Евгения Чепенко – Боксер, Пашка, я и космический отщепенец (страница 21)

- Ты отзываешься на новое имя?

Капитан протестующе зашипел.

- Ну да, - не поняла я. - Необычное имя, - на ум пришли воспоминания о ночи.

- Да! - заорал кактусенок. - Мам, это кр-руто!

- Это кл-луто! - согласилась Маша.

- А что круто? - не поняла я. Сишати зачем-то схватился за голову.

- Ты только что вышла замуж за капитана! - просветил родную мать цветик.

- Когда? - суть происходящего никак не доходила до испуганного тараканами сознания.

- Только что. Ты сказала мудрому, что приняла имя, которым тебя зовет Сишати.

Я открыла рот, потом закрыла, потом опять открыла. Три старикана с любопытством наблюдали за моими лицедвижениями.

- А... А предупредить? - наконец нашлась я.

Мой непобедимый капитан сполз на пол, спрятал лицо в ладонях, упер локти в согнутые колени и что-то зло зашипел. Я тут же забыла про свои уже не в меру за это путешествие вывихнутые мозги и присела рядом.

- Сишати, ты только не обижайся на меня. Я же не знала, что так подставлю, честное слово. Ну, должен же у вас существовать развод. Ты только не расстраивайся. Подумаешь ерунда какая. Кто узнает?

Мои успокоительные поползновения только увеличили поток злых фраз на инопланетном наречии. Даже чокнутые исследователи оторвались от своих дел и наблюдали за развернувшейся сценой. Я решила перевести всех на другую тему, тем более, что она меня интересовала не меньше состоявшегося неизвестно как брака.

- А удалось доказать вину Кори?

За капитана ответил все тот же центральный мудрый.

- Сишати прибавил к нашим собранным уликам главное доказательство. Теперь ему не уйти. Убийство тяжкий грех, искорененный нами века назад.

Новоиспеченный муж вдруг вскочил как ошпаренный, что-то прошипел мудрым, рывком поднял меня с пола.

- Мы улетаем. Сейчас же. Паша, быстро.

Сынку как ветром с дивана сдуло, причем вместе с Машей.

- Оперативно, - пробормотала я. - А мы куда? - взглянула я на Сишати, схватившего меня на руки и широким шагом направившегося к двери, - Всего доброго! - это уже относилось к оставшимся в комнате.

- Дольф, пошли! - крикнул неотстающий от капитана цветик.

- Так мы куда? - рискнула поинтересоваться я повторно.

- На Землю.

- Зачем?

- Знакомиться с твоими родителями.

- А как же развод? - не поняла я. - И я сама могу ходить!

Меня спустили на пол, взяли за руку.

- Ты хочешь от меня уйти?

- Да как-то нет, не знаю, я ничего не поняла...

- Хорошо. Значит, летим знакомиться с родителями.

- Вот бабуля обрадуется! - встрял кактус.

- Екалный папай! - подтвердила нарашека с его рук.

Я нахмурилась. Вроде при Маше такого не говорила. Может Пашка от меня взял?

- А как же Кори? - вспомнила я. - Я думала, ты хотел видеть, как его осудят.

- Не вижу смысла. Его на суде не будет. Он сбежал. Вместе с сыном исчез.

- А-а, - протянула я, пытаясь ухватиться за руль собственной судьбы. С тех пор, как в жизнь вошел этот мужчина, я окончательно потеряла управление (тормоза отказали еще когда Пашка родился). Как-то незаметно, без боя, сдала ему в руки и все, теперь с пассажирского сиденья пытаюсь задавать вопросы. Наивная, блин!

Позади послышался топот трех пар сапог и размеренная инопланетная речь. Я знала эти голоса, привыкла уже как-то к ним. Капитан обернулся, выслушал Шуаи и Наши, кивнул. Обратился к Кагараши, тот упрямо поджал губы и отрицательно покачал головой. Сишати нахмурился. Молодого врача это не напугало. Парень упрямо выпятил подбородок, глядя на всех с высоты своего роста. Знать бы еще, о чем они. Спустя мгновение догадалась. Шуаи и Наши остаются, зато Кагараши зачем-то летит с нами. По мне так не одна я задавалась этим вопросом.

Мы вернулись на корабль в урезанном составе.

Часть вторая

В которой будет еще одна свадьба, но на этот раз не случайная, два косоглазых зайца станут свидетелями внеземной ревности, молодого врача поцелуют из вредности, обнаружится, что чай с коньяком можно пить и без чая, а женсовет, в лице мамы, дочери и инопланетной кошки, по причине сражения прабабушки с пятью немцами организует боевой вылет на территории тропической державы.

16. Моя твоя не понимает

Я сидела в каюте, уронив голову на руки, и размышляла. Кактус благополучно вертелся в рубке, безнаказанно задавая сотни вопросов сразу двум благодарным слушателям. И я точно знала, что в большей безопасности он оказаться не мог. Я - мать, не обладала такой силой защитить своего мальчишку. Капитан обладал, ко всему прочему он был мужчиной, а Паше не хватало отца, всегда не хватало, порой до невозможного. Как бы я не старалась заменить обоих родителей, мужчина в жизни мальчика оставался мужчиной. Поправка, любящий мужчина. И это здорово, только есть еще я сама. Что я чувствую, чего хочу?

Застонала, собрала волосы в хвост, стянув их на затылке сильнее, чем требовалось. Сосредоточься, Наташ. Думай! Думай! Именно для этого ты потихоньку сбежала сюда. Подумать, разобраться в себе, понять. Только чем дольше я размышляла, тем большая каша образовывалась в голове.

- Черт! - взвилась с кровати и принялась бегать из угла в угол. Что ж такое? Больше недели назад жизнь была неидеальной и не совсем спокойной, но, по крайней мере, кристально ясно прорисовывалось собственное будущее. Сейчас же...

- Микаи, - мягко произнес до боли знакомый голос. Я взвизгнула и обернулась к двери. А не бесшумно они открываться не умеют?

- Где Паша?

- С Кагараши. Ты расстроена, - это не было вопросом. Не стала врать. Просто не могла. Не тогда, когда все мои жизненные ориентиры сбились, и я попросту не представляю куда ступить, дабы не сорваться в пропасть. Не знаешь, что говорить, - говори правду.

- Да.

Сишати стиснул зубы, в знакомых темных глазах отчетливо мелькнула боль. В два шага он преодолел расстояние между нами и мягко прижал к стене. Даже злясь, этот мужчина не вел себя так, как вели свои отечественные, земные.

- Микаи, что во мне не так?

Я удивленно смотрела на него.

- В смысле? Все так.

Злится и это факт, но снова я в тупике, поскольку просто не знаю на что.

- Тогда я не понимаю!

Подавила смешок. Взаимно, капитан. Увы, но мои чувства те же.

- Микаи, не нужно расстраиваться. Просто позволь быть рядом. Я не трону тебя, не подойду, не потребую ничего взамен, только позволь остаться, позволь видеть тебя и сына, позволь заботиться о вас. Если в твоей жизни появится тот, кого ты полюбишь, я уйду.

Вот теперь было не до смеха. Сердце ухнуло в живот и принялось бешено подпрыгивать то ли от радости потрясающего по своей силе и лаконичности признания, то ли от неожиданности этого самого признания. За время знакомства с Сишати, я поняла одну вещь, врать он не любил и потому либо молчал, либо говорил исключительно правду. Пристально изучала карие глаза. Решила быть такой же гипертрофированно честной.

- Капитан, ты не так меня понял. Я запуталась сама в себе - это раз. И разве тебя не смущает, что твоя жена низшая? Одно дело заниматься любовью. Это ни к чему не обязывает, только брак - иное. Плюс у меня Пашка и еще Адольф.

- Микаи, ты меня совсем не слушала, да? Я ведь сказал, что люблю тебя. Паша и мой сын тоже. И я бы ни за что не позволил себе обладать твоим телом, если б знал, что не останусь рядом, - он сердито зашипел на родном. - Низшие! Как у вас все неправильно!

Я протяжно вздохнула, осваивая новые просторы инопланетной культуры и психики. Сишати осторожно коснулся пальцами моей щеки, стал поглаживать, откинул волосы с плеча, очертил ключицы. Прикрыла веки, наслаждаясь лаской.

- Микаи, - мягко шепнул он, - пусти меня ближе. Я нужен сыну, а более всего я нужен тебе. Признай это, - теплые губы коснулись закрытых глаз. - Ты сильная, но ты устала быть одна, устала полагаться только на себя. Отдай мне это.

И откуда только у меня ощущение, что Наташик уже все решила? Теперь его губы едва касались моих, чудь задержались и пропутешествовали по щеке до мочки уха. В животе вихрем поднялось желание и разлетелось по телу. Я непроизвольно откинула голову.

- Тебе нравятся мои прикосновения? Скажи, Микаи, - прошептал он.

- Да, - еле слышно произнесла я. Заразно это, правду говорить.