Евгений Поляков – Жребий (страница 3)

С волнующим чувством он ступил на перрон. Пассажиры, точно муравьи, знающие свои дорожки и цели, быстро растеклись от вагонов, у которых он остался один. Друг встречать не пришёл. Прождав час в условленном месте, позвонил, трубка добросовестно передавала сигнал вызова, но ему не отвечали. Выход напрашивался один: погулять по улицам невольным туристом, периодически названивая до отхода последней электрички.

Любой провинциальный город в те годы и летом не соперничал развлечениями с Диснейлендом, а уж осенью и зимой подавно. Добросовестно выхаживая время сквозь падающий пушистый снег, он услышал знакомые ритмы «БОНИ М», те самые, когда пластался у общаги. Звуки неслись из здания напротив. Появилась естественная мысль: не плохо бы провести оставшиеся два часа в тепле, с танцующими девчатами, а последний звонок сделать с вокзала. Решено. В небольшой сумке были гостинцы, как и положено, если вы отправляетесь в гости, но истинное имя им было – дефициты: индийский чай со слоном и растворимый кофе, о существовании которого многие граждане страны и не подозревали. Любая вахтёрша не только бы пропустила, но и донесла бы на руках, куда вам надо, при виде того, что было доступно лишь блатным. Не тем блатным с косой чёлкой на глазах, золотой фиксой во рту и финкой за голенищем сапога, а тем, кто имел доступ к распределителям, подсобкам магазинов, торговым базам, имели знакомство, власть в особом мире под названием Советская торговля. Заинтересовавшиеся найдут ответы в повести «Змеелов» или одноимённом фильме. К нашему парню это не имело отношения, заполярье снабжалось на уровне Москвы.

Забыл пояснить. На танцы, устраиваемые в школах, институтах, ПТУ и так далее, чужаков пускали неохотно. Само мероприятие являлось пыткой и головной болью для преподавателей. Расстояние между партнёрами в медленных танцах год от года катастрофически стремилось к нулю, причём сильно сжатому, а быстрые танцы воплощали откровенное падение нравов и походили на ритуальные пляски людоедов. Ко всему, парни, разгорячённые афродизиаками (бутылка за 1р.47коп.), частенько бились за прекрасных дам и по поводу: рожа мне твоя не понравилась! А ещё, по укромным местам, ужас какой! за всеми не уследишь, целовались влюблённые парочки и не очень. Как там, у Овсиенко: «Может я смелая очень, что разрешила себя поцеловать?». Бедные наши учителя, воспитанные на вальсе и фокстроте, сколько же вы натерпелись, низкий вам поклон. Смирившись с рамками поведения и желаний, соответствующих возрасту, я не пробираюсь по водосточным трубам на танцы в школах и мне интересно: сохранилась ли уступка феминисткам белый танец? – когда приглашают дамы. В руках умненькой девочки он серьёзное оружие. Можно достаточно больно настучать по самолюбию парня, отомстить подруге, подать сигнал и надежду на романтические отношения. Надо признаться, случалось и девчата из-за парней бились, но значительно свирепее и беспощаднее (свойственная женщинам от природы моногамия жалости к сопернице не имеет изначально). Не пользоваться мне инетом, если вру, доподлинно известно, да что известно, лично знал, одна дивчина ходила на танцы с солдатским ремнём. Знаете, какая у него бляха? Ну, она этим ремнём и орудовала, если конкурентка пыталась позаимствовать её дружка на танец. За любовь надо бороться, особенно, если мужиков на всех катастрофически не хватает.

Когда едешь по трассе, на скалах, обратных сторонах аншлагов, дорожных знаков, читаешь страстные обращения к возлюбленным: «Оленька, я люблю тебя!», «Ленка! О, дождись меня!», «Ты ещё не свидетель Иеговы? Тог…», это не наше, дальше «Галя! Ты – солнце моё!» и т. д. в том же духе. Значит, есть она любовь! Главное в мире остаётся неизменным. Меняется количество макияжа, одежда, дозы силикона в ответственных местах, появляется пирсинг на пупке, татушки на соблазнительных зонах, а человек, по сути, остаётся прежним.

Пока наслаждались воспоминаниями наш герой, сделав шаг в сторону манящих звуков, остановился. Периферийным зрением он засёк в тени ларька движение некрупного объекта. В свете фонаря объект был определён как чёрный кот. Вид у него был без претензии на образ популярнейшего героя суеверий. Заурядный бродячий котишка со своими проблемами, которые будут решены в мусорных баках на задворках института. И всё же мутное волнение тронуло грудь, парень, до сего момента считавший атавизмами приметы любого толка, попятился назад. От неожиданного толчка в ногу он едва не упал – огромный пёс, боднув его боком, пронёсся на перехват кота. Котяра, просчитав со скоростью ЭВМ: забег на длинные дистанции сегодня не его конёк, рванул назад, исчезнув за чугунной решёткой парка. Пёс без сожаления и нервного лая: ушёл сукин кот! обнюхав литые завитушки ограды, задрал ногу, побрызгал на столб. Посмотрев на парня, словно говорил: «Делай как я на это дело – и вперёд!», потрусил на противоположную сторону улицы. Волнение ушло, в ушах зазвучали бодрые строчки песенки из фильма «Дети капитана Гранта»:

Кто весел – тот смеётся,

Кто хочет – тот добьётся,

Кто ищет – тот всегда найдёт!

Не последовав призыву участливого барбоса совершить ритуальное омовение столба, он твёрдым шагом пересёк улицу.

Поднимаясь по ступеням к вратам временного рая, встретил двух запоздавших студенток. Рассказав им коротко свою историю, растрогал отзывчивые девичьи сердца. Его предложение: подкупить вахтёршу девчата отвергли, зная её преданность инструкции: чужих не пускать! Пожарную лестницу, брезентовый шланг из окна третьего этажа отмели, оставив пошлую экзотику для неспособных достичь цели легальным способом. Одна из девчат предложила простое, верное решение: «В общежитии я не живу, у вахтёров информация о моей личной жизни весьма скудная, поэтому сработает легенда: ты мой жених, приехавший с Севера».

Умница! Навряд ли стражу ворот в мир удовольствий придёт в голову мысль, что человек, отслуживший в Армии… Простите, здесь архинеобходимо сделать отступление.

В те годы Армия имела незыблемый авторитет. Отслуживший парень воспринимался взрослым, серьёзным человеком, на которого можно положиться, поручить ответственное дело. Считалось: любому оболтусу служба в рядах СА вправит мозги, сделает дисциплинированным. На ребят, не попавших на военную службу, девчата смотрели косо, подозревая скрытую ущербность. Откосить от армии большинству в голову не приходило. Конечно, имелся небольшой процент лжепацифистов, но с такими не рассусоливали, могли и отметочку в паспорт влепить: уклонялся от выполнения воинской службы или ещё не слаще: недееспособный, а это крест на полноценности как гражданина. Такие были времена.

Несомненно, у вахтёрши, проводившей осенью сына в армию, наш герой не мог вызвать подозрение. Это вам не студентик, не нюхавший пороха, или оболтус с улицы, хлебнувший дешёвого вина, рвущийся на танцы потискать девчонок или подраться для куража. Легенда вынужденного лазутчика сработала безотказно. Слава женскому изворотливому уму! Воспользовавшись полноправно гардеробом и получив номерок, он степенно, как и подобает будущему мужу, поднялся с фиктивной невестой в манящий гулом молодых голосов и музыкой зал. Рассыпавшись благодарностями, за дверями он расстался со своими благодетельницами.

Ведущий сделал небольшой перерыв. По правилам боевого построения девчата и парни табунились у противоположных стен. Местами наблюдалась слабая диффузия противостоящих сторон на флангах, обусловленная неразлучными парочками. Глаза невольно спотыкались и задерживались на представительницах цветника, бушующего красотой молодости. Но целенаправленно искать здесь суженую парень не собирался. Ещё в больнице, когда впечатления стали терять яркость, его материалистическое мышление, оправив пёрышки помятые таинственным голосом, почти убедило его, – На грани между жизнью и смертью люди и не такое слышат. – Он возразил, – Надежда Фёдоровна с её медицинским опытом и знанием предмета могла в прах разнести претензии моего бреда на мистику, и всё же душой она приняла пророчество. – Чудак, душа-то женская, суеверия, вера в чудеса, романтика накрепко прописаны в ней, будь она хоть лифтёрши, хоть профессорши. – Спорить он не стал, только засыпая, губами, поехавшими в улыбку, прошептал,– А хорошо бы её найти. – Проснулся он с чувством, словно долго ждал праздник и вот сегодня, сейчас он придёт. Вчерашний короткий диспут вылетел из головы. Вспомнив разговор с Надеждой Фёдоровной, он засмеялся, – Ох, Вы шутница: Иваново, деревни и сёла. Ха-ха-ха! И в женские бани соваться не советуете? Дорогая моя Надежда, я понял: искать не надо, наша встреча будет такой же неожиданной, как голос в тамбуре и там, где её совсем не ожидаешь. – С такой, как сказал бы Кашпировский, установкой он без замирания сердца: а вдруг? скользил взглядом по девичьим лицам. Пройдясь ещё раз, похвалил себя, – Ты правильно думал: чтобы встретить свою единственную, достаточно найти место, где много девушек – слишком просто. Да! слишком просто. – Он уже прицеливался, какую из девчат пригласить на медляк, но сердце без объяснений вновь погнало его по кругу. На память он не жаловался и, подчинившись капризу внутреннего голоса, видя те же лица, ворчал, – Вот девушка у колонны по-прежнему оживлённо разговаривает с подругой. – Это было первым и последним примером его хорошей памяти. Брюзжание резко оборвалось, он безотчётно задержал на ней взгляд, она почувствовала, повернула голову, их глаза встретились. Он резко остановился, точно в стену упёрся. Сердце рванулось, замерло на мгновение, забилось, наполняя грудь тёплым томительным чувством. Видимо тоже происходило с девушкой: её лицо порозовело, она не слышала, не замечала, как подруга треплет за плечо, удивлённо повторяя, – Светка, Светка, ты куда улетела? – Проследив её взгляд и увидев парня в похожем состоянии, с глупейшей улыбкой на лице, чуть отойдя, заинтересованно стала ждать развития событий.