Евгения Донова – История одного кактуса. Роман для тех, кто боится любить (страница 25)
– Поверь мне, я тоже через такое проходила. – Мама едва заметно улыбнулась одними уголками губ.
– Вряд ли.
– Большинство людей прошло через это, и большинство из них потом снова влюбились, обзавелись семьями и детьми. Все это пройдет, дорогая.
– Нет! – выкрикнула я. – Не пройдет! Я думала, что мне будет легче, если я разозлюсь, но мне не легче!
В этот момент я разразилась рыданиями. Мама обняла меня, я уткнулась ей в плечо, икая и размазывая слезы по ее джемперу. Надо отдать должное – она не стала задавать никаких вопросов. Видимо, решила, что если я захочу, то сама все расскажу.
Мы сидели так долго. Я плакала и плакала, пока не почувствовала, что слез больше не осталось. Я еще немного посидела, уткнувшись в мамино плечо, потом подняла опухшее от слез лицо и посмотрела на нее с немой мольбой. Мама положила ладони мне на щеки и сказала:
– Алеш, это больно. Почувствуй эту боль, проживи ее, запомни. Она станет частью тебя, сделает тебя лучше и мудрее.
– Как боль может сделать меня лучше? – просипела я.
– Очень просто. Каждый день тебе будет становиться легче, и однажды ты сможешь сказать: «Я это пережила». И вся эта история превратится в твой опыт, которым ты будешь пользоваться до конца жизни. А жизнь твоя только начинается, девочка моя любимая. Впереди еще столько всего интересного, столько счастливых моментов. И ты научишься ценить их еще больше, когда все это останется позади.
2017
Остаток выходных я провела дома. Выходить никуда не хотелось, и я решила использовать возможность побыть наедине с собой и все хорошенько обдумать. В субботу вечером, после двухчасовой ванны, увлажняющей маски и скраба, я окончательно пришла в себя.
Теперь я выглядела как человек, а не как помятая, криво сшитая мягкая игрушка. Я сидела на кухне с чашкой ромашкового чая (да-да! Алкоголь – это не все, что я пью!), когда телефон запищал. На экране висело сообщение от Андрея:
Я вздрогнула, потому что, могу поклясться, снова почувствовала, что он проявляет обо мне заботу!
Я попыталась восстановить в памяти события предыдущего вечера. Несмотря на пол-литра текилы, помнила я все довольно-таки неплохо. Лучше бы все было наоборот! Каждый раз, когда мне кажется, что пасть ниже в глазах Андрея уже просто невозможно, мне удается выставить себя еще большей дурой. Как будто я пытаюсь побить рекорд в каких-то извращенных Олимпийских играх. И мне, черт возьми, это удается!
Застеснялась и сбежала при первой встрече? Кажется, у кого-то проблемы в общении с мужчинами. Чуть не провалилась под землю от стыда на свадьбе после импровизированного поцелуя и потом снова сбежала? Отлично, кажется, она сама не знает, чего хочет. Можно было бы на этом остановиться, да? Но вместо этого я представила Андрея в ресторане своим братом, после чего целовалась с ним в закутке кинотеатра и снова сделала ноги. Тут уже попахивает серьезным психическим расстройством. Остановись, Алена! Но нет, она только начала! На дне рождения я затащила Андрея в постель, использовала его самым грязным образом, после чего меня вырвало (о господи!), я обозвала его импотентом и выставила полуголого в коридор. Вроде бы сильнее опозориться просто невозможно, да? Она уже показала все свои темные стороны. Даже не так. Она показала, что целиком состоит только из темных сторон. Как черная дыра. Окончательно свихнувшаяся старая дева. Но нет, тут я решаю припереться на выставку, после чего делаю татуировку, напиваюсь, закатываю Андрею сцену ревности, издеваюсь над его работами, потом целую и умоляю остаться на ночь, а он в ответ вручает мне визитку психотерапевта.
Я почувствовала, как щеки краснеют. Мне было действительно стыдно, до глубины души. Что бы там Андрей ни испытывал ко мне в детстве, сейчас я выглядела для него как истеричная, взбалмошная, помешанная на сексе шизофреничка. М-да, мне определенно надо к психологу, тут он прав.
Визитка лежала на тумбочке в спальне, и я весь день физически чувствовала ее присутствие в квартире, так, как будто она была живым человеком. Вряд ли, если бы на моей тумбочке лежал живой человек, я смогла бы спокойно попивать чай, сидя на кухне.
И все же вечер субботы не лучшее время звонить психотерапевту. Я решила отложить этот разговор на понедельник. С понедельника начну новую жизнь!
Понедельник – лучший день для начала новой жизни. По понедельникам люди садятся на диету, бросают курить и пить, дают себе обещания что-то изменить.
Я никогда этим не страдала – мне не хотелось начинать новую жизнь, потому что, положа руку на сердце, старая меня вполне устраивала. Но первое, что я увидела, когда проснулась утром после выходных, была надпись на руке: «No more fear». Краснота уже почти прошла, а буквы покрылись тонкой, незаметной со стороны корочкой, которая обнаруживалась только на ощупь. Я нежно погладила татуировку. Сделать ее было правильным решением.
Спустя три часа я поднималась на лифте в нашем бизнес-центре, полная решимости изменить свою жизнь.
При выходе из лифта на меня налетел Антон.
– Алена! – Он взял меня за плечи и на автомате чмокнул в щеку, после чего немедленно покраснел. Видимо, осознал, что это был наш первый поцелуй.
– Привет. – Я искренне ему улыбнулась. Его не было в офисе почти целый месяц, и я успела даже в какой-то степени соскучиться. – Как твоя командировка?
– Ой. – Он отмахнулся. – Не спрашивай! Ничего особо не посмотрел, мотался по встречам, был в Лондоне, Дублине… Как ты? Я все время про тебя вспоминал, – добавил он уже тише, так, чтобы никто не услышал.
Я решила проигнорировать этот намек и ответила сугубо по-деловому:
– У нас тут все под контролем, работаем, скоро защищаем тендер наконец-то.
– Я имею в виду не работу. Как ты сама? – не унимался он.
Какой же он был душка! Милый, застенчивый, немного неуклюжий, но всегда внимательный и профессиональный. Эх… Подстричь бы его дурацкие волосы, торчащие во все стороны, сделать что-то с ушами, и огонь был бы, а не мужик!
– У меня все хорошо. – Я не стала вдаваться в детали, чтобы не поощрять его интерес.
– А как Андрей?
От его вопроса я невольно выпучила глаза. Какого черта он интересуется Андреем? Ах да, точно. Он же считает нас неразлучными братом и сестрой.
– У него тоже все отлично. Была в пятницу на его выставке. Вот уж никогда не думала, что мой братишка способен на что-то столь грандиозное.
– Я хотел обсудить с тобой сотрудничество с ним, – сказал Антон. – Сейчас убегаю на встречу, давай пообедаем вместе сегодня?
– Э-э-э… Давай, – согласилась я, и он тут же нырнул в открытый лифт, из которого как раз вышли все пассажиры.
После нашего разговора я стояла в оцепенении еще минуту. Да, Андрей что-то упоминал про то, что Антон с ним связывался, но я тогда не придала этому значения – подумала, что они, наверное, просто разговорились в комментариях в соцсетях… И как же мне теперь выкручиваться? Я зашагала в кабинет, попутно размышляя о том, как мне выпутываться из этой дурацкой ситуации. Очередной, к слову сказать, дурацкой ситуации.
После проверки почты, нескольких звонков и составления плана на день у меня наконец появилось свободное время. Решив взять быка за рога, я достала из кошелька визитку и набрала номер психолога, у которого, как оказалось, было звучное имя – Дмитрий Поддубный. Пока шли гудки, я сделала глубокий вдох и попыталась расслабиться. Сейчас я услышу размеренный и спокойный голос психолога и буду следовать его указаниям. Поплыву по течению. Отдам себя в руки профессионала. Самое сложное я уже сделала – позвонила.
Гудки шли один за другим, но ответа не было. Я уже собралась вешать трубку, но вдруг услышала с другого конца провода резкий мужской голос:
– Алло! – После этого послышался грохот и ругательства. – Мать твою, ты что, слепой?! Поставь эту дрянь на место!
– Э-э-э… Дмитрий?
– Да.
– Поддубный?
– Да! Кто это? – раздраженно спросил он.
– Вы психолог? – не унималась я. Тот факт, что его работа – лечить психику людей, никак не хотел укладываться в моей голове.
– Нет, грузчик, елки-метелки! Кто это?!
– Меня зовут Алена.
– Замечательно! Очередной журналист? В гробу я ваши интервью видел, понятно?!
Нет, ну неужели этот нахал действительно работает с людьми?!
– Ваш телефон мне дал Андрей Рублев.
– Рублев? – Дмитрий рассмеялся, и голос его тут же смягчился. – Вот это да! И как у него дела? Мы с ним уже года три не виделись.
– Все хорошо. Так я не ошиблась? Вы на самом деле психолог? Практикующий? – на всякий случай уточнила я.
– Да, я психолог, Алена, извините, что резко отвечал. В последнее время меня достали блогеры и журналисты. Сначала напрашиваются на мои занятия, а потом выкладывают в интернете свои кретинские статейки. – Он все еще посмеивался. – Я, наверное, вас не на шутку напугал?
– Если честно, то да.
– Давайте начнем все сначала. Я Дмитрий, мы с Андреем старые знакомые. Чем я могу вам помочь?
– Я… Э-э… Хотела встретиться и поговорить. У меня… Кое-что случилось.
– Давно?
– Когда мне было шестнадцать.
– А сейчас вам сколько?
– Тридцать.
– И вас до сих пор не отпустило?
Наглость, с которой он задавал свои вопросы, меня поразила. Неужели бывают такие психологи? Мы разговариваем всего минуту, а меня уже холодный пот прошиб. А как же подготовка? Разве ему не нужно сначала войти ко мне в доверие, помочь расслабиться?