Евгений Поздеев – Некромант в городе ядов (страница 2)

– Личём, дорогая, личём. И да, мечтаю, – кивнул я. – Пока всё получается. В теории. На практике… боюсь ставить опыты на себе. Последний раз, когда я попробовал один рецепт на призраке почтового курьера, он материализовался, но вся его нижняя половина оказалась из зефира. Пришлось откупаться маршмеллоу.

Она фыркнула.

– Да уж, помню. Ты тогда ко мне прибегал, просил спасти от сладкоежек. Кстати, раз уж ты тут… Есть для тебя одно маленькое задание. Если интересно.

Я насторожился. «Маленькие задания» от Лиры обычно заканчивались тем, что у меня на спине вырастала вторая голова, которую нужно было кормить и с которой постоянно приходилось спорить.

– Спасибо, но нет, – сказал я, отступая на шаг. – Я больше не пробую твои «эксперименты». Та голова на спине постоянно критиковала мой вкус в одежде. Очень неудобно.

– Успокойся, на этот раз ничего такого, – она махнула рукой, словно отмахиваясь от назойливой мухи. – Мне нужно, чтобы ты кого-то воскресил. Ненадолго. Мне от него информация нужна.

Я прищурился. Воскрешение – моя стезя. Грязная, пахнущая формалином, но стезя. И предложение звучало… выгодно. И опасно. Но в основном выгодно.

– Информация? – переспросил я, чувствуя, как в душе просыпается азарт. – Что ж, с мертвыми поговорить я всегда рад. У них, как правило, меньше претензий. Ладно. Веди.

Лира кивнула и, не говоря больше ни слова, развернулась и поплыла вглубь таверны. Я последовал за ней, чувствуя себя мальчиком на побегушках у богини возмездия с ангельским личиком.

– Воскреси кого-то», говорит. «Информация нужна». Кого, интересно? Заблудшего путешественника? Конкурента? – Моё воображение с удовольствием рисовало мрачные картины.

Мы спустились по узкой деревянной лестнице в подвал. Он оказался на удивление просторным. Прямо у лестницы, уходя под потолок, громоздились аккуратные коробки и бочки с выпивкой – видимо, основной источник дохода заведения. Мы миновали это алкогольное хранилище, и я оказался в месте, которое ощутимо потеснило мой сарай в рейтинге «Самых жутких уголков города».

Это была её лаборатория. Длинные столы, заставленные колбами и ретортами, в некоторых из которых тихо булькали жидкости всех цветов радуги, и не только. Стеллажи ломились от банок с реагентами, свитков и толстых фолиантов с подозрительными пятнами на обложках. Повсюду стояли горшки с растениями – от безобидных папоротников до хищных цветков с зубастыми венчиками, которые щёлкали в мою сторону.

– Ох, знакомый антураж. Только у меня пахнет смертью и пылью, а тут – смертью и жасмином. Разница ощутима.

Но и это был не конец. Лира провела меня дальше, за стеллажи с аккуратно расставленными склянками, подписанными её изящным почерком: «Растворитель гордости», «Эликсир мгновенного раскаяния», «Противоядие (только для тех, кто действительно раскаялся)».

И вот мы у цели. В углу, на голом каменном полу, лежала небольшая куча из тридцати бездыханных крысиных тел.

– Вот! – с неприкрытым раздражением указала Лира на этот печальный «клад». – Они у меня украли Небесный камень! Я так разозлилась, что потравила их всех разом, а как камень возвращать – не подумала.

Я смотрел на кучу мёртвых грызунов, потом на неё.

– Лира, ты же в курсе, что они… не особо разумны? – осторожно заметил я. – Даже живыми. В лучшем случае они помнят, где самая вкусная помойка.

Она сладко улыбнулась, и в её глазах вспыхнули знакомые стальные искорки.

– Это не проблема. Если сам не поймёшь их лепет, я тебя в крысу превращу. У меня там на полке есть парочка проверенных вариантов. Наладите контакт. Станешь первой в истории крысой-некромантом. Будет о чём потом мемуары написать.

– Вот чёрт. Она не шутит.

– Нет-нет! – поспешно сказал я, поднимая руки в умиротворяющем жесте. – Проблем не будет! Я просто… вежливо попрошу их принести всё, что они у тебя украли. Без всяких метаморфоз.

Она скрестила руки на груди, давая понять, что наблюдает. Я вздохнул и сосредоточился. Кончики пальцев моих рук заструились зелёноватой дымкой – холодной, неживой энергией некромантии. Я протянул руки над крысиным братским кладбищем, и дымка окутала тельца.

Мгновение спустя куча зашевелилась. Одна за другой, крысы поднимались на лапки. Их глазницы пусто светились красным светом. Они тихо попискивали, поводя головами. Десятки пар крошечных пустых глазниц уставились на меня. Я капнул каплю крови, и их глазницы стали светиться тем же тускло-зелёным светом, что и дымка на моих пальцах. Значит, контракт заключён.

– Ладно, малыши, давайте без сюрпризов. Просто сделайте, что вам говорят.

– Внимание, воинство! – провозгласил я, стараясь звучать максимально авторитетно. – Принесите сюда всё, что вы… э-э-э… позаимствовали у этой прекрасной леди! Всё, что блестит, всё, что не прибито, и особенно один круглый камень! Быстро!

Зомби-крысы на мгновение замерли, обрабатывая приказ, а затем разбежались во все стороны. Послышался шорох, возня и звук падающих крошек. Через пару минут они начали возвращаться.

Первая притащила наполовину съеденное, заплесневелое яблоко и с гордым видом положила его к ногам Лиры. Вторая уронила дохлого таракана. Третья – обломок какой-то кости.

– Великолепно. Просто сокровища.

Но тут несколько более крупных крыс, работая сообща, прикатили из какой-то щели довольно большой, идеально круглый камень. Он был размером с мою голову и местами явно был погрызен – видимо, на зубок пробовали.

Лира тут же забыла про меня. Она стремительно наклонилась, схватила камень и прижала к груди.

– Да! Это он!

Затем её взгляд упал на одного из «добытчиков», который с надеждой смотрел на неё. Она ловко достала из складок платья маленький пузырёк и капнула на зомби-грызуна одной каплей прозрачной жидкости. Тот затрепыхался, зелёный свет в его глазах погас, и он рухнул замертво, вторично и, похоже, окончательно.

– Выход сам найдёшь, – бросила она мне через плечо и, не оборачиваясь, пошла к своему рабочему столу, унося свою драгоценную добычу.

Я остался стоять среди её зоопарка и лаборатории, в окружении стаи послушных мертвых крыс.

– Что ж, работа сделана. И меня не превратили в грызуна. Сегодняшний день можно считать удачным.

Мертвецы, после заключённого контракта, не требовали постоянной подпитки маной после создания – в этом был их плюс. Разрывать контракт и отправлять их обратно в небытие было… расточительно. Они могли пригодиться.

– Ладно, полк, слушайте приказ! – скомандовал я своей миниатюрной армии. – Марш в мой сарай! Образовать живую… то есть, мёртвую цепь у задней стены и не двигаться, пока я не вернусь!

Крысы, послушно пискнув, стройными рядами ринулись к лестнице. Я последовал за ними, чувствуя странную гордость. Пусть мой «исследовательский центр» теперь будет пахнуть ещё и крысиным трупьём, зато у меня появился собственный отряд. Пусть и очень, очень маленький.

Выбравшись на свежий воздух, я глубоко вдохнул. Солнце уже клонилось к закату. Самое время проверить, доставил ли Генрих мой заказ.

Дорога до моего сарая заняла всего пару минут. Мечты о дисциплинированной армии разбились о реальность. Прямо у двери, в неестественной позе, лежал бедолага-курьер. Рядом с ним суетились мои «помощники», явно гордые собой.

– Вот отлично. Прекрасно. Только этого не хватало. Настоящий некромант, повелитель смерти, а его курьеров грызут мертвые крысы. Надо будет приделать им намордники. Или отправить на курсы этикета.

Я подошел, осторожно перешагнув через одного особенно усердного крысёнка. Сумка с заказом лежала рядом, чуть помятая, но целая. Я поднял ее, заглянул внутрь и ощутил прилив чистой, незамутненной радости. Все на месте! Корни, шкурки, кости… и, что самое главное, десять кристаллов с трепещущими внутри них душ. Наконец-то!

Я отворил дверь сарая, зашёл внутрь, поставил сумку на единственный свободный угол стола, а затем, тяжело вздохнул. – Погодите-ка, а что с доставщиком? Генрих будет недоволен, если его персонал начнет пропадать в моих владениях. – Вернулся к курьеру. Присел на корточки, приложил пальцы к его шее. Пульс был! Слабый, но явный.

– Ну, слава всем тёмным и светлым силам. Убийство курьера – это уже перебор, даже для меня. Но и оставлять его тут нельзя.

Я обернулся к своей стае, которая с любопытством наблюдала за мной.

– Эй, вы, виновники торжества! – крикнул я. – Возьмите этого джентльмена и аккуратно, слышите, аккуратно, оттащите его к задней двери таверны Лиры. Бросьте там и немедленно ретируйтесь. Она найдет ему… применение.

Крысы, послушно запищав, облепили бесчувственное тело и, к моему удивлению, довольно ловко потащили его в указанном направлении. Я с облегчением вернулся в сарай, захлопнув дверь.

Мой «исследовательский центр» встретил меня знакомым хаосом. Крохотная кровать, на которой я спал калачиком, и несколько полок, заваленные костями, банками с органикой, свитками и пылью.

Я с благоговением выложил покупки на главный стол, отодвинув в сторону чей-то череп. Сердце колотилось от предвкушения. Затем достал один из самых потрёпанных свитков из пространственного кольца – тот самый, с рецептом обретения личевства. Древний язык был для меня загадкой; я расшифровал от силы три слова: «кости», «мандрагора» и что-то, очень похожее на «смерть». Всё остальное было ребусом, который я пытался решить, тыкаясь носом в темноте.