Евгений Силаев – Смерть тролля (страница 4)
Экран загорелся. Там была открыта соцсеть «Вконтакте», а в левом нижнем углу всплыло уведомление. Некая Валентина Федорова ответила на комментарий:
«
– Так его уже заткнули, – ответил Тимофеев и тут до него начало доходить.
– Что вы сказали? – спросил полицейский.
– Тихий сосед. Но тихий в
– Зачем? – собеседник, видимо, не понял ход мыслей детектива.
– Если человек был тих в реальном мире, то жил в основном в виртуальном. Техника и соцсети могут пролить свет на личность убитого, открыть его секреты и много чего еще. А сестра… Она его знает и тоже может что-то разъяснить. Плюс надо ей сообщить о смерти брата.
– Сообщить это хорошо, – полицейский аж улыбнулся, – А то не люблю это дело. Вы же скажете ей?
Тимофеев молча кивнул.
– Все. Отправляем тело в морг, техника будет в отделе через час. Ищите Евстигнеева, он вас привел, а значит отвечает. Плюс будет вашим негласным куратором на какое-то время.
Детектив снова молча кивнул и вышел из квартиры.
****************************************************************
Евстигнеев сидел на лавочке во дворе. Выглядел он плохо: было видно, что лейтенанта несколько раз вырвало. Об этом свидетельствовали еще и кусты, которые оказались практически полностью покрыты содержимым желудка полицейского.
Детектив подсел рядом и задал простой вопрос:
– Плохо стало?
– Да, – ответил Иван и сделал пару жадных глотков из бутылки с водой.
– Впервые такое видишь?
– Ага.
– Это еще ничего, – отметил Тимофеев, глядя вдаль, – Я как-то видел, как у мертвой жертвы изнасилования выпала толстая кишка. Со стороны могло показаться, что девушка отрастила бобриный хвост.
– Да блять! – прорычал Евстигнеев и снова побежал к кустам, после чего его в очередной раз вырвало.
«Попытка подбодрить и успокоить провалилась. Чувства другого человека снова пострадали».
От увиденного Петр погрузился в воспоминания. В голове всплыл тот день, когда он сам впервые столкнулся со смертью.
***********************************************************
На тот момент Тимофеев работал в полиции всего две недели. Он сидел в кабинете, когда внутрь ворвался майор и сказал:
– У нас изнасилование и убийство 21-летней девушки. Вы двое, – он посмотрел на Тимофеева и его напарника Ивана Дмитрова, – будете стоять рядом и не пускать зевак. Готовы?
– Конечно! – хором ответили оба.
По пути на место происшествия энтузиазм пропал.
«Настоящее убийство. 21 год. Девочка совсем, чуть-чуть младше меня. Так! Надо собраться!» – думал Тимофеев.
Курсантов полицейской академии периодически водили в морги и анатомички, называя это «психологической подготовкой». К моменту визита будущих стражей порядка патологоанатом наводил марафет: мыл труп, наносил макияж и скрывал тело так, что видны были только голова и плечи. Глядя на очередную жертву насильственного преступления, не казалось, что это реальный мертвец. Подсознание шептало, что перед тобой актер, умело играющий роль. Стоит только уйти, он тут же встанет, отряхнется и пойдет пить кофе в ближайшей кафешке.
Именно так себя Петр и настраивал. Он просто едет смотреть на манекен. Это игра: посмотри и найди признаки насильственной смерти. Практикум по криминалистике, не больше.
Самообман сработал. Прибыв на место преступления, Тимофеев следом за старшими по званию дошел до нужного лестничного пролета между вторым и третьим этажами.
Участок уже был оцеплен, от стены до стены тянулась лента. За киперкой лежала девушка. Короткая юбка, кофточка, небольшая курточка. Рядом валяется сумочка. Возле щиколоток виднеются кружевные трусики. Вероятнее всего, насильник их снял и оставил так.
На шее виднелся толстый темно синий след. Вот и первая наглядная проверка для выпускника: найди странгуляционную борозду. Испытание пройдено на отлично.
А потом Петр совершил фатальную ошибку: посмотрел жертве в глаза. Они оставались открытыми и глядели куда-то перед собой. Но именно это испугало начинающего полицейского.
Стеклянные глаза выглядели неестественно жутко. Они словно прожигали Тимофеева, дергая за самую душу. От переживаний полицейский выбежал наружу, где его накрыло.
Петра не тошнило. Его пробила страшная дрожь, ноги подкосились. Парень упал на колени, брызнули слезы. Закрывать глаза не хотелось. Стоило это сделать, как перед ним вставал взгляд.
Петр невольно представил на месте жертвы свою девушку Машу. От одной мысли, что она так же лежит в холодном подъезде, измученная и убитая каким-то уродом, стало жутко. Тимофеев рыдал.
Какой ужас пережила бедная девочка перед смертью? Как она мучилась и брыкалась в надежде спасти свою жизнь? От этих вопросов становилось не по себе.
– Бывает, дружище, – услышал Петр знакомый голос.
Это был подполковник Прохоров, выезжавший на громкие дела. Увидев бьющегося в истерике сотрудника, он не смог пройти мимо. Подошел, по-отцовски обнял и попытался успокоить.
– Все мы с этого начинали. Что тебя больше всего шокировало? – спросил старший по званию.
– Глаза, – ответил Петр дрожащим голосом, – Этот взгляд… В самую душу.
– Ох, мальчик мой, – сочувственно произнес подполковник, прижав подчиненного к груди, – Это самое жуткое, что можно увидеть.
– Надеюсь… Мы найдем этого ублюдка… Того, кто это сделал…
– Найдем, конечно. И накажем по закону.
Тимофеева начало понемногу отпускать.
Спустя два дня ублюдка действительно нашли. Им оказался местный безработный алкоголик. На допросе оправдывался он достаточно просто:
– Выпил. Захотел женского тела. Увидел, схватил. Брыкалась. Ну я и утихомирил.
Тимофеев, наблюдавший за допросом сквозь специальное стекло, чуть руки себе не сломал от злости. Он хотел побить гада, раздробить ему кости. Даже оторвать причинное место и заставить съесть. Но сдержался. Да и коллеги не допустили бы такого произвола.
Судьба в итоге сама расставила все по местам. Сокамерники, узнав подробности биографии нового соседа, стали использовать его как петуха. Спустя неделю насильник покончил с собой. Бился головой об унитаз до победного конца.
Возможно, ему помогли в этом нелегком деле. Но это никого не интересовало. Официально злодей ушел из жизни осознанно и добровольно.
Все, кроме Петра, тогда испытали облегчение. Сам же полицейский подумал:
«Карма его настигла. Но жертва от этого не воскресла… Справедливое возмездие оказалось бессмысленным».
****************************************************************
– Спокойнее, Иван. Мы поймаем того, кто это сделал, и накажем, – вспомнил Тимофеев фразу из прошлого.
– Хотелось бы, – Евстигнееву стало легче. Он, проблевавшись и отдышавшись, снова сделал пару глотков воды.
– Думаю, нам надо в отдел. Туда технику привезут, плюс сестре убитого надо сообщить.
– А может…? – начал Иван.
– Я сообщу, – перебил его Петр.
– Спасибо, золотой ты человек. А то это мое второе нелюбимое дело в работе.
– Так и становятся звездами соцсетей, товарищ лейтенант. Выполняя, в том числе, неприятную работу. Пойдемте в машину. И вызывайте водителя, дела не терпят отлагательств.
Полицейский лишь кивнул.
Глава 5
Тимофеев сидел в кресле, держа двумя руками чашку с ромашковым чаем. Это был постоянный ритуал при визите к психиатру. Дипломированный специалист объяснял, что таким образом пациент успокаивает нервную систему и настраивается на доверительный лад.