Евгений Волков – Седьмое воспоминание (страница 22)

— Они не знают, есть ли носитель у тебя, у меня или в квартире. Пока мы вместе, им приходится учитывать три варианта.

— Почему три?

— Потому что третий вариант — ты успела кому-то передать его.

— Я никому не передавала.

— Они этого не знают.

Он говорил спокойно, но чашка перед ним осталась почти полной. Анна вспомнила мужчину в белой комнате, который скрывал боль, понижая голос.

Не доказательство.

Только сходство поведения.

Она убрала фотографии и договор обратно в конверт.

— Это останется у меня.

— Для этого и принёс.

— Если документы снабжены маяком…

— Бумага. Химическая плёнка. Никакой электроники.

— Это можно проверить.

— Рассчитывал на это.

Они поднялись одновременно. Один из мужчин у кассы сделал шаг в сторону зала.

Михаил постучал костяшками по столу — два коротких удара.

Анна, уже повернувшись к коридору, ответила:

— Входи.

Слово прозвучало прежде, чем она поняла, что дверь никто не открывал.

Глава 5. След кольца

Михаил не обернулся на её ответ.

Он открыл дверь в кухонный коридор, пропустил Анну вперёд и задержался на пороге ровно настолько, чтобы официант, кативший тележку с посудой, оказался между ними и залом. Два человека в серых куртках остались у кассы. Один смотрел в меню, второй — в зеркало над кофейной машиной.

— Налево, — тихо сказал Михаил.

— Я вижу схему.

— Камера у выхода не работает.

— Это вы тоже устроили?

— Нет. Но благодарен тому, кто не чинит её третью неделю.

Коридор пах моющим средством и горячим тестом. За распахнутой дверью кухни пар поднимался к потолку плотными белыми полосами. Повар в прозрачном щитке поднял голову, но Михаил показал на табличку «Служебный выход», будто имел право здесь находиться. Уверенность сработала лучше разрешения.

Анна шла первой. Тёмно-синий конверт лежал под пальто, прижатый локтем к боку. С каждым шагом бумажный край напоминал о себе. В нём находились фотографии, договор и чужая версия её жизни.

Во дворе Михаил остановился.

— Через арку и направо. Там остановка.

— Мы пойдём в разные стороны.

— Они могли оставить человека у твоего подъезда.

— Значит, вы туда не пойдёте.

— А ты пойдёшь?

— Да.

Он посмотрел на неё так, будто она подтвердила диагноз.

— Носитель дома.

— Именно поэтому туда могут прийти.

— Именно поэтому я не оставлю его там.

Из кафе хлопнула металлическая дверь.

Михаил не стал спорить. Взял Анну за локоть и сразу отпустил, едва она напряглась.

— Тогда сейчас не время доказывать, что ты умеешь ходить одна.

Они прошли через арку. По соседней улице приближался ночной трамвай — длинный, почти пустой, с голубой полосой света под окнами. Анна ускорила шаг. Двери закрылись за ними в тот момент, когда в арке показался человек в серой куртке.

Он не побежал.

Просто остановился и посмотрел вслед.

В вагоне было шесть пассажиров. Анна выбрала место напротив стеклянной перегородки, чтобы видеть отражение дверей. Михаил сел через проход.

— Не рядом, — сказала она.

— Я заметил.

Трамвай тронулся. Свет остановок скользил по лицу Михаила, каждый раз на секунду выделяя шрам у виска. В записи он был залит белым светом и кровью. Здесь держался за поручень и выглядел слишком обычным.

— Вы сказали, что мы разъехались прошлым летом, — произнесла Анна. — Почему?

— Ты хочешь проверить брак или обсуждать развод?

— Я хочу понять, где вы лжёте.

— Тогда начни с того, что можно проверить.

— Например?

— Даты. Подписи. Адрес. След от кольца.

Анна перевела взгляд на свою правую руку.

— Вы уже видели фотографию.

— Я говорю не о фотографии.

Он коснулся собственного безымянного пальца, не приближаясь к ней.

— На коже остаётся светлая полоса. У тебя она почти исчезла, но при боковом свете видна.

Анна повернула ладонь к окну. В отражении пальцы накладывались на тёмные фасады. Ничего.

— Вы могли заметить это сегодня.

— Мог.