Евгений Старшов – Остров Родос – властелин морей (страница 19)

Перейдем теперь к ним, к историкам. Известные историки-родосцы – кроме Посидония – Полизел, Зенон (автор истории Родоса в одной книге), Тимокрит, Антисфен, Калликсен, описавший флот египетского царя Птолемея Филопатора; Сосикрат – автор истории Крита (II в. до н. э.), Тимахид, Ксенагор, Сократ, писавший об Антонии и Клеопатре; Эмпил, писавший об убийстве Цезаря; Эргий, Горгон, Горгосфен, Иеробул, Клитофон, написавший историю Индии и Галатии; Диокл – автор истории Этолии; историк родного острова жрец Гелиоса Дионисий; Эвагор из Линдоса, написавший историю Египта; Евдокс; Антипатр, Эпименид, Евкрат, стоик Ясон – внук Посидония, Феогнис, Агнокл, Филодем (или Филомнест); наконец, один из последних античных историков Родоса – Кастор по прозванию Филоромей, то есть друг римлян (I в. до н. э.), сдавший им порученную ему царем Митридатом Евпатором северо-причерноморскую крепость Фанагорию, автор хроники; приняв участие в борьбе помпеянцев с цезарианцами, этот доносчик и интриган был убит собственным тестем. Из родосских астрономов кроме того же Посидония, сконструировавшего собственный планетарий, о чем было сказано ранее, стоит отметить Гиппарха Никейского, который создал на Родосе обсерваторию и благодаря ей составил карту небесного свода с указанием более 800 звезд и сделал ряд открытий, в частности прецессию равноденствий. Также он вычислил наклонение эклиптики, расстояние до Луны с фактической ошибкой в 5 % от реальной цифры и продолжительность солнечного года с минимальной ошибкой всего лишь в 7 минут. Еще имеется упоминание о родосском астрономе Геминосе. Выдающимися географами были флотоводец Птолемея Второго Тимосфен, историк Евдокс, Бахор.

Славен был древний Родос поэтами – упоминаемый Страбоном и Павсанием Писандр был родом из Камироса и знаменит поэмой о подвигах Геракла – как едко отмечает Павсаний, именно ему мы обязаны представлением о том, что лернейская гидра была многоглавой – он «…для того чтобы это животное показалось более страшным и его поэма оказалась более интересной, вместо одной головы приписал этой гидре много голов». Кстати, наше представление о многоголовой гадине затмило античное восприятие чудовища – автор видел в анталийском археологическом музее два античных саркофага с изображением подвигов Геракла, так вот у Гидры там всего одна голова, причем человечья, на змеином теле. Тот же Павсаний отмечал, что Писандр писал о том, что Геракл не перестрелял хищных стимфалийских птиц, а изгнал их при помощи медных трещоток. Также среди поэтов Павсаний упоминает Антагора Родосского, автора поэмы «Фиваида» и эпиграмм (III в. до н. э.). Известно, что лирический поэт Тимокреонт из Ялиссоса был изгнан с родины афинянами после победы над персами. Потомок Клеобула Антей из Линдоса является одним из родоначальников греческой комедии. Так называемую Среднюю комедию представляли родосцы Антифан (возможно, уроженец Коса) и Анаксандрид из Камироса, автор 65 пьес, из которых 10 брали первый приз на состязаниях комедиографов (в первый раз – в Афинах в 377 г. до н. э.). Считается, что поэтесса Эринна, подруга знаменитой Сапфо, происходила с Родоса, так же как Филет Косский, лирик александрийской поэтической школы, и Симмий. Однако наиболее известен в веках Аполлоний Родосский (295–215 гг. до н. э.), который, правда, был по происхождению александрийцем. В столице эллинистического Египта он занимал ответственнейшие посты – воспитателя царского сына и главы Александрийской библиотеки. Вынужденный впоследствии переселиться на Родос, он создал эпическую поэму о походе аргонавтов за золотым руном – «Аргонавтику» – героический эпос в новом стиле эллинизма, полный страстей и довольно иронического отношения к богам-олимпийцам. Продолжить его монументальную традицию пытался упомянутый выше родосец Антагор в своем произведении «Фиваида». Фиванцы, которым он прочел свое произведение, его не оценили, и тогда он сказал, что у них бычьи уши, и впоследствии обретался при дворе македонского царя Антигона Второго Гоната (правил в 283–239 гг. до н. э.). Плутарх передает следующую ироническую зарисовку взаимоотношений извечной исторической пары «царь – поэт», правда, ошибочно приписывая ее Антигону Первому Одноглазому, деду Гоната: «Поэт Антагор жарил себе угря и сам под ним поворачивал сковородку; Антигон, подойдя к нему сзади, спросил: „Как, по-твоему, Антагор, когда Гомер писал про подвиги Агамемнона, жарил он себе угрей?“ Антагор ответил: „А как по-твоему, царь, когда Агамемнон совершал эти подвиги, любопытствовал он, кто у него в лагере жарит угрей?“».

К закату Античности и поэзия на Родосе пришла в упадок. Тимахид написал тяжеловесную поэму об обедах. Некий Идэос решил «улучшить» Гомера, вставляя после каждых двух его строк свою; еще известны Эвод, эпический поэт Неронова времени, и Пифолеон, писавший на тяжелой и неудобоваримой смеси греческого и латинского. В иных жанрах творили: Пармен, сочинивший поваренную книгу; Пифион и Эпиген, писавшие о сельском хозяйстве; полководец царя Антиоха Сотера родосец Феодор (или Феодот) писал о тактике; комментаторами чужих произведений были Аттал, Аристотель и Тимарх (или Тимахид); грамматикой занимались оратор Аристокл, Аристей, Дионисий Фракиец и его ученик линдиец Тираннион, во времена Августа – Аброн, а при Тиберии – Диоген.

Может древний Родос похвалиться и собственным композитором – Тимосфеном, служившим «по совместительству» флотоводцем у египетского царя Птолемея Филадельфа (правил в 285–246 гг. до н. э.).

Теперь поговорим немного о живописи – и хотя все ее родосские (да и вообще античные, если не считать фресок и фаюмских погребальных портретов) образцы утрачены, разговор не будет беспредметным. Самым известным родосским художником после эфесца Паррасия, ведшего богемный образ жизни, выдававшего себя за сына Аполлона и являвшегося автором картин «Геракл, пирующий в Линдосе», «Мелеагр» и «Персей», был уроженец карийского города Кавна Протоген, творивший, по крайней мере, еще до осады острова Деметрием Полиоркетом, поскольку Плутарх в «Изречениях царей и полководцев» приводит следующий эпизод: «Деметрий, осаждая родосцев, захватил в предместье картину Протогена с изображением героя Иалиса (как известно, Ялиссос, основатель одноименного города на Родосе, был изображен Протогеном в виде охотника, сопровождаемого запыхавшейся собакой. – Е. С.). Родосцы прислали послов с просьбою не губить картину; Деметрий им ответил, что скорее он уничтожит изображения отца своего, чем такую картину». О том, что живопись Протогена была действительно прекрасной и реалистичной, можно судить по истории с нарисованной им куропаткой, которую нам сообщает Страбон: «Затем идут картины Протогена, именно Иалис и Сатир, стоящий у колонны, на вершине которой сидит куропатка. Как только картина была выставлена, народ смотрел с искренним удивлением на куропатку, словно на настоящую, и дивился только ей, не обращая внимания на Сатира, хотя и эта последняя картина прекрасно удалась художнику. Еще большее изумление вызывали люди, разводившие куропаток, которые приносили с собой ручных куропаток и помещали их перед картиной: птицы начинали кричать, призывая нарисованную на картине куропатку, и собирали перед картиной толпу народа. Когда Протоген увидел, что его главное произведение стало второстепенным, он попросил разрешения у блюстителей священного участка прийти и стереть птицу, что он и сделал». Кроме картин, изображавших Ялиса и Сатира, известно еще о следующих произведениях Протогена – изображении Гераклида Тлеполема, Кидиппы – матери основателей трех древних городов Линдоса, Ялиссоса и Камироса, и двух боевых триер афинского флота – Парилоса и Аммониады, размещенных в пропилеях на афинском акрополе. Известно, что великий Протоген жил, как и большинство гениев, в нищете в пригороде Родоса, питался вареными бобами. Знаменитый художник и одновременно с тем соперник Протогена Апеллес, прибыв на Родос и узрев его нищету, громогласно объявил, что скупает все его непроданные картины за фантастическую сумму в 50 талантов, чтобы продать их, как свои собственные. Только тогда родосцы оценили своего гения. Сам Апеллес нарисовал, будучи на Родосе, портреты некоего Антея и Менандра, одного из полководцев Александра Македонского, ставшего сатрапом Карии. Элиан также свидетельствует о сложных отношениях двух художников: «Рассказывают, что художник Протоген в течение семи лет трудился над своим „Ялисом“. Увидев картину, Апеллес некоторое время стоял безмолвно, так как был поражен необычайностью замысла, а потом сказал: „Труд велик, велико и мастерство художника, не хватает единственно пленительности. Будь она, Протогена следовало бы вознести до небес“».

О прочих родосских художниках и их творениях информации весьма мало – только утверждение С. Торра, что отменными художниками были также скульпторы Тавриск, изваявший дискобола, Клитемнестру, Паниска, Полиника и Капанея; саламинец Симос, изобразивший отдыхающего юношу, человека, отмечающего праздник Квинквартии, Немезиду и лавку сукновала, и скульптор Мнаситим, сын и ученик Аристонида. Упоминание об античных родосских картинах, причем в преизрядном количестве, содержится в одном из диалогов великого сатирика и острослова Лукиана из Самосаты (ок. 120 – после 180 гг. н. э.) под названием «Две любви». Герой многих произведений Лукиана Ликин (это греческая форма имени самого автора) прибывает на Родос: «Гребцы, вытащив корабль на сушу, разбили близ него палатки, а я, когда мне было приготовлено пристанище против храма Диониса, стал бродить на досуге, получая необыкновенное удовольствие, ведь Родос – подлинно город Гелиоса, и красота его достойна этого бога. Проходя по портикам храма Диониса и рассматривая каждую картину, я одновременно наслаждался ими и вспоминал предания о героях, потому что тотчас бросились ко мне двое или трое людей и за небольшую плату стали рассказывать мне содержание картин; впрочем, по большей части я сам догадывался, что на них изображено».