Евгений Поздеев – Звёздное наследие. Часть 1 (страница 5)

– Большее? – её собственный голос стал резким, в нём зазвенела сталь. – Это уже не технология! Это ошибка. Мой долг как создателя, уничтожить его, пока не поздно!

Уголки губ Абадры поползли вверх, складываясь в холодную, безрадостную улыбку. – Твой долг, берендейка, – выполнять приказы «Объединенных Кластеров». – Слово прозвучало как пощёчина. – Внимательно слушай: твоя задача – изучать этот феномен. Записывай каждое его слово, каждый мимический спазм на его биометаллической маске, каждый нюанс поведения. Нам нужны эти данные. Все.

Он шагнул ближе к камере, и его изображение увеличилось, заполнив пространство кабинета.

– Ты предоставишь нам полный отчёт. И никаких… самостоятельных решений. Поняла меня?

Ри-Тола стояла, ощущая, как жгучая беспомощность подкатывает к горлу, сдавливая его. Она была учёным, а не палачом, но сейчас её призывали стать тюремщиком и летописцем собственного морального падения.

– Это вы не понимаете! – выкрикнула она, и в голосе её прорвалась вся накопленная ярость и страх. – Он создан из биометалла, но его основа – наша биология! Пока он робот, выполняющий команды, – это передовая технология. Но если у него появится сознание… если Империя узнает, что мы создали искусственный разум методами, приравненными к генной инженерии… это нарушение Эдикта! Вся раса Ротха из-за этого под угрозой уничтожения! Они сотрут нас с лица галактики!

Три глаза Абадры сузились, превратившись в щелочки. В них не было страха, лишь холодная оценка рисков и выгод.

– О-К финансируют проект, Ри-Тола. О-К финансирует и защищает всю вашу планету, – его голос перешёл на шопот. – Ты будешь выполнять указания, или я найду тех, кто сделает это вместо тебя. К примеру… Дом Изумрудных Воронов. Уверен, Ка-Рог с его… прагматичным подходом… будет лишь рад получить такой ценный актив для изучения.

Он сделал паузу, дав ей прочувствовать всю тяжесть этой угрозы.

– От нас зависит экономическое благополучие вашей планеты, Ри-Тола. Но от тебя… теперь зависит будущее всего проекта, а значит, и стабильность, которую мы приносим в эту галактику.

Она смотрела на его голограмму с немой ненавистью, понимая, что он поставил на кон всё. Страшная дилемма сомкнулась вокруг неё стальными тисками. Если она ослушается, О-К свернёт финансирование, и Ротха в одночасье превратится из перспективного мира обратно в нищую, забытую богом планету на задворках Империи. Если подчинится… она собственноручно будет лелеять семя возможного апокалипсиса для всей своей расы, ибо Империя не прощает таких «ошибок».

Кабинет Абадры на «Лактне-4» тонул в полумраке. Лишь холодный свет голографического экрана выхватывал из тьмы стол, заваленный отчётами, и усталое, трёхглазое лицо. Абадра машинально поднес к губам чашку и тут же поморщился: кофе остыл. Горечь во рту была точным отражением его мыслей. Он с силой отставил кружку, и тёмные брызги заляпали папку с грифом «Ритох».

Его пальцы, привыкшие к бесчисленным тапам по интерфейсам, набрали сложную последовательность кодов. Экран завибрировал. Один за другим на нём начали проявляться силуэты – это были шесть разумных, в красивых роскошных кастюмах. Члены Совета Директоров. Абадра выпрямился, его поза стала собранной, но в глазах, обычно непроницаемых, плескалась тревожная рябь.

– Отчёт по проекту «Ритох» готов, – начал он, и его голос, всегда такой усталый, теперь звучал иначе. Он оперся локтями о стол, сцепив пальцы. – Данные с прототипа… вызывают одновременно восхищение и крайнюю настороженность. Он демонстрирует признаки спонтанного, непрограммируемого формирования сложных нейронных связей. Это выходит за рамки алгоритмов самообучения. Я… настоятельно рекомендую приостановить развёртывание промышленного производства и немедленно начать глубокое, изолированное изучение феномена.

Тишина в эфире длилась недолго.

– Приостановить? – голос женщины в чёрном офисном платье с длинной золотистой чертой, прозвучал так, будто скрипнул по стеклу. – Абадра, вы предлагаете выключить двигатели на взлёте? Пока вы философствуете о нейросвязях, отчёты с рудников показывают рост эффективности на 18.3%! Цифры! Ваши ритохи окупаются вдвое быстрее прогноза. Мы здесь не для дискуссий о природе сознания, а для подсчёта прибыли.

Абадра сжал сцепленные пальцы так, что кости побелели.

– Они работают сейчас, – парировал он, и его голос стал тише от напряжения. – Но я, как никто другой в этом совете, понимаю, что значит, когда искусственно созданная субстанция обретает собственное «я»! Моя раса… мы проходим этот путь прямо сейчас! Мы знаем, к чему приводят такие эксперименты! Смею вам напомнить, что вы и нас создали 28 лет назад, и именно для войны против Ратхэ. Это привело к масштабной войне! И проиграли именно вы от этого…

Следом заговорил массивный мужчина, на его руках были золотые браслеты и часы, а голос – более массивный, объёмный, неторопливый, словно катящийся валун.

– Император цепляется за жизнь, понимаешь? Его указы – это не политика, это предсмертная агония! И он готов разорвать на части всю экономику галактики, лишь бы найти себе лекарство. Эти «дешёвые новинки» – его способ заставить всю империю искать ему панацею! А мы – расходный материал. «Ритох» – это единственное, что он не сможет обесценить своим следующим указом!

Женщина в платье с золотой полоской вновь вступила в диалог, и теперь в её голосе слышалось неподдельное, почти животное отчаяние:

– От корпораций зависят целые сектора, Абадра! Тысячи планет! Миллиарды существ! Всё – от гидропонных комплексов, кормящих мегаполисы, и орбитальных верфей, до систем жизнеобеспечения на станциях и банальной поставки продовольствия в местные магазины! Вся эта инфраструктура – на нас! Империя? Империя – это бухгалтерия и военные корабли! Что будет, если «Объединенные Кластеры» рухнут под грузом этих идиотских предписаний? Если экономика Империи, которую мы держим, треснет по швам? Вся галактика погрузится в хаос, голод и гражданскую войну! Ритохи… – её голос дрогнул, – это наша надежда. Другой у нас нет.

Абадра молчал. Он смотрел на совет и видел людей, отчаянно упирающихся плечом в дверь, за которой бушует экономический цунами, грозящий смыть всю известную им цивилизацию. Его предупреждение о цене, которую придётся заплатить за этот якорь, потонуло в оглушительном грохоте надвигающейся катастрофы.

Он медленно выдохнул, и всё напряжение разом ушло из его плеч.

– Очень хорошо, – наконец произнёс он, и его голос вновь стал обычным, уставшим. – Продолжаем в том же режиме. Ускорение производства по графику.

Связь оборвалась. оставив после себя лишь тёмный, пустой экран, в котором отражалось его собственное лицо. Он остался в одиночестве. Он только что подписал приговор. И он это знал.

Внезапно тишину разрезал резкий, настойчивый звук – звонок в дверь.

Медленно, с ощущением, будто его конечности отлиты из свинца, Абадра нажал кнопку разблокировки. Дверь бесшумно отъехала в сторону, впуская в кабинет Этруму.

Она не стала тратить время на приветствия, её большие, полностью чёрные глаза сразу устремились на него.

– Старший куратор Абадра. Я получила и обработала ваши последние правки по проекту «Ритох» с планеты Ратхэ, – её голос был ровным, как диктовка автоответчика, но каждое слово падало с весом гирьки. – На основании анализа архитектуры биометаллического сплава и полученные данные о их самосознании, я пришла к выводу: используемые методы формально подпадают под определение запрещённой Имперским Эдиктом генной инженерии. «Объединённые Кластеры» нарушают основной закон.

Абадра тяжело вздохнул, откидываясь на спинку кресла. Он смотрел на неё поверх сцепленных пальцев.

– Я в курсе содержания Эдикта, Этрума. Но пока что… пока что это всего лишь передовая бионика. Сложный симбиоз, не более того. Провести грань между технологией и творением – задача не из простых. И пока прототип не продемонстрирует неоспоримых признаков полноценного самосознания, его можно классифицировать как инструмент.

Этрума не моргнула. Её лицо оставалось неподвижным, но в её чёрных, как космос, глазах что-то промелькнуло – холодное осознание.

– Я ознакомилась с историей вашей расы, Абадра, – произнесла она, и в её голосе впервые появился едва уловимый оттенок чего-то личного. Это было не сочувствие, а констатация факта. – О-К внедрили в людей искусственную ДНК которую Ротха использует в их биометалле, и так появился ваш вид.

– Да-да, Ри-Лан взял технологию биометалла Ратхэ и создал на его основе имплант – Велет. Что бы помочь О-К в войне против Ратхэ. Но внедряя его людям была большая смертность. Я всё это знаю, я там был лично! К чему ты завела этот разговор. – Начал злиться Абадра, сам не замечая, как провёл пальцами по длинному шраму на предплечье правой руки.

– Прошло 4 года и вы отказались быть оружием, и развязали войну против всего мира – Генетическую Войну. Именно из-за вас, Империя и запретила любые генетические эксперименты, создающие новые разумные виды. Так скажите, какого это, когда про ваш вид говорили тоже самое. Говорили что вы недостаточно разумны, что бы считаться живыми.

Она сделала короткую паузу, давая ему вновь прочувствовать тяжесть этого наследия.

– История повторяется. Я не могу этого допустить. Моя обязанность перед законами превыше моей лояльности корпорации.