Евгений Южин – Четвертый (страница 13)
Все-таки пастила была не вполне чистой — вода в моем стакане приобрела вид топленого молока, и я слегка отпил получившееся — странно, но это напомнило мне кофе с молоком. Пожалуй, надо узнать, что это за смесь, — мне нравится.
— Вы знаете, что эль приходит к храму. Общение с ним и есть моя цель.
— Тогда вы слишком далеко от нее, — заметила Ной.
— Пока еще да. Но уже гораздо ближе, чем в Арракисе.
— Эль, вы говорите загадками. Как можно приближаться к храму, удаляясь от него? — вновь заговорила Ной.
— Думал, вы уже в курсе. Монарх Мау запретил мне приближаться к храму, — лица собеседниц исказились, и я поспешил добавить, — это часть компромисса с Орденом. Тот обязался прекратить войну со мной и моей семьей в обмен на такой запрет. Война — это, конечно, преувеличение, но недалекое от истины.
— Как такое возможно!? — Лау возмущенно отставила бокал, так что жидкость в нем опасно качнулась. — Война? Устав Ордена на западе ничем не отличается от нашего. И эти извращенки обязаны чтить его так же, как и мы! Они должны были помогать вам!
Я поднял руку в успокаивающем жесте:
— К чести скелле теперь ясно, что в этой так называемой войне участвовала лишь верхушка. Мне, например, очень помогли некоторые из рядовых членов ордена. Я уже молчу про Ану.
— И как они объяснили такое явное нарушение древних обязательств? — взгляд Ной и ее голос, казалось, накрыли меня с головой.
— Ничего они не объясняли, — я поморщился, — кое-кто утверждает, что причиной Катастрофы было общение эля и храма, — обе собеседницы, не сговариваясь, скептически поморщились, — моя супруга тоже боится этого, но по другой причине — она утверждает, что я сам могу измениться. Она не знает как, но твердит, что древние легенды рассматривают эля, вышедшего из храма, уже не человеком.
Над столом повисла тишина. Атмосфера легкого общения и живого интереса красивых женщин словно сползла, как короткое одеяло, куда-то вбок — она еще грела плечи, но ноги уже погружались в прохладу. Лау постукивала пальцами по столешнице, отставив напиток и задумчиво глядя за мою спину, Ной, напротив, кажется, вся погрузилась в свой бокал. Наконец, она водрузила опустевшую посуду на стол, выпрямилась и в упор посмотрела на меня:
— А вы что думаете? Насколько мы знаем, до храма вы уже добрались? Не так ли?
— Да, верно, — я замялся, совершенно не хотелось рассказывать об инопланетянах, Земле и прочей фантастике, отсутствовавшей в мировоззрении местных, — но нас грубо прервали. Разговор не закончен. Я бы добавил, что в любом случае опасность создают люди себе сами. Чем бы не закончилось наше общение, уверяю вас, оно не несет никакой угрозы кому бы то ни было на Мау!
— Но Катастрофа была, — предельно серьезно заметила Лау.
— Да, но, насколько я понимаю, создали ее древние по собственной инициативе, даже если и воспользовались при этом дарованными им знаниями.
Лау вздохнула, посмотрела на свою спутницу и подняла бокал. Лукаво глядя поверх его края, медленно произнесла:
— Оставим прошлое прошлому, — сделала глоток и спросила, — вы так и не сказали, как можно искать встречи с храмом, удаляясь от него. И как здесь, далеко на востоке, мы можем помочь вам?
— Храм един. Хотя и располагается в разных местах. Мне известно, по крайней мере, о двух. Один — в Арракисе. Второй — на затонувшем континенте.
— Позвольте! — Ной.
— Он же затонул! — Лау.
— Ну и что? — я. — Скорее затоплен. И, насколько я знаю, глубины во внутреннем море небольшие. Максимум — метров пятьдесят. В основном — метров десять. И, если верить моим данным, то там, где он раньше располагался, не должно быть глубже. Скорее мельче.
— И что с того? — Лау всем своим видом демонстрировала недоумение. — Как вы его найдете в море? Пусть оно даже и мелкое! И что будете делать, найдя? Нырять?
Я вздохнул. Обманывать не хотелось, а уверенности в успехе задуманного не было. Немного помолчав, я собрался с духом:
— Предполагаю, что нырять мне не придется. Храму достаточно, если я окажусь прямо над ним, — я немного запнулся, — я надеюсь, что достаточно. Что касается поиска, то у меня есть координаты. Конечно, в реальности они лишь сузят зону до пары десятков километров, но, по моим прикидкам, неподалеку должна быть приметная сеть островов. Прочесать такую акваторию за пару недель вполне реально. Если же говорить о том, что я хочу именно от вас, то это совсем пустяк. У меня есть деньги, я смогу нанять подходящее судно и приготовить все необходимое для навигации и стоянки над точкой. Проблема в том, что, когда я войду в храм, окружающее для меня исчезнет. Я буду стоять или, скорее, сидеть, как слепой и глухой пенек на палубе. В Арракисе меня именно на этом пытались подловить, погибло много народа. Что мне действительно надо — это люди, которым я смогу доверить свою тушку. И лучше если это будут скелле! В принципе, если меня разбудить, то мало никому не покажется, но кто-то же должен это сделать. Это не могут быть случайные люди, я должен им доверять!
Напряженно слушавшие меня собеседницы при последних словах переглянулись. Мне показалось, что Ной смутилась, во всяком случае, ее почему-то внезапно заинтересовал вид за окном, а Лау, напротив, как будто подобралась, как кошка, заметившая жертву.
— Если все так, то мы, пожалуй, могли бы тебе помочь, — медленно проговорила последняя и залпом опрокинула остатки напитка в себя.
Прислуги не было видно и слышно, я подошел к столику с чистой водой и услужливо наполнил бокалы собеседниц.
— Могли бы? — осторожно уточнил странную интонацию.
Лау не торопилась отвечать, как будто что-то обдумывая. Я уже вернулся на свое место, когда она, наконец, произнесла:
— Непонятно, почему ты обратился к нам? Ана, да и ее семья, могли бы обеспечить тебе нужную охрану. И я полагаю, что в ней ты мог быть по-настоящему уверен. Кому еще доверять, если не собственной супруге?
— Все просто. Семья Ур не может участвовать в этом из-за прямого запрета монарха. Ана, конечно, сделала бы все для меня, но… — я глотнул пастилы, сделав вид, что наслаждаюсь ее вкусом, и продолжил, — но есть человек, лишать которого ее опеки и внимания невозможно. Это наш сын, — мне показалось, что шевельнулись исчезнувшие волосы на моем теле, — нам пришлось многим пожертвовать для его благополучия, — я невольно тронул рукой лысину, — и я не могу себе позволить рисковать ребенком, — пожевав губами, не глядя на собеседниц, добавил, — в общем, считайте, что у меня не было выбора.
— Надеюсь, эль, ты поделишься с нами случившимся? — вкрадчиво спросила Лау.
— Возможно. Но вы так и не ответили, почему «могли бы», а не «можете»?
Вместо ответа она встала и, обернувшись, отошла к сверкающей солнцем стене. Я невольно засмотрелся на соблазнительный силуэт молодой женщины, облитый слепящим ореолом. Оттуда, из этого солнца и моря, раздался ее голос:
— Ильия, Орден чтит древние обеты и окажет тебе помощь на пути к храму, — она помолчала, — но у нас есть особый интерес. И я надеюсь, что ты тоже уважишь древние традиции.
— Неплохо бы знать, о чем идет речь. И какие древние традиции у человека, случайно попавшего сюда из другого мира?
Силуэт шевельнулся, обернувшись не менее волнующим профилем:
— Ты эль. И ты не подвластен искусству.
Ной внезапно порывисто вскочила, явно смутилась, но справилась, мгновенно вернув маску невозмутимости, обогнула стол, подхватив графин с водой. Я вынужден был встать следом. Удивительно, но она явно нервничала, хотя и не показывала вида — я это чувствовал по шевелению метелок одуванчика, по накатывающим волнам комариного звона в ушах, наконец, по ее поведению — едва я встал, как она вернула несчастный графин на крохотный столик, так и не воспользовавшись водой, и, в свою очередь, отступила к окну.
Теперь уже силуэты двух молодых женщин тянули тени к столу, за которым стоял я. Лау протянула руку, коснувшись успокаивающим жестом Ной, и продолжила:
— Ильия, ты знаешь, кто такие скелле. Предполагаю, что ты знаешь и то, что мы вынуждены постоянно контролировать свой дар просто для того, чтобы жить среди людей.
Невероятная догадка прокатилась по телу, поднимая дыбом исчезнувшие волосы. Это было слишком, и я отбросил ее в сторону, но мое тело почему-то было уверено, что я прав. Лау между тем после небольшой паузы продолжила:
— Но по своей природе мы остались женщинами. Нам важен, более того, необходим тот момент, когда мы могли бы полностью расслабиться, отдавшись гормональной буре тела, — она вновь взяла паузу, кажется, всматриваясь в мое лицо, — практики, которые применяют скелле для того чтобы подавить такое стремление, вполне эффективны, но, на наш взгляд, скорее калечат нас, чем помогают хранить равновесие. Может, ты не знаешь, но монашеский обет, к которому прибегают скелле на западе, вызван именно этим обстоятельством, а вовсе не религиозными соображениями. С чего бы богам требовать подобную жертву? Наше древнее разногласие с сестрами связано с убеждением, что подобное самоограничение меняет личности тех, кто прибегает к нему, — она явственно вздохнула, — да ты и сам заметил, что твоими противниками в ордене были сестры, а не скелле вообще.
Я кивнул. Неужели я прав? Даже не пытаясь отвечать, я ждал — сказала «А», говори «Б». Но пауза затягивалась.