Евгений Щепетнов – Король (страница 38)

Еллана, моя бабуля, которая теперь выглядит как шестнадцатилетняя девчонка, как-то между делом сказала, что в прошлом существовали маги, способные сдвигать горы, насылать ураганы и будить вулканы на ровном месте. И что нынешние маги жалкие тени тех, прошлых колдунов, ушедших за кромку времен. Они жили тысячи лет, но…все равно были смертны.

Нет в мире ничего вечного, даже вселенные рождаются и умирают. И если с точки зрения обычного человека несколько тысяч лет это огромный срок, то для вселенной — просто один миг. Ведь она живет уже миллиарды лет! Мы даже не мотыльки, и даже не искорки костра, мгновенно потухающие на холодном ветру. Мы…никто. Нас нет. Человечество существует по меркам вселенной всего несколько секунд, и если мы исчезнем — мир даже не заметит. Наоборот, он только облегченно вздохнет!

В общем — я не знаю, что со мной будет впереди. Сколько я проживу, и проживу ли вообще. Может, теперь я буду жить тысячу лет, а может, за считанные месяцы истощу свой организм и сгорю, как сухой хворост в огне очага. И такое может быть — та же бабуля сказала. А значит, мне нужно как можно больше успеть.

За сегодняшний день я умудрился подчинить себе около тысячи легионеров — вначале я их убил, освобождая душу, потом привязал душу к себе, и затем уже поместил ее на место, и вылечил тело. После этого легионеры поступили в распоряжение моих девчонок, которые популярно рассказали, что конкретно новички должны делать, и каков теперь их статус. Само собой — эти люди не возражали. Теперь они никогда не будут мне возражать, а если понадобится — сделают все, что бы я им не приказал.

Не афиширую свои способности, но и не скрываю. Бабуля знает, и девчонки уже знают. Долго раздумывал — надо ли привести в подчинение Герата и его людей, и в том числе молоденькую лекарку, которая за красоту обещала мне все на свете, в том числе и свое тело. И пришел к выводу: не буду их подчинять. Мог бы, легко, но…подчиненные люди фактически рабы. Или даже не так — живые роботы, вот кто они. Без своей воли, живущие только моими желаниями и капризами. И я все время буду думать о том, что они…не совсем люди. Не смогу себя переломить. Да и подло было бы по отношению к ним — ведь Герат и его команда пришли к нам на помощь сами, по своей воле, движимые пониманием порядочности, Правды. Так как же я могу их превратить в рабов? И при этом мне приходится думать о том, что любой из тех, кто мне не подчинен может ударить в спину. Ну…кроме моих девчонок, конечно. Да и то…какая-нибудь из них приревнует, и…попытается перерезать мне глотку. Усну рядом с ней, а он так — чик! И я уже на той стороне. Много ли надо — башку отрезал, вот и конец «полубогу».

Мда…что-то меня не туда понесло. Может так на меня подействовал сегодняшний день? Эта бойня, а потом ряды искалеченных, стонущих раненых? Депрессия, вот как это называется. Чем ее лечить? По-хорошему сейчас бы надо нажраться, а потом броситься в пучину разврата. Трахнуть мой гарем — всех сразу, и каждую по отдельности. Только вот в глазах сразу встает безвольное, с широко раскрытыми глазами лицо Леры. Она где-то там страдает, мучается, а я буду трахать своих подружек? Не предательство ли это?

На плечи легли теплые, ласковые руки, я не глядя потянулся назад и привлек Соньку к себе, прижав ее к спине. Потом усадил рядом, и усмехнувшись, махнул рукой:

— Садитесь, чего вы там застыли? Фелна, Хельга!

Фелна уселась на бревно слева, а Хельга зашла вперед, и опустившись на траву у моих ног откинулась назад так, что ее голова оказалась у меня на животе. Я погладил ее по волосам, потом обнял девчонок справа и слева, и мы сидели так минут пятнадцать — молча, не говоря ни слова. И мне было очень хорошо. Вот правда — так стало спокойно, ненадолго отступили печаль и тревога. Уверен — найду я Леру. Жива она, точно знаю. Если ее мучили, пытали — найду и накажу тех, кто это сделал. Если ее изувечили — сделаю красивее, чем была! Хотя и так она совершенна, как наверное никто из тех девушек, которых я знал.

Хмм…странно…почему я так подумал? Может потому, что у нее единственной из моих девушек была такая белая кожа? Но теперь белая кожа у всех четверых! К тому же, если у девушек и были какие-то небольшие…хмм…огрехи, я все исправил. Эти трое — абсолютное совершенство. По крайней мере, с моей точки зрения. Стройные, но не худые, мускулистые, но не слишком, сильные, крепкие, выносливые, но не жилистые, как профессиональные спортсменки. Все у них в меру, и все так, как я бы хотел. И как они хотели.

Смешно, но здесь у всех некий такой фетиш: белая кожа. И это притом, что по-настоящему белая кожа только у ворков, с которыми империя воюет! Впрочем — чего странного? Я еще на Земле с удивлением и смехом читал о том, что например китайцы — не загорают. У них считается, что чем кожа белее, тем это красивее. На тех курортах, где нет ничего кроме пляжей и соответственно загара — китайцев не встретишь.

Или те же чернокожие: читал, что в какой-то африканской стране девушки буквально гонялись (гоняются) за белокожими иностранцами, с тем, чтобы они им сделали ребенка. Дитя будет светлокожим, а значит получит лучшие должности, лучшую работу, пробьется в жизни. И значит, поддержит своих родителей, не даст им умереть с голоду в старости.

Что за фетиш такой — белая кожа? Мне вот всегда было плевать на цвет кожи, и хотя честно сказать — нравились загорелые девушки. Блондинки, брюнетки — все равно, главное — ровный такой «морской» загар. Впрочем — мне все девушки нравились. И как партнерши для секса, и как символ отдыха. Ведь с девушками я в основном общался только на отдыхе, где-нибудь на морском берегу, или в ресторане. Если только это не пойманная прибалтийская снайперша…

— Кел, что дальше? — внезапно спросила Соня, отодвинув голову от моего плеча.

— Дальше? — усмехнулся я — Дальше, если легионы не уйдут до полудня, мы идем и делаем из них фарш. Те, кто уцелеет — убегут. Потом император пришлет драконов. Мы попробуем от них отбиться. Нет, не так — мы от них отобьемся. И начнем новую жизнь. Только вы должны знать — теперь вам нельзя будет вернуться в Империю. Понимаете? Вы долго, очень долго не увидите родителей. А твоему отцу, Хельга, вообще придется туго. Скорее всего, его уволят.

— Пфф! — насмешливо фыркнула Хельга, запрокинув голову, и глядя на меня снизу вверх — Да он уже столько нахапал, что ему наплевать! Обидно, конечно, но жизнь его ничуть не изменится. Так и будет бегать к своей любовнице, а мамочка моя продолжит таскаться с офицерами.

— Ты-то откуда знаешь? — хмыкнула Фелна.

— Да я все знаю, только виду не подаю! — хихикнула девушка — Да мне плевать! У меня своя жизнь, у них своя! Как будто у тебя по-другому. Или у Сони. Я о другом хочу спросить у Кела — какова наша судьба? Вот ты найдешь Леру, а дальше что? Мы как? Я, например, хочу от тебя ребенка! И все мы хотим! И не одного! Или ты не позволишь этого?

Я замер, будто застигнутая котом ящерка — ждал этого разговора, но почему-то думал, что он состоится не так быстро. Типа — вот победим, и…

— Согласно древним законам, которые действуют и сейчас, король Настоящих Людей может иметь одну королеву, десять супруг, и сколько угодно наложниц — раздался со спины голос Елланы. Голос у нее, кстати, тоже немного изменился. Раньше он был глубоким, чуть хрипловатым, а теперь — звонкий, девичий, хотя в нем четко прослеживаются знакомые ноты. Те, кто знал Еллану раньше, точно узнали бы ее голос.

— Все дети короля признаются полноправными наследниками, но главного наследника выбирает сам король — самого умного, самого дельного принца. Так что ваши дети имеют право и возможность стать королем. И твой сын, Соня, и другие дети.

— То есть?! Какой такой сын? — встрепенулась Хельга.

— Ну, она же беременна — усмехнулась Еллана — Разве Соня вам ничего не сказала? А! Вижу, не сказала. Но возможно, что она и сама пока ничего не знает. Но Соня беременна, и у нее будет мальчик. Я знаю. Кстати, Лера тоже беременна, и у нее тоже будет мальчик. Я не хотела это говорить, Лера попросила. Мол, потом скажу мужу, обрадую. Но…вот так получилось.

— Я тоже хочу! — выдохнула Фелна — Я уже думала, что на меня никто не позарится, кому я нужна одноногая? Но теперь! Кел, ты просто обязан сделать мне сына! И дочь!

— А я что?! Последняя, что ли?! Между прочим, это я тебя с ним познакомила! — сердито буркнула Хельга — А ты тут же на него запрыгнула! Это мой мужчина! И сейчас ты снова начинаешь…

— Стоп! — холодно бросила Соня — Опять начинаете?! Это НАШ мужчина! Это наш…муж! И только он будет решать, с кем, и кому! А вы еще передеритесь, чтобы он совсем вас прогнал! Надо же соображать — что и когда делать!

— Еллана…где искать Леру? — спросил я, слегка ошеломленный новостью, которую мне сообщила лекарка. И почему я не заметил, что Сонька беременна? Срок маленький, да, но должен же был заметить! Вот что значит опытная лекарка! Надо будет потом спросить у нее — как она определила. А Сонька мне сразу сделалась еще ближе, роднее, и я непроизвольно сильнее прижал ее к боку. Она поняла, посмотрела мне в глаза, улыбнулась и положила голову на плечо. Хорошо!

— Знамо где…в Хранилище! — вдруг сказала Хранительница, и когда я уставился ей в глаза, отвела взгляд.