Евгений Южин – Угол (страница 33)

Уличного освещения в Угле не существовало. Отойдя на десяток шагов от постоялого двора, я окунулся в плотную ночную тьму. Над головой сверкало и переливалось звездным светом безоблачное ночное небо, но первое время это мало помогало, и я просидел минут десять под стеной какого-то дома, постепенно привыкая к темноте. Хорошо, что собак далекие предки местных не успели приучить, а то было бы туго. В отличие от героев фэнтезийных романов никаким ночным зрением я не обладал, а магические явления воспринимал тактильно и на слух. Двигаться ночью это ничуть не помогало, и как ни странно, лес был моим спасением — он не только скрывал слабый свет с неба, но и, что было намного важнее, прятал свет обычного земного фонарика. Мощный светодиод, питаемый батареей от планшета, посылал яркий голубоватый луч света, от движения которого плясали тени стволов черного леса, пугая меня неожиданными силуэтами.

Заблудится на горе сложно — направление на вершину указывает сама природа, и примерно через час блужданий я выключил фонарик, выйдя на кромку леса. Дальше вновь предстояло двигаться, пользуясь лишь светом звезд, и я замер, привыкая к нему. На фоне сияющего неба отчетливо вырисовывалась вершина холма с полусферой на макушке. Я начал медленно двигаться к ней, аккуратно переставляя ноги. Аны, скорее всего, наверху нет — она должна была укрыться под пологом леса с другой стороны холма, но я решил все же немного подняться повыше, прежде чем двигаться вдоль края леса — так был лучше виден сам лес на фоне неба и было больше шансов заметить свет, если скелле им пользуется. Если Ана спит, то придется объясняться, но я почему-то был уверен, что эта ночь — наш шанс. Вся информация у нас есть, на дворе ночь, так что еще ждать? Мы и так ждали слишком долго.

— Илья?

Возбужденный подъемом в гору, я не обратил внимания на слабый шум в ушах, но ставшее вдруг жестким перо одуванчика резко резануло по лицу, разогревая усталый мозг.

— Свои, — ответил я, пытаясь избавиться от ненужного сейчас жара и не привлечь случайное внимание каким-нибудь фейерверком.

— Что случилось? Ты почему пришел?

Девушка подошла вплотную, положив руку на мое плечо.

— Ничего не случилось. Я определил дом. Думаю, ждать следующую ночь рискованно. Мало ли что за это время Тарнух сообразит? Он и так спрашивал уже обо мне у хозяина. Мало ему, что ли, кольца? Я решил идти прямо сейчас. Ты меня прикроешь.

— Я с тобой! — Ана, похоже по голосу, была сейчас готова на все! Даже превратить монастырь и поселок в пепелище.

— Домик под самой монастырской стеной. Тебе придется прикрывать меня из лесу в отдалении. — Ана молчала. — Я пойду, накачавшись энергией. Ты знаешь, меня в таком состоянии трудно остановить. В любом случае, если что-то пойдет не так, ты это увидишь. Тогда жги!

— Я тебя так накачаю!

Я вздрогнул.

— Не надо! Ань, я уже кое-что знаю. Мне будет лучше использовать кристаллик один, — я имел в виду кристалл обычной соды. — У меня от него изжога специфическая — я электричеством бьюсь, как наш шокер. Помнишь его?

— А где он?

— Оставил я его. Я теперь сам так могу и даже круче. А ты так вообще супероружие по сравнению с ним. Чего зря таскать?

— Трубу мне дай. Я если движение среди этих тварей увижу, сама выдвинусь.

— Ань, ты только не горячись, пожалуйста. Их там семнадцать штук.

— Я скелле! Когда я горячусь, уже поздно волноваться и переживать! — голос девушки налился знакомыми нотками. Хорошо, что в темноте не видно мгновенно выпрыгивающей в такие моменты маски высокомерного презрения.

— Ну, тогда вспомни, чем закончилась встреча с теми девушками на небоскребе. Ему нужна мама, а не героиня жуткого сражения, прославившаяся своей кровожадностью, — я беспощадно надавил на болевую точку Аны.

Ана молчала.

— Ладно, хватит болтовни. Я все оставлю здесь, кроме фонарика и пары кристаллов. — Порывшись в рюкзаке, я достал трубу. — Это вам, госпожа.

***

Поселок спал. Скелле, похоже, тоже. Через трубу мы насчитали только пятнадцать пятнышек — остальные то ли ушли куда-то, то ли были не видны с этой точки. Меня это немного обеспокоило, но не отменять же задуманное из-за недостачи скелле. Ана обняла меня и неожиданно поцеловала — одуванчик нервно дергал своими метелками.

— Иди. Верни его, эль.

Я молча повернулся и стал спускаться к поселку. Вокруг все было тихо, чешуйки черного леса не шумели под слабым ветром с моря. Было тепло и даже душно. Неизменным однородным фоном шумела река за домами. Вблизи стало слышно, что люди все-таки живут здесь — вот что-то скрипнуло вдалеке, вот кто-то закашлялся за стеной дома, к которой я прижался, осматриваясь, честнее будет сказать, прислушиваясь. Немного поколебавшись, я решил выйти на дорогу — меньше шансов наткнуться на что-нибудь в темноте и загреметь, привлекая внимание. А если кто-то и увидит меня, то в темноте неясно, местный или пришлый идет по дороге — может, и пронесет. Осторожности, конечно, это не отменяло, и при первой же опасности я собирался прятаться за домами.

Адреналин стучал в крови горячими ударами сердца, все чувства обострились, нервы натянулись тугими струнами. Я свернул в сторону и прижался к стене очередного дома, стараясь унять сердцебиение и слегка успокоиться. Рядом неожиданно открылась дверь соседнего дома, свет изнутри плеснул по дороге, кто-то вышел, загремел в темноте чем-то деревянным, опять свет — обитатель домика скрылся внутри. Я выглянул из-за угла — похоже, окна в домах здесь располагались строго с севера — на кустах, растущих между домами и ложем реки, то там, то тут мелькал свет, гуляли тени. Значит, буду продолжать идти по дороге. Во всяком случае она осталась лежать в темноте. Торопливо миновав дом, чьи обитатели, несмотря на позднее время, не спали, я зашагал дальше. На фоне гор, окружавших долину, пряталась громада самого монастыря, поэтому я замер от неожиданности, когда высоко над землей заметил мерцающий свет. Монастырь неожиданно приблизился — свет горел в одном из окон верхнего этажа угловой башни, под которой как раз и располагался нужный мне дом.

Дорога немного изогнулась, ориентироваться стало легче, так как свет с освещенного двора обители скелле проникал над ее воротами, даря мне ориентир. Пора было сворачивать. Второй дом от дороги — моя цель.

Никогда не увлекался игрой в ниндзя, единственный опыт в этом жанре мне довелось испытать, пытаясь пронести тарелку с недоеденным борщом в туалет мимо смотрящей телевизор мамы. Однако я делал это при свете дня в квартире, где мне была хорошо знакома каждая половица, теперь же я пробирался безлунной ночью в незнакомом поселке на другой планете. Входить в дом я решил со стороны реки — чувствовал себя некомфортно, когда за спиной, совсем неподалеку, располагался еще один домик, полный спящих, как я надеялся, людей.

Река отчетливо виднелась, поблескивая отражением звезд, ее шум, как мне думалось, помогал скрыть мелкие звуки — шорох шагов, неловкие прикосновения к дверям и предметам. Моими проводниками служили руки — одной из них я все время прикасался к стене, другой, вытянутой вперед, старался предупредить себя о таящихся во тьме препятствиях. Блеск речной воды, свет из-за ворот и прыгающий отблеск живого огня в окне башни возвращали ощущение пространства. Главное — не торопиться. Ночи здесь длинные, несмотря на близость к экватору — мне хватит и половины. Поспешишь, как говорится, людей разбудишь.

На стене, обращенной к реке, обнаружилась пара окон и дверь, расположенная сбоку, ближе к углу дома. Осторожно и медленно потянул за ручку — естественно, заперто. Впрочем, запоры, как я уже неоднократно убеждался, здесь самые обычные — засов изнутри. Раньше я никогда не открывал их, но был уверен, что справлюсь. Петли расположены ближе к углу, значит, и засов сдвигается в этом же направлении. По высоте, я был уверен, он слегка выше дверной ручки. Пора приступать.

Все-таки любые ваши планы могут пойти под откос без тренировки, без проверки их на практике. Вот и теперь я планировал использовать кристалл гипса для того, чтобы сдвинуть засов за дверью, но не учел, что в полной темноте не смогу различить свои источники теней от черной дыры — три маленьких одинаковых шарика с содой, гипсом и обычной поваренной солью. Ладно хоть сообразил вовремя, а если бы долбанул по засову разрядом электричества — надо мною ржали бы все засовы во вселенной!

Зажав шарик в кулак и приставив к нему фонарик, я укрыл, насколько это было возможно, их своим телом и на мгновение включил светодиод. Правый глаз, которым я пялился в зажатый кулак, стал абсолютно бесполезен — надо теперь ждать, пока рассосется переливчатое фиолетовое пятно, напоминающее фантастическую медузу. Правда, теперь я приблизился к верному выбору. Убрав в левый карман шарик с солью, оказавшийся первым претендентом, я повторил опыт. Так, теперь все ясно — соду в другой карман, гипс в руке.

Постоял, прислушиваясь — никаких звуков за дверью. Пережидая, пока уплывет «медуза», вытащил камень, настроенный на маяк в кольце Тарнуха. Я уже проверял его, и тот показывал, что по крайней мере кольцо успокоилось и лежит неподвижно в домике, но мало ли? Вдруг Тарнух обнаружил меня и сейчас стоит за дверью, дожидаясь, когда я справлюсь с засовом, и поглаживая вожделенную драгоценность, лежащую у него в кармане или надетую на палец. Отчетливо видимая в темноте искорка осталась на месте, мерцая в глубине дома, ближе к дороге.