Евгений Щепетнов – Принц (страница 47)

С этими мыслями я и шагнул в дверной проем кабинета ректора, чтобы тут же оказаться под пристальным взглядом многоопытного администратора.

Ректор в своей обычной манере таращился на меня так, будто к нему в кабинет заполз огромный таракан, и сейчас нужно срочно порешать — что же все-таки с этой пакостью делать. Наверное, такой взгляд хорошо действует на новичков, молоденьких парнишек и девчонок, у которых еще не полностью «устоялись» первичные половые признаки, а мне, тертому-перетертому цинику, видавшему начальников гораздо хуже, чем этот, в общем-то неплохой мужик, было на такие приемчики совершенно наплевать. Смотри, не смотри — дополнительная дырка во мне все равно не появится.

— Я получил письмо от Леграса — без предисловий заявил ректор — В нем советник требует, чтобы тебе присвоили звание офицера, и отправили в Пограничье с группой помощников. Цель этой экспедиции не сообщается. Твоим спутникам — тем, кого ты выберешь — тоже присваивается звание офицера, тебе лейтенанта, им — младших лейтенантов, так как их обучение не полностью завершено. Рекомендуется взять в спутники…

— Нет! — перебил я ректора — К демонам их! С девками не поеду!

— Это не обсуждается — нахмурился ректор — Кроме Хельги, обе поедут с тобой. Это требование советника. Им все равно в будущем году предстояло проходить воинскую службу, так почему не сейчас? Можешь взять с собой какого-нибудь парня — я не возражаю. Ему тоже будет присвоено офицерское звание. Есть на примете кто-нибудь дельный?

— Грендель Элрон! — медленно сказал я, впившись взглядом в расширяющиеся от удивления глаза ректора.

— Элрон?! — у мужика челюсть отпала до груди — Это исключено! Вы же поубиваете друг друга!

— Мы помирились — улыбаюсь я как можно более безмятежно — Это все, кого я могу взять с собой?

— Зачем ты туда едешь? — мрачно спрашивает ректор, не отвечая на вопрос — Неужели думаешь, что уговоришь Непримиримых?

Я помолчал, и пожав плечами, ответил:

— Я ведь принц. Может, и уговорю. Когда стану королем.

— Ты…в самом деле принц?! — снова вытаращился ректор, недоверчиво мотая головой — Да как так может быть?

— Как, как… — невежливо ответил я, и чуть не продолжил еще более невежливым «каком кверху!». Но сдержался. Человек-то ни причем, притом что хороший в общем-то мужик, не злой. Да и с дочкой его я спал…можно сказать нанес вред. Хотя бы в качестве извинения можно ему не хамить.

— Как? — повторил я — Да самым обычным образом. У короля и королевы рождается ребенок. Он становится принцем. Вот и все. Потом король отдает трон своему брату, брат продолжает боевые действия. А принц надеется вразумить безумца, или…или он сдохнет.

— Кто сдохнет? Безумец, или принц? — напрягся ректор.

— Сам пока не знаю — признался я — Судя по всему, больше шансов подохнуть у меня.

Ректор замолчал, и снова посмотрел мне в глаза. И мне показалось, что взгляд его стал другим. Каким? Не знаю, но другим. Увидел во мне «Штирлица»? Или понял, что все здесь не так уж и просто.

— Мы отменяем экзекуцию для всех участников известных тебе событий — сухо сообщил ректор после паузы — Далее…Академия обеспечит тебя средствами, необходимыми для поездки. Хотя, насколько я знаю, тебе и без наших средств есть на что купить корм для коня. Когда собираешься выехать?

— Не знаю — искренне ответил я — Кое-что нужно утрясти, определиться с составом группы, ну и вообще…деньги, например, получить. Раз я работаю для государства — пусть оно и оплачивает мою работу. Какого демона я должен тратить свои средства? А еще — мне нужны амулеты на всю группу. Физической защиты, магической защиты, и запасной комплект — мало ли…вдруг потеряется. И вот еще что — к кому обратиться на месте? Ведь если нас направляют в Пограничье, к кому-то же я должен явиться?

— К полковнику Стоссу — не думая ответил ректор — Все наши выпускники направляются в Корпус Магии Пограничной стражи. Где их и распределяют в подразделения. Тебя и твою группу не будут разбрасывать — соответствующее указание уже имеется. Вы будете на особом положении, что-то вроде группы разведки. Но в подчинении полковника. На месте уже определишься — как выстроить свои отношения с полковником. Вот соответствующее письмо от советника Леграса. В нем указаны твои полномочия.

Ректор снова помолчал, вздохнул, и каким-то грудным, странным голосом добавил:

— Если ты сумеешь остановить войну, я сам, лично поклонюсь тебе в ноги. Столько жизней она унесла! Столько хороших людей погибло! Какие средства, какие силы на нее уходят! Гибнут лучшие люди…

— С обеих сторон — хмыкнул я — Ворки тоже люди.

— И ворки — люди — кивнул ректор — Неужели им самим не надоело? У жителей империи «ворк» и «зверь», «убийца», «маньяк» уже стали синонимами. И это не потому, что империя вбивает в головы людей, что ворки нелюди, что с ними иметь дело нельзя. Как раз наоборот — старается сгладить углы, рассказывая, что ворки такие же, как мы, что они так же хотя мира. Но когда в очередной раз ворки начинают пытать наших солдат, попавших в плен, когда они вырезают поселения мирных крестьян — в стране поднимается очередная волна ворконенавистничества. Знаешь, иногда я думаю, что кто-то в Империи нарочно раздувает эту войну, не дает ей затихнуть. Тебе не приходило такое в голову? Впрочем — ты молодой, где тебе… Ну, так вот — откуда у ворков оружие? Если они живут в лесу, не добывают руду, и не ставят свои мастерские? Они и не могут строить свои мастерские — от кузниц идет дым, а по дыму можно вычислить местоположение города ворков. А значит — ударить драконами с воздуха. И тогда конец всем Непримиримым. Но кто-то ведь им поставляет оружие! Задумайся над этим.

Я задумался. Потом. Когда вышел из кабинета ректора. И чем больше думал, тем меньше мне нравилась предстоящее путешествие. Ох, нечисто с ним, с этим самым путешествием! Воняет от ситуации, как из выгребной ямы! И самое отвратительное, что выскочить из этой колеи я не могу. Только гнать вперед, разбрызгивая грязь, надеясь, что не застряну в ней навсегда.

Глава 21

— Иди сюда…ну?! Ах ты непослушный котик! Ах ты глазастик! Ну и чего урчишь? На дедушку урчишь! Как не стыдно?! И никаких «бе-бе-бе»! Вообще не пристало такому важному, толстому коту говорить дедушке «бе-бе-бе»!

Старик лучился довольством, и собеседники улыбались, глядя на то, как он тискает огромного черного кота. Герда всегда подозревала, что в этом существе (не в старике, конечно, а в котике!) сидит маленький человечек, который все понимает, и только разговаривать с ним не желает. Ибо не заслужили!

— Учитель…попробуй это! — гость подвинул к старику тарелку — Я обнаружил одну лавочку, они готовят какой-то особый соус. Ты любишь экзотичные блюда, так вот — в этот соус кладут что-то из южных пряностей, и я не могу понять — что именно. Но хорошо! На самом деле — хорошо.

Старик воткнул двузубую вилку в свернутый трубочкой тонкий блин, отправил его в рот и медленно, прищурясь, разжевал. Кивнул, подтверждая:

— Да…какая-то южная травка! Хорошо. А то, что мы не можем понять состав соуса…ну так это даже хорошо. Иначе потерялась бы тайна! А без тайны в нашем мире жить не интересно. Но да ладно…расскажи, как ты съездил. Ты упомянул вначале разговора, что ездил на какие-то соревнования. И каков результат? Ты выиграл?

— Учитель… — мужчина нахмурился, откинулся на спинку стула, вздохнул — К стыду своему должен признаться, что проиграл. Мне предложили очень хорошие, можно сказать огромные деньги за победу, но я не смог выиграть, как ни старался.

— Ты?! — искренне удивился старик — Ты проиграл?! Кому?! Кто этот человек, который смог победить моего ученика?! До сих пор я считал, что такое невозможно! По крайней мере — в Империи. Это был иностранец?

— Как сказать — мужчина посмотрел в спокойное, даже равнодушное лицо девушки, которая медленно попивала чай из фарфоровой чашки и совершенно не прислушивалась к разговору. По крайней мере — так казалось.

— Как сказать — повторил мужчина, вздыхая, поджимая губы — Это был юноша, примерно семнадцати-двадцати лет от роду. Ворк.

Девушка за столом вздрогнула, закашлялась, и с минуту не могла успокоиться — чай хлынул у нее даже через нос. Старик не рассердился, достал откуда-то здоровенный чистый носовой платок, подал ей. Покрасневшая, превратившаяся из статуи в живую девчонку семнадцати лет, Герда закончила сморкаться, отдышалась, и уставилась на гостя долгим взглядом стрелка из лука, фиксирующего мишень перед выстрелом.

— Расскажи все подробно! — посерьезнел старик, мгновенно превратившийся из доброго дедушки, которого навещает любимый ученик, в жесткого и требовательного диктатора, не выполнить приказ которого равносильно смертному приговору.

Рассказ долго не продлился, уместившись в десять-пятнадцать минут времени. Гость передал главное — облик противника, его умения, все, что могло заинтересовать хозяина поместья. Например — упомянул о том, что по некоторым признакам, противник длительное время занимался единоборствами совершенно не похожими на те, что практикуются в империи: минимум красоты, абсолютная практичность. Никаких тебе красивых, знакомых стоек, никаких изысканных переходов из стойки в стойку — все направлено на то, чтобы убить или покалечить в максимально кратчайший срок.