Евгений Старшов – Сирия на перекрестке эпох и цивилизаций (страница 5)

Фрагменты стенной росписи царского дворца Зимри-Лима в Мари. XVIII в. до н.э.

Вместе с тем этническая картина сирийского населения продолжает формироваться почти параллельно двумя путями. Во-первых, в 1500–1200 гг. до н. э. с Аравийского полуострова проникает в Келесирию новое семитское племя – арамеи, давшее библейское название Древней Сирии – Арам; соответственно и язык – арамейский, ставший, если можно так выразиться, интернациональным языком обитателей Сирии на многие века – даже Иисус Христос, и тот говорил именно по-арамейски. Кстати, прибывшие вместе с арамеями евреи начинают занимать южную часть страны. Впервые арамеи упомянуты в анналах ассирийского царя Тиглатпаласара I (1114–1076 гг. до н. э.) ок. 1111 г. до н. э. В тот год во время своей западной кампании ассирийские войска столкнулись с «ахламу-арамеями» в районе между Хабуром и Евфратом – на северо-востоке нынешней Сирии, и позже ассирийцы переправились через реку, вступив в сирийские степи в районе Джабал Бишри – к северу от Пальмиры, бывшей тогда еще скромной деревенькой. Вскоре походы ассирийского царя против арамеев стали сезонным предприятием: «Противостоя арамеям-ахламу, я 28 раз пересекал Евфрат – это происходило дважды в год… Я привез их добычу и их добро в свой город Ашшур». А в 1094 г. он вообще провозгласил себя завоевателем всего Амурру, однако вскоре потерял большую часть завоеванных им сирийских земель, возвращать которые позже пришлось Ашшурнасирпалу (884–859 гг.). Пока же расселению арамеев в месопотамско-сирийском приграничье способствовало уничтожение хеттами месопотамского государства хурритов – Митанни (в египетской версии – Нахарин).

Впрочем, излагая «классическую» версию появления в Сирии арамеев[8], нельзя не отметить и альтернативную версию, представленную совершенно недавно, в 2017 г., французскими учеными Франсуазой Брикель Шатоннэ и Мюриэль Дебье в их работе «Сирийский мир. По дорогам игнорируемого христианства»[9]. Они полагают, что (пер. с франц. – Е.С.) «арамеи – потомки аморреев, обитавших в Сирии со II тысячелетия до н. э., а не новые поселенцы, как думали долгое время». Очевидно, что предмет исследования настолько темен и далек, что проблему возникновения арамейского народа можно толковать и так и эдак, «традиционалистски» и «новаторски»; разумеется, хотелось бы больше ясности в этом вопросе и более подробной аргументации со стороны француженок, ибо их утверждение выглядит, скорее, догматически – в стиле «Так говорит Заратустра»…

Но «арамейским вливанием», если таковое было, дело не ограничилось, поскольку приморским аморреям-хананеям добавляют свою кровь знаменитые «народы моря» греко-балканского и малоазийского происхождения, в XIII в. до н. э. буквально обрушившие свою экспансию на юг и восток Средиземноморья, включая Ливию, Египет и Палестину. Часть их позднее была известна на Святой земле, как филистимляне, откуда и пошло название «Палестина». Надо полагать, именно «народы моря» привнесли в финикийский этнос ту самую беспокойную жилку мореплавателей, которая и сделала из финикийцев знаменитейших по всему Древнему миру морских путешественников и купцов. Нынешние палестинцы, арабы по крови, не имеют с древними филистимлянами почти ничего, кроме названия – зато (правда, сложно сказать, насколько это мнение научно обоснованно) потомков филистимлян видят среди рыжеволосых евреев (многочисленные запреты разного времени на смешение с окрестными племенами, находимые в Библии, соблюдались весьма нетвердо, чему предостаточно доказательств в самой этой книге).

Так, мы видим новое смешение прасирийского этноса. С одной стороны, Палестину и большую часть современной Сирии населяют хананеи (отчего и вся страна называется Ханааном) – смесь аморреев с филистимлянами; в отрезанной от моря Келесирии (как и в соседней Месопотамии, куда они тоже проникли) арамеи создают свои государства – в первую очередь Дамаск, а также Арам-Совба (Сова, Сува), чьи цари позже воевали с Саулом (ок. 1025 г., см. I Цар. 14: 47) и его преемником Давидом (см. II Цар. 10: 6–19[10]); особняком стоят евреи, тем не менее, впитавшие в себя немало крови ханаанских народов (аморреев), о чем свидетельствует, например, запрет в начале 7-й главы книги Второзакония – если б не было нарушений, не потребовался бы и запрет: «Когда введет тебя Господь, Бог твой, в землю, в которую ты идешь, чтоб овладеть ею, и изгонит от лица твоего многочисленные народы, хеттеев, гергесеев, аморреев, хананеев, ферезеев, евеев и иевусеев, семь народов, которые многочисленнее и сильнее тебя, и предаст их тебе Господь, Бог твой, и поразишь их, тогда предай их заклятию, не вступай с ними в союз и не щади их; и не вступай с ними в родство: дочери твоей не отдавай за сына его, и дочери его не бери за сына твоего; ибо они отвратят сынов твоих от Меня, чтобы служить иным богам, и тогда воспламенится на вас гнев Господа, и Он скоро истребит тебя» (Втор. 7: 1–4). Достаточно вспомнить случай Финееса: «И вот, некто из сынов Израилевых пришел и привел к братьям своим мадианитянку, в глазах Моисея и в глазах всего общества сынов Израилевых, когда они плакали у входа скинии собрания. Финеес, сын Елеазара, сына Аарона-священника, увидев это, встал из среды общества и взял в руку свою копье, и вошел вслед за Израильтянином в спальню, и пронзил обоих их, Израильтянина и женщину в чрево ее» (Числ. 25: 6–8). Такие вот жестокие времена ветхозаветные[11].

Но на данном историческом этапе, конечно же, первым делом интересует появление в истории нынешней сирийской столицы в ее аналогичной роли у арамеев. Но они лишь придали ей новое качество и могущество, на деле же город (вероятнее всего, просто в виде агломерации отдельных земледельческих поселений) существовал уже за несколько веков до новых аравийских пришельцев – его название (кстати, как помнит читатель, даже не семитское) уже значится в знаменитых Тель-Амарнских египетских текстах XVIII в. до н. э. Уже тогда Дамаск – видный торгово-ремесленный центр, а 800 лет спустя – это уже столица сильного Дамасского царства, местный храм бога Хадада знаменит по всем окрестным странам.

Во второй половине II тысячелетия до нашей эры возникают или оформляются такие знаменитые города «большой Сирии», как Тир и Сидон, Акра, Берит (Бейрут), Газа, Аскалон и иные. Они были довольно невелики – от 2,5 до 6,5 га, но хорошо защищены, Арад (Тартус), Тир и Сидон имели двойную линию обороны. Обороняться было от кого – волею случая и географии Сирия оказалась между молотом и наковальней, на ее полях решалась схватка (за ее же обладание) Египетского и Хеттского царств, кульминацией которой стала знаменитейшая «битва колесниц» при Кадеше ок. 1274 г. до н. э. (см. ниже).

Еще Тутмос III (1525–1473 гг. до н. э.) ходил походами в Сирию («страну Ретену»), разорив Северную Палестину, царство Кадеш и Митаннийское государство, о чем свидетельствуют дошедшие до нас его анналы: «Год 30. Его величество было в стране Ретену в своем шестом победоносном походе. Он прибыл к поселению Кадеш, разрушил его, срубил деревья его, захватил его жатву… Список дани, доставленной в этом году из-за мощи его величества князьями страны Ретену. Были увезены дети князей и их братья, чтобы пребывать в Египте как заложники. Если кто-либо из этих князей умирал, его величество отправлял его сына поставить на его месте. Список княжеских детей, приведенных в этом году: 36 человек. Рабов и рабынь 181. Лошадей 188. Колесниц, обработанных золотом и серебром и раскрашенных, 40. Год 33. Его величество был в стране Ретену… Список дани, принесенной его величеством из этой страны. Рабов и рабынь 513. Лошадей 260. Золота 45 дебенов и 1/9 кит. Серебряных сосудов как подати страны Джахи… Всякого воинского [снаряжения]… [Колесниц, обработанных серебром]… Быков иуа, безрогих быков, быков тепи 28. Быков ка 564. Мелкого скота 5323. Ладану сосудов мен 2028».

Руины храма Тутмоса III в Карнаке

Из описания похода на Мегиддо: «Далее я повторяю вам: слушайте, люди!! Он (бог Амон-Ра. – Е.С.) передал мне страны Сирии в первый поход, когда они пришли встретиться с моим величеством в количестве миллионов и сотен тысяч из лучших, [которые только имелись] во всех чужеземных странах, стоя на своих упряжках и в [количестве] 330 владетелей, причем каждый был со своим войском. И вот [находились] они в долине Кина, разбив стан у (?) нее… и произошло обстоятельство, удачное для меня среди них. Мое величество напало на них, и они тотчас бежали и были немедленно повержены. Они вошли в Мегиддо, и мое величество заперло их сроком на 7 месяцев, пока они не вышли наружу, моля мое величество, со словами: “Дай нам твое дыхание, наш владыка. Не восстанут на тебя вновь другой раз страны Сирии!” Тогда тот супостат и владетель, что были с ним, отправили, к моему величеству детей (?) их всех с обильной данью золотом и серебром, всеми их лошадьми и тех, кто с ними, их колесницами, колесницами из золота и серебра и теми, что пестро расписаны, всеми их бронями, их луками, их стрелами, всем их боевым оружием. Это [было] то, с чем они пришли, будучи готовы (?) биться против моего величества. И они доставили это в виде дани моему величеству. И они стояли на своих стенах, воздавая славу моему величеству, дабы было дано им дыхание жизни. Тогда мое величество велело заставить их принести клятву в следующих выражениях: “Мы не будем впредь плохими относительно Менхеперра – да будет он жив вечно! – нашего владыки, в течение всей нашей жизни, так как мы видели его могущество, и он дал нам дыхание, как он желает. Это его отец [Амон-Ра, владыка престолов обеих земель] совершил это, воистину, то [была] не рука человеческая!” Тогда мое величество велело их отпустить в их города. Они отправились все на ослах, так как я отобрал их лошадей. Я захватил их горожан в Египет, а также их имущество… (Теперь) [для меня] строятся [суда] в [Фин]икии ежегодно из настоящего ливанского кедра и доставляются во дворец».