Евгений Жегалов – Дочь демона (страница 29)

– Ночной Кремль впечатлил? Декорация. Красивая ширма. За ней те же игры, только пахнут дешёвым парфюмом и деньгами. А у нас… у нас пахнет кровью и старым камнем.

Росс не сразу ответил. Его взгляд был прикован к куполу колокольни Ивана Великого, возвышавшейся над городом, словно немой свидетель веков.

– Мне пришло «приглашение». От Совета. Через Ворощуна. Вежливое, аж с придыханием. Просят «обсудить взаимодействие», – произнёс он ровным, низким голосом, не поворачивая головы. – О чём они хотят говорить со мной? Может обозначишь сразу? А то, глядишь, и ехать незачем.

– Тогда, Опричник, буду говорить прямо, – не отрывая глаз от дороги, уже серьезно ответил Кузьма, ловко лавируя между редкими машинами. – Совет трещит по швам. Кунa рвётся к власти и видит в дочери Кудеяра угрозу себе. Волот, старый консерватор. Для него она выскочка, не имеющая права на наследие. Григорий… С ним всегда было сложно. Он играет в свою игру, но сейчас на ее стороне, так же, как и Ворощун. А я… я помню, что должен Кудеяру. И вижу – она наша единственная надежда, а не угроза. И мы готовы встать за нее. Хотя я догадываюсь, чего хочет от тебя Куна…

– И?

– Есть артефакт, которым можешь управлять только ты. Ни один демон не может прикоснуться к нему – это верная смерть. Именно он может решить всё: и борьбу с другими кланами за первенство, и вопрос власти внутри клана.

– О чём это ты? Что‑то не уловлю никак.

Кузьма мрачно хмыкнул:

– Посох. Царский посох.

Росс впервые за всю дорогу повернулся и пристально посмотрел на собеседника:

– Царский посох? А там у ваших ни у кого ничего не треснет?

– А вот это ты сам объясни им. Они сейчас начнут торговаться за судьбу девочки, будут давить законом и традициями…

– Вот, что меня меньше всего интересует в этой истории, так это ваши законы.

– Романтик, блин, – покачал головой Кузьма, но в его голосе послышалось уважение. – Я так и знал, что ты так скажешь.

Он на секунду отвлёкся, ткнув кнопку на руле.

– Как там наши мыши в магазине? – бросил он в встроенный микрофон.

Из динамика раздался спокойный голос:

– Всё чисто. Объект на месте, пьёт чай с хозяйкой. Хворостинин внутри, двое у входа, трое по периметру. Ничего не шело́хнётся.

– Слышишь? – Кузьма взглянул на Росса. – Девочка в безопасности. Мои ребята скучать не дадут. Можешь не отвлекаться. Пока мы с тобой будем на Совете разговоры разговаривать, она отдохнёт, людей посмотрит, с подругой поболтает. И ей надо привыкать, что она не одна, что у нее за спиной сила клана стоит.

Ростислав молча кивнул. Его взгляд снова устремился к отражению ночного города на стекле. Мысленно он прокручивал карту: от набережной до глухого арбатского переулка, где притаился магазин Елены. Диана была под защитой. Теперь он мог позволить себе быть не просто телохранителем, а Опричником. И идти на встречу, где решалась не только её судьба и будущее всего клана, но, возможно, будущее его страны.

Автомобиль бесшумно вкатился в арбатский переулок, где скрывался вход в резиденцию чернокняжичей, спрятанный за магическим барьером. У входа их уже ждал Ворощун, старый знаток древностей, с вечной лёгкой ухмылкой на лице. Кузьма уже потянулся к ручке двери, но вдруг его телефон разорвал тишину истошным, специально настроенным для экстренных звонков трелем. Он резко рванул аппарат к уху и его лицо окаменело.

– Что?! – его бас пророкотал так, что даже невозмутимый Ворощун невольно нахмурился. – Какого чёрта?!.. Так держите её силой! Чёрт!

Он швырнул телефон на сиденье и резко развернулся к Россу. В глазах полыхала ярость.

– Диана! Сорвалась с места. Её мать с отчимом приехали к ней на квартиру, и, якобы, у матери инфаркт. Сообщение пришло только что. Мои пытаются удержать, но она как шальная: выскочила из магазина подруги и едет туда. Прямо сейчас. А эти не могут ее остановить – она ведь княжна все-таки.

Ростислав рванулся к выходу из машины. Ворощун, уловив суть разговора, уже набирал чей‑то номер на своём телефоне.

– Минуточку, господа. Не стоит горячиться, – произнёс он, поднимая палец в знак того, что слушает собеседника. Его привычная ухмылка растянулась, стала тоньше, острее. – Да‑да… Интересно… Славик, мой таролог, живёт напротив. Говорит, только что видел мать Дианы в окне квартиры. Она ходит, поливает цветы. Никакого инфаркта. С виду всё в полном порядке.

В воздухе повисла гробовая тишина.

– Ловушка, – выдохнул Росс. – Её выманили.

Их взгляды встретились, и между ними пронеслась молния полного взаимопонимания. Слова были не нужны.

– Я на перехват! – рявкнул Кузьма, вскакивая в машину. – Перекроем все пути от магазина! Скорее всего они обогнут пробку по Большому Каменному.

Гелендваген взревев мотором, с визгом шин растворился в сумраке переулка.

Росс исчез, словно тень. Ворощун остался у ворот, медленно убирая телефон. На его лице застыло ледяное любопытство. Игра началась и ставки взлетели до небес.

Опричник нёсся вперёд, к дому, где была квартира Дианы. Логика подсказывала, что ловушка может ждать её и в дороге, но этот вариант отрабатывал Кузьма. А Росс устремился к самой цели – к квартире, где, по замыслу врагов, Диана должна была обнаружить якобы мёртвую мать и попасть в засаду.

Ворвавшись во двор, Ростислав увидел Славика. Тот, бледный и растерянный, метнулся ему навстречу.

– Диану видел? – схватил его за плечо Росс, одновременно выравнивая дыхание.

– Ростислав! Карты… Смерть… Башня… Десятка Мечей… Это ловушка! Её ждёт предательство и смертельная опасность! Диана в опасности! – Славик вцепился ему в рукав, пытаясь показать раскиданные тут же на лавочке карты Таро, – и вот еще Шут – прыжок в неизвестность.

– Да это я и без карт твоих знаю! – рыкнул опричник, отбрасывая его руку. – Она здесь была? В квартире?

– Н-нет… не видел… – растерянно пробормотал Славик, отрицательно качая головой.

Росс вбежал в подъезд, и рванул вверх по лестнице. На ходу вытащил ключ. Это был хитрый ключ – универсальная отмычка. Ему его подарил вор с большим стажем, который вдруг решил завязать и с помощью своих родственников подписал контракт с Вагнером, где и встретился с Ростиславом. Ключ меньше, чем за минуту открывал любой замок. Замок от двери квартиры Дианы не стал исключением.

Дверь, тихо скрипнув, отворилась. Росс бесшумно, держа наготове «Гюрзу» вошел в прихожую. В комнате мать Дианы спокойно поливала цветы. На кухне что‑то делал отчим. Самой девушки здесь явно не было. Мама вздрогнула, обернувшись.

– Вы меня напугали, – произнесла она, едва не уронив лейку с водой.

– С вами все в порядке? – спросил Росс, пряча за спиной пистолет.

– До этого момента было все неплохо, а тут аж сердце ёкнуло. Разве можно так внезапно появляться?

– А это похоже нынче мода такая, – раздался голос Вадима, – заходить в чужую квартиру, как к себе домой. Хоть бы позвонил для приличия. А то ведет себя, как опричник…

– У меня плохое воспитание, – улыбнулся Росс, закрыв дверь в комнату, где находилась Софья, и шагнув к отчиму Дианы. – А ты неплохо научился маскироваться, я даже при прошлой встрече не понял, кто ты. А эта женщина знает?

– Чего ты лезешь не в свои дела, Опричник? – ухмыльнулся в ответ Вадим, – во́йны, которые вел твой царь, давно закончились, а сам он давно уже в иных мирах. Кстати, а Диана знает, кто убил ее отца? Или ты все еще не можешь найти подходящий момент рассказать ей?

Ростислав внимательно посмотрел в глаза главе клана ятвагов и понял: «Оборотень, вот почему ему так легко удается маскироваться».

– Знаешь, в чем между нами разница? – медленно произнес опричник, – ты строишь планы, пытаешься захватить власть, ресурсы, выстраиваешь интриги против других кланов. Ты умеешь ждать. Чего стоит только вся эта история с матерью Дианы… А я ничего не жду. Я просто убиваю таких, как ты. Это мое призвание и моя работа. И она мне нравится. Не знаю почему тебя сразу не прибил Кудеяр, но для меня…

В этот момент открылась дверь комнаты и из нее вышла Софья.

– О чем он говорит? – встревоженно спросила она, переводя взгляд то на своего мужа, то на замолчавшего Ростислава.

В кармане завибрировал телефон. Росс взглянул на экран – звонил Кузьма.

– Всё в порядке, я их вижу! – пророкотал в трубке его бас. – На набережной! Всё под контрол…

Голос Кузьмы был заглушён грохотом выстрелов, прозвучавших где-то рядом с ним. Росс замер, сердце бешено заколотилось. Судя по эху, стреляли у реки. Опричник бросил короткий взгляд на улыбающегося Вадима, и выскочил из квартиры.

Он мчался вниз по лестнице. Сердце колотилось в бешеном ритме. Он слышал в телефоне отголоски перестрелки, понимал, что происходит, всё осознавал и чувствовал страшное, леденящее душу бессилие. Он всё знал, всё предвидел, но оказался не в том месте, не в то время. Он был опричником, но не всесильным богом. Еще через мгновенье звонок прервался…

***

Кузьма настиг кортеж Дианы ровно на середине моста через Москву‑реку. В тот же миг из двух Лексусов, резко нырнувших наперерез, выскочили люди в масках. Алгоровцы. Их автоматы разразились шквальным огнём.

Стекла взорвались осколками. Бойцы Кузьмы приняли бой, отчаянно прикрывая собой пассажирскую дверь, ставшую последним рубежом. Но силы были слишком неравны. Свинец рвал металл, разбивал фары, превращал кузов в изрешечённое сито. Машина Дианы оказалась зажата в тисках: впереди и позади – вражеские джипы, выхода нет.