и снова стремимся его уничтожить? Истребить, сжечь, сравнять с землей и… обратить в пыль.
С губ слетел вздох. Наконец-то я это сказала. Сказала то, о чем думала уже давным-давно.
Понимаю, Диамант, а его светлая часть – в особенности, вообще не должны говорить что-то подобное, но меня уже слишком долго терзал вопрос о целесообразности всего происходящего, вопрос о том, должны ли мы с Анджеем вообще спасть эту Вселенную от гибели. Ведь, что говорить… Мы погрязли во всех возможных грехах по самую голову. Даже я – та, которой было суждено стать спасителем целой Вселенной, успела запятнать свои руки кровью невинной жертвы, и теперь надеялась на помощь каких-то неведомых сил, которых запросто вообще могло не существовать в природе.
– Это же замечательно, – вернул меня к реальности голос Авроры. – Пока существуют те, кто искренне готов отвечать за свои поступки и четко понимает, что этот самый мир неидеален – он будет существовать, а наше божественное Древо – питаться и расти во благо.
Я смерила девушку скептическим взглядом.