Евгений Рудашевский – Глаза смерти (страница 62)
– Твой папа всё рассчитал. Он заблокировал привод – разместил под ним другой сильный магнит! Это всё равно что поставить на руль машины противоугонную распорку, понимаешь? Поэтому глобус раньше не крутился. Да, мы его снимали с подставки, но этого мало. Нужно было поставить глобус в освещённое место, а главное – не торопиться.
Вечером ни о каком солнце не было и речи, поэтому Дима передвинул к глобусу настольную лампу.
Максим, затаившись, ждал.
Прошло около минуты, и – вот оно! – внутренняя сфера сдвинулась. Впрочем, это могло лишь привидеться Максиму – он чересчур настойчиво всматривался в крохотные буквы городов и островов. Однако прошло ещё несколько секунд, и теперь уже не осталось сомнений. Глобус начал вращаться.
– Мир лишился оков, – довольный, прошептал Дима.
– Это, конечно, чудесно, – теперь подсказка отца казалась Максиму до смешного очевидной, – но что это даёт?
– Не торопись. Просто смотри.
Максим, не зная, чего именно ждать, следил за вращающейся сферой. Думал, что в какой-то момент она изменится, хотя и не понимал, как именно это произойдёт.
Прошло несколько минут.
Никаких изменений.
Максим начинал терять терпение.
Придвинул к себе карандашницу. Едва не опрокинул глобус. Вернул ему равновесие. Осмотрел со всех сторон. Наконец сдался:
– И?
– Ничего не замечаешь?
– Ничего.
– Вот и я поначалу не заметил. Но ведь понятно, что мы на правильном пути. Остаётся наблюдать. Посмотри на Уберабу.
– Куда?
– Юго-восток Бразилии.
Максим не стал дожидаться, пока глобус повернётся к нему нужной стороной. Навалившись на стол, отыскал сзади Южную Америку. Следил за ней, пока внутренняя сфера поворачивалась. Никак не мог понять, где тут Убераба, а потом заметил едва различимое красное пятнышко под зелёным цветом страны – кратковременная вспышка. Такая слабая и мимолётная, что без должного внимания её никак не уловить. Это был…
– Светодиод! – Дима хлопнул ладонью по столу. – Видишь?
Теперь Максим нашёл Уберабу. Красным пятнышком был отмечен именно этот город.
– И таких тут девять штук! Я все пересчитал. Сложнее всего было найти море Росса, оно ведь на самом юге, а глобус, как ни поворачивай, всё равно смотрит севером вверх.
– И что это значит?
– Значит, что твой папа вскрыл-таки глобус. Поместил туда как минимум девять светодиодов – самых простеньких, двухмиллиметровых, не больше. И подключил их к солнечным батареям глобуса. Пока сложно сказать, как это всё устроено, нужно смотреть внутри. Но последовательность примерно такая: мы убираем подставку с магнитом, то есть снимаем «противоугонный блокиратор», глобус начинает вращаться, и внутри соединяются контакты, которые на доли секунды обеспечивают светодиоды питанием. Напряжения едва хватает, чтобы они моргнули. Но этого достаточно. Если внимательно смотреть, они заметны.
Максим тем временем нашёл ещё одну красную точку. Под Алеутскими островами.
– А вот что
Дима свернул сайт, по которому они следили за заброшенным домом в Клушино, и открыл вордовский файл, куда выписал все отмеченные на глобусе названия:
Uberaba
Leon
Enewetak
Vostok I.
Aleutian Islands
Olenek
Ross Sea
Irkutsk
Luanda
– Иркутск, – прошептал Максим. – Может, это как-то связано с родителями мамы?
Дальше шёл десяток страниц с тщетными попытками разгадать новый ребус. Дима раскладывал названия по буквам и слогам. Отмечал их на карте, соединял прямыми линиями и линиями с учётом изгиба поверхности Земли. Искал точки пересечения. Выписывал названия стран, их валюту, годы основания городов – собирал всю возможную информацию, но пока ничего не смог добиться. Всего лишь набор из девяти ничем не связанных названий.
– Есть идеи? – с надеждой спросил Дима.
– Пока нет.
– А главное, мы ведь использовали только начало из зашифрованной подсказки. Там ещё много чего. Мир у нас лишился оков, тут всё понятно. А вот «оковы станут ключом» – это как? – Дима с сомнением покрутил в руках каменную подставку из-под глобуса. – Может, это действительно ключ? Тут ведь и магнит свой. Может, он не только блокирует глобус, но и… открывает что-то. Только что? И дальше: «Ты расскажешь о своём путешествии, чтобы узнать мою тайну. А вместо крови прольётся вода». Как это понимать?
Максим не ответил. Зачарованный, смотрел на список из девяти названий. Дима и не догадывался, как близко подошёл к разгадке, а под конец стал искать слишком сложное решение. Максиму хватило одной минуты, чтобы во всём разобраться. Он в ужасе замер. Уже тогда, в квартире Шмелёвых, понял – безропотно и без сопротивления, – какой именно сделает выбор. Не успел ничего обдумать, взвесить, но знал, что не отступится.
Диме ничего не сказал. Более того, предложил ему двигаться в том же направлении – искать пересечения линий, сравнивать координаты отмеченных мест. Пробовать шифровальный ключ или шифр Цезаря. Знал, что всё это уведёт Диму от разгадки.
Отец оставил подсказку именно ему, Максиму. И только он мог довести начатое до конца. Один. А Диме с Аней пришла пора выйти из игры. И не только им. От Кристины тоже предстояло избавиться.
Сейчас, оказавшись с ней в лесу, Максим только утвердился в своём решении. В конце концов отбросил излишнюю осторожность и рассказал Кристине про глобус во всех подробностях, разве что не стал повторять Диминых интонаций и неуместных наводящих вопросов. Всё это уже не имело значения, ведь Максим назвал не те города, что были отмечены на самом деле, к тому же заявил, что их было шесть.
– Вот как, – протянула Кристина. – Значит, ты был прав? Если бы мы сломали глобус, то остались бы без разгадки? А эти шесть названий, они…
Кристина не успела договорить. Опять позвонил Дима. В седьмой раз. Максим уже подумал отключить телефон, но в итоге всё-таки ответил. Жестом попросил Кристину подождать. Приложив телефон к уху, убавил громкость динамика, чтобы она не могла услышать их разговор.
– Ты же в Клушино?
– Да, помню.
– Я по поводу камер.
– Успеем. До зачёта ещё три дня.
– Ты с Кристиной, что ли?
– Точно не знаю.
Максима забавлял такой разговор.
– Снимешь камеры, ладно? Просто открути их. Они там уже разрядились. А то, сам понимаешь, сегодня висят, а завтра уехали. Ищи потом.
– Хорошо.
– И ещё… Знаю, вся эта задумка не удалась, но, Макс… Поверь мне. Пока ничего не говори Кристине, ладно? Про глобус, про наши подозрения. Дай мне время. Ведь ещё можно в хостел зайти. Они там по паспорту регистрируют. Думаешь, сложно подкупить администратора?
– Не переживай, разберёмся.
Максим выключил телефон. Теперь им никто не должен был помешать. Остановился и притянул Кристину к себе. Почувствовал её дыхание на своём подбородке. Она не отстранилась. Стояла рядом и только крепче сжимала его руку.
План с камерами провалился. Никто так и не наведался проверить заброшенный дом. Этого и не потребовалось. Дима сделал своё дело. В ту секунду, когда они увидели подъехавшую «Тойоту», всё изменилось. Да, это была ложная тревога, но тогда Максим впервые смирился с мыслями, которые так долго от себя прятал. На следующий день устроил собственную проверку.
Позвонил маме. Спросил её о Кристине. Выяснилось, что до ночи, когда Кристина приехала к ним с синяком на щеке, мама видела её лет шесть или семь назад. После развода она почти не общалась с Абрамцевым, да и Кристина долгое время жила в Туле.
Максим восстановил события той ночи и с сожалением признал, до чего нелепо всё вышло. Ведь он первый зашёл в дом, сказал маме, кого именно привёл. Если бы Кристина зашла без предупреждения, мама бы её не узнала. А так поверила Максиму. Семь лет – большой срок.
На этом Максим не остановился. По экзаменационным спискам на сайте Строгановки узнал, в какой группе учится Абрамцева Кристина Дмитриевна. Заодно увидел, что она не допущена к экзаменам. Позвонил в деканат. Сказал, что звонит по поручению её мамы, которая не может дозвониться до дочери и тревожится за неё. В деканате сказали, что Кристина с середины апреля не ходит на занятия, что с её отцом безуспешно пытались связаться и уже обратились в полицию. Не дожидаясь вопросов, Максим положил трубку.
Значит, настоящая Кристина пропала примерно в то время, когда
– Где теперь глобус? – Кристина вырвала Максима из задумчивости.