Евгений Шепельский – Воспаление колец (страница 33)

Но он не успел. Все охранители благополучно миновали проем, а Гнусдальф ловко захлопнул дверь перед самым носом Дантиста. Щелкнул замок, и наступила тишина. Очень темная тишина. Очень темная, зловещая, будоражащая тишина. Чмокнула пробка, остро запахло лекарством: это Гнусдальф в потемках капал на сахар корвалол.

— По крайне мере, здесь тепло, — рискнул заговорить Элерон.

В стенах пещеры его слова превратились в сиплое карканье.

— Наши ослики остались за дверью! — захныкал Марси.

— А с ними и все наши запасы! — подхватил Опупин.

— Нам крышка! — прорвало Брагомира. — Мы пропадем здесь без еды и воды, без женщин, без одеял и подушек!

Охранители заголосили на разные лады. Громче всех орал Брагомир — самый сильный и голосистый в отряде. Он вопил, рыдал, подпрыгивал и рвал на себе одежду.

— Спокойно, презренные! — раздался дребезжащий голос мага. — Сейчас, минуточку, я все приведу в порядок! — И он чихнул, потом еще раз чихнул и еще. — Ну вот, порядок, а теперь спокойно.

— Тьфу! Это несмешной каламбур! — прошипел Элерон.

— Не умничай! — огрызнулся Гнусдальф. — И вообще — хватит нервничать. Сейчас я включу свет.

— Ой, — обрадовался Свэм. — Значит, тут есть мегафазовый реактивный турбогенератор постоянного тока?

— Чего? — поперхнулся маг. — Какой генератор? В Умории нет даже сливных бачков, а ты мне про генератор!

— Ну да! — вступился за поруганную честь родины гном. — Можно подумать, что в Среднем Хреноземье много сливных бачков! Нашими предками завещано не пользоваться в Умории сливными бачками, а мы свято чтим их заветы. Сливные бачки в Умории — табу!

— Правильно! — кивнул Лепоглаз. — Но ты сливным бачком и на поверхности-то никогда не пользовался! Недаром тебя прозвали Засраный Гнивли!

— Ах ты гад! — вскипел гном. — Эльфийское хамло! Блондинчик из рекламы слабительных таблеток!

— Эй, полегче, — вмешался Элерон. — Нам не нужны конфликты!

— Ну да! — хмыкнул эльф. — После этого гнома номер в отеле драили пять человек, и все равно никто не соглашался там спать без противогаза!

— Да ты... пожиратель лесных червячков!

— Я рискнул посетить этот отель; нынче он обезлюдел. Местные называют его Домом Проклятых, Адской Ямой и Обителью Скорби...

— А у тебя морда в конопушках!

— Воистину, это скорбное место... Хозяин перед отъездом написал на дверях: «Бойтесь гномов пуще холеры!» Говорят, он сошел с ума и неприкаянным призраком бродит по окрестностям.

— А у эльфов... у эльфов...

— Дети мои, замните ссору! — посоветовал маг. — Ваш треп мешает мне сосредоточиться... Где же этот чертов выключатель... — пробормотал он, ощупывая ширпотребную палочку.

— Да уж, свет не помешает, — пробрюзжал Гнивли. — Я вот кошелек на пол уронил, никак не нащупаю...

— Мой-то карман здесь при чем? — вскричал Лепоглаз, пинком отшвырнув Гнивли к стене.

— Я т-тебе еще покажу! — пожаловался гном. — Я т-тебе еще отомщу! Я — Неуловимый Мститель!

— Вы быстро дичаете в темноте, дети мои, — сделал неутешительный вывод Гнусдальф. — Держу пари, если вы пробудете в таком положении еще час, то позабудете все языки и станете общаться коровьим мычанием... Бинго! — Из его клюки в потолок ударил прекрасный, янтарно-желтый, довольно чахлый лучик света, — словно светлячок решил помочиться.

— Свет! Свет! — запрыгал Свэм. — Какая радость!

— Ну и что дальше? — мрачно спросил Фордо. Настроение у него было паршивое. Да еще каменный пол холодил ноги.

— Мы пойдем туда, — Гнусдальф указал на широкую лестницу, уводящую куда-то вверх, в темноту. Собственно, это был единственный путь. Если не считать двери, через которую они пришли.

— А кто нас поведет?

Чародей молча указал на Гнивли.

— Я? — попятился гном. — Но я не могу! Я покинул Уморию в пубертатном периоде... У меня был тогда такой сумбур в голове! Знаете, девочки, мальчики, любовь-морковь... Короче, я все позабыл... Но вот ты, Гнусдальф, ты говорил, что посещал Уморию, причем не так давно!

— Я такое говорил, да? — скис Гнусдальф. — Это все склероз проклятый, ничего не помню... Ах да, теперь припоминаю... Я таки был в Умории. Вошел и вышел. Но я ходил другим путем... Отбойный молоток и шлем с лампочкой, дрезина и соратнички-мародеры... — Чародей закашлялся. — Шучу! Но, так и быть, я вас поведу. Дело-то пустяковое: надо пройти Уморию насквозь и выйти на другой стороне Плечистых гор. Положимся на удачу! Итак, вперед!

И маг неустрашимо двинулся во тьму Умории, рассекая ее своим светильником напополам.

ГЛАВА 9

РАГУ ИЗ ГНУСДАЛЬФА

Шли молча. Многотонная масса горы давила на головы. Кто-то шлепал за ними босиком, громко ругаясь и подсвечивая спину Фордо, которого пустили замыкающим, карманным фонариком.

«Какая-нибудь бездомная собачка, — предположил хрюкк. — Много же ей достанется косточек, если мы не выберемся отсюда!»

После часа пути — коридоры, лестницы, коридоры, лестницы, пыль, паутина, темнотища и вонища — герои оказались в большом... нет, в БОЛЬШУЩЕМ зале. Его потолок подпирало бесчисленное множество колонн в форме отбойных молотков, стамесок и напильников. Кое-где к колоннам были прикованы гномьи скелеты, смеха ради наряженные чморками в голубенькие кружевные панталоны. Из зала выводили шесть коридоров, не считая того, через который путники вошли.

Гнусдальф долго рассматривал черные жерла коридоров, накручивая на палец кончик бороды

— Припоминаю, но смутно, — наконец сказал он. — Я здесь проходил, это точно... И даже ползал: я потерял в этом зале свою любимую заколку для бороды... Ага, вспомнил! — Он вытянул руку. — Именно так я определил тогда верное направление!.. Ехал лекарь через реку, видит лекарь — в реке рак... — принялся декламировать он. Его палец указывал на коридоры, следуя словам считалки.

Охранители столпились за спиной мага, им показалось, что он спятил.

— А ты уверен, Гнусдальф... Ты уверен, что это поможет? — осмелился спросить Фордо.

Гнусдальф хмыкнул.

— Ну да! Считалка — это верное средство. Простейший генератор случайных чисел, так сказать. Хе-хе, рэндомайзер. Мы, маги, прибегаем к нему, когда нужно выбрать из большого числа вероятностей, каждая из которых чревата... э-э, скверными последствиями.

— Или когда не соображаете ни бельмеса, — прошипел Брагомир.

Гнусдальф круто развернулся на каблуках. Его клюка, прочертив сверкающую дугу, треснула Брагомира по лбу.

— У тебя есть альтернативное предложение, дорогуша? — ласково спросил маг.

Скосив глаза к переносице, Брагомир предпочел отмолчаться. Гнусдальф удовлетворенно кивнул и увлек отряд в коридор, выбранный им посредством считалки. Проход был узок и изгибался, словно в эпилептическом припадке. И при этом уводил куда-то в глубину. Оттуда накатывали тошнотворные запахи горелого лука, пережаренного омлета и кофейного напитка «Бодрость».

— Светочка, — внезапно донесся из бокового прохода визгливый женский голос, — пробейте чай! Товарищи, омлет кончился, берите оливье! К гуляшу только гречка! Что? Нет другого гарнира!

— Столовая чморков неподалеку, — пояснил маг, сморщив нос.

— Ой, а там случайно нельзя купить хот-дог? — воскликнул Свэм.

— Там из тебя случайно сделают биг-мак! — мрачно пошутил Гнусдальф. — Чморки настолько неприхотливы, что даже тебя съедят с радостью.

— А почему «даже», а почему «даже»? — запрыгал обиженный Свэм.

— А потому, что кретинов они съедают в первую очередь! — отрубил маг и мстительно улыбнулся. — Есть такие слухи.

— И это говорит мне какой-то бородатый самоучка...

— Я бы посоветовал тебе заткнуть свое хайло, — холодно проговорил Гнусдальф. — Но так вышло бы слишком грубо, ведь я интеллигент. Поэтому я скажу тебе просто: закрой хлебальник и не вякай, чтобы не превратиться в обложенное гарниром фрикасе. Мы выходим на нижние уровни, чморков тут больше, чем перхоти в твоих волосах.

— Угу, их здесь ошивается порядочно, — добавил Элерон.

Слова Бодяжника оказались пророческими: не прошло и четверти часа, как путники увидели ошивающегося чморка; от кончиков ушей до пяток покрытый плотно подогнанной фабричной чешуей, он пришивал лычки к мундиру.

— Да, постный попался... — заметил Гнивли минут через пять.

— Наверняка — вегетарианец, — сказал, как выплюнул, Свэм. — Не люблю я этих выродков: хотят помереть здоровенькими!

— Тихо! — прошипел Гнусдальф и увлек отряд в поперечный коридор. Мимо с воплями «Обед! Обед!» пронеслась ватага чморков, вооруженная котелками, ложками и вилками.

— Злобные бестии! — процедил маг, достав клюку из-под полы. Помедлив, он высунулся из тоннеля и показал спинам чморков язык.

— Какой ужас! — вскричал Лепоглаз. — Это была Злая Рота! Я никогда не думал...

— Сочувствую! — сердито перебил Гнусдальф. — Не каждый обладает этой исключительной способностью!