Евгений Волков – Бабушкины сети. Техники мошенничества на недвижимость и защита от них (страница 8)
Культурные и языковые барьеры также увеличивают уязвимость определённых групп населения. Люди, для которых русский язык не является родным, люди из меньшинств, люди, живущие далеко от основных культурных и правовых центров, часто менее осведомлены о том, как функционирует система. Они могут быть менее знакомы с юридической терминологией, менее знакомы с процедурами, менее знакомы с правами и обязанностями, которые возникают при совершении сделок с недвижимостью. Мошенники активно ищут такие группы, видя в них более лёгкие мишени.
Существует также психологический фактор, который можно назвать наивным оптимизмом. Люди часто верят, что с ними не может произойти что-то плохое, что они защищены удачей, что преступники охотятся только на других людей. Эта вера в собственную защищённость делает их менее бдительными и менее готовыми принять серьёзные меры предосторожности. Когда начинают появляться первые признаки мошенничества, жертва часто предпочитает их игнорировать, так как они противоречат её убеждению в своей защищённости.
Социальная изоляция и недостаток поддержки также способствуют виктимизации. Люди, которые не имеют близких друзей или родственников, которым они могли бы рассказать о сделке и попросить совета, более уязвимы. Они не могут использовать социальную сеть как источник информации и проверки. Мошенники часто специально выбирают таких людей, зная, что их сложнее разоблачить, так как у них нет людей, которые могли бы подтвердить, что что-то идёт неправильно.
Финансовые ограничения и отчаяние также делают людей уязвимыми. Люди, которые отчаянно нуждаются в жилье, которые находятся в сложной финансовой ситуации, которые ищут способы получить быстрый доступ к капиталу, часто готовы принять большие риски. Мошенники используют это отчаяние, предлагая выход, который на самом деле ведёт к ещё большим потерям. Жертва, находясь в состоянии финансового отчаяния, часто рационализирует риски, убеждая себя, что мошенническая сделка – - это её лучший вариант.
Процесс виктимизации часто носит характер спирали. Первоначальная уязвимость жертвы используется мошенником для совершения первого акта манипуляции. Этот первый акт затем создаёт условия, которые делают жертву ещё более уязвимой для последующих манипуляций. Жертва становится всё более вовлечённой в схему, и её способность к сопротивлению снижается с каждым новым шагом. К тому времени, когда жертва осознаёт, что она является жертвой мошенничества, она уже настолько вовлечена в схему, что ей кажется, что отказ от участия приведёт к большим потерям, чем продолжение участия. Это психологическое состояние мошенники также активно используют, убеждая жертву продолжать участвовать в схеме для спасения уже потраченных ресурсов.
Социальный инжиниринг в контексте недвижимости
Социальная инженерия, или социальный инжиниринг, представляет собой систему методов манипуляции человеческой психикой, применяемую мошенниками для получения конфиденциальной информации, доступа к документам или совершения иных действий, которые не были бы совершены при критичном отношении к ситуации. В контексте недвижимости социальный инжиниринг приобретает особую специфику, так как взаимодействие с недвижимостью по своей природе требует передачи значительного объёма персональной информации, документов и финансовых данных, а процедуры, связанные с недвижимостью, часто неизвестны среднестатистическому гражданину и потому кажутся сложными и официальными.
Одна из наиболее распространённых техник социального инжиниринга в сфере недвижимости заключается в создании так называемого «социального доверия» на основе видимости легитимности. Мошенник проводит тщательную подготовку, во время которой он собирает информацию о потенциальной жертве из открытых источников. Он может исследовать её присутствие в социальных сетях, изучить её профессиональное прошлое, определить её социальный статус и образовательный уровень. На основе этой информации мошенник разрабатывает и адаптирует свой коммуникационный стиль и предложения таким образом, чтобы они выглядели уникально приспособленными к личности жертвы. Если жертва является пенсионеркой с высшим образованием, мошенник будет использовать более формальный и «уважительный» стиль общения, ссылаться на сложные юридические понятия, создавая впечатление компетентности. Если жертва является молодым человеком без специального образования в области права, мошенник будет использовать более доступный язык, но при этом будет создавать впечатление, что он помогает жертве избежать сложных и запутанных бюрократических процедур.
Другая ключевая техника социального инжиниринга – - это создание искусственного ограничения времени. Мошенник может сообщить жертве, что выгодное предложение по недвижимости доступно только в течение ограниченного времени, что другие потенциальные покупатели уже интересуются этой квартирой, или что продавец готов снизить цену только при немедленном решении. Психологически, когда человек ощущает, что у него мало времени для принятия решения, его критическое мышление снижается. Он начинает полагаться на интуицию, на первое впечатление, на рекомендации мошенника, вместо того чтобы провести тщательное исследование и консультацию со специалистами. Жертва переходит в режим так называемого «сужения внимания», при котором она сосредоточивается только на положительных аспектах предложения и игнорирует потенциальные риски. Мошенники используют эту психологическую особенность настолько эффективно, что жертвы часто подписывают документы, не прочитав их полностью, только потому что мошенник создал впечатление спешки.
Техника «авторитетного посредника» также широко используется в контексте недвижимости. Мошенник может представиться как представитель банка, работник органов опеки и попечительства, государственного учреждения или авторитетной компании. Мошенник может использовать форменную одежду, служебные удостоверения (которые часто являются поддельными), официальное письмо с поддельным логотипом организации, или просто уверенно произносить специальную терминологию. Жертва, услышав от человека, который представляется представителем государственного органа или авторитетной организации, что ей необходимо срочно предоставить определённые документы или совершить определённые действия, часто не подвергает это сомнению. Она может подумать: «Если бы это была аферистка, они бы не претендовали на официальность. Видимо, это действительно законная процедура». Реальность же часто противоположна: более искушённый преступник и скорее будет представляться как официальное лицо, чем маргинальный преступник.
Социальный инжиниринг часто использует так называемую «норму взаимности». Когда мошенник предоставляет жертве что-то ценное (информацию, совет, услугу), жертва испытывает психологическое обязательство дать ему что-то взамен. Например, мошенник может бесплатно предоставить консультацию о рынке недвижимости, дать рекомендации по выбору квартиры, или помочь жертве разобраться в документах. Жертва, благодарная за эту помощь, начинает ощущать себя должником перед мошенником. Когда мошенник затем просит передать ему определённые документы, оформить доверенность, или позволить ему представлять интересы жертвы в суде, жертва часто соглашается, так как она не хочет «выглядеть неблагодарной» и хочет отблагодарить мошенника за его помощь.
Техника «персонализированного сочувствия» также эффективна в контексте недвижимости. Мошенник может рассказать жертве историю о том, как он сам когда-то был в сложной ситуации, как ему помогла информация или действия, которые он теперь предлагает жертве. Он может выражать сочувствие к ситуации жертвы, её тревогам и её желаниям. Это создаёт ощущение, что мошенник – - это не враг, а скорее товарищ, который понимает проблемы жертвы и хочет помочь. Жертва, услышав сочувствующий голос и учитывая информацию о том, что мошенник прошёл через что-то подобное, склонна доверять ему и следовать его рекомендациям.
Информационная асимметрия также активно используется в социальном инжиниринге. Мошенник осознанно создаёт ситуацию, при которой жертва располагает намного меньшей информацией, чем он сам. Он может говорить о юридических процедурах, используя специальную терминологию, которую жертва не полностью понимает. Он может ссылаться на закон, который предусматривает определённые требования, на самом деле либо искажая закон, либо просто его выдумывая. Жертва, не имея достаточных знаний для проверки информации, полагается на слова мошенника. Даже когда жертва пытается проверить информацию, она часто получает противоречивые ответы из разных источников, что ещё больше усиливает её уверенность в том, что система сложна и она должна полагаться на помощь компетентного мошенника.
Техника «постепенного расширения просьб» или так называемого «ноги в дверь» также используется в социальном инжиниринге в контексте недвижимости. Мошенник начинает с малого: просит жертву подписать относительно безвредный документ, предоставить небольшой объём информации, или совершить небольшую финансовую операцию. Жертва соглашается, так как просьба кажется разумной. Затем мошенник постепенно расширяет свои просьбы: просит больше информации, предлагает более серьёзные действия, требует доступа к более чувствительным данным. Жертва, уже согласившись с первыми просьбами и создав мысленную модель мошенника как надёжного человека, часто продолжает соглашаться и с последующими просьбами. По психологическому механизму согласованности с собой, жертва предпочитает считать себя последовательной, чем пересмотреть свою оценку мошенника.