Евгений Покинтелица – Путь к бессмертию 3 (страница 35)

Поспешно развернув свёрток, юноша приступил к чтению содержимого.

«Я заново переписываю это письмо уже в десятый раз. Даже и не подумала бы, что руки будут так сильно дрожать, ведь во время работы над инструментами я была недвижима, словно камень. Ну да будет обо мне. Здравствуй, Ясно Солнышко. Хотя я могла бы назвать тебя по имени, ведь его в этом мире никто не помнит. Но мне так нравится.»

Сердце вновь застучало до шума в ушах. После их восхождения на престол Империи Малина любила шутливо звать его «Ясно Солнышко, озаряющее весь континент.» Это не могло быть совпадением. Автором строк, что он сейчас читает, определённо являлась она.

«Наш общий знакомый сделал мне предложение, от которого я никогда не стала бы отказываться. Но после сыграл со мной злую шутку, поместив туда, где мне никак не удастся тебя увидеть по своей воле. Да ещё на десятилетия раньше, чем ты переродился. Хотя, может, в том и был план, ведь только так я смогу оказать тебе наибольшую помощь. Но для этого и тебе самому придётся потрудиться.»

Мирослав несколько раз перечитал этот участок текста, чувствуя, как внутри бурлит клубок из противоречивых чувств.

«Триглав… А ты тот ещё интриган, не хуже Змея. Не просто так ведь выбрал именно это время для моего перерождения. Значит, и Малину использовал так, как посчитал наиболее практичным? Даже и не знаю, благодарить тебя за то, что смогу снова её увидеть или желать открутить все три твоих головы за то, как цинично ты к этому подошёл? Наверное, всего понемногу.»

Юноша тяжёло вздохнул и продолжил чтение.

«Род, к которому я принадлежу, был в тяжёлом положении, и лишь сейчас мы понемногу начинаем отвоёвывать влияние. Так что веса в Совете у меня недостаточно, чтобы продавить возможность организовать нашу встречу без лишних формальностей. Более того — эти старые гадины меня вынудили согласиться на условия, которые по их мнению невыполнимы. Ведь турнир этого года станет особенно тяжёлым для всех участников. Не могу объяснить кратко, ведь в наше время подобных практик не существовало. Подробная же история попросту не влезет в этот маленький тайничок. Просто знай — будь осторожен и бдителен. Команда, которую отправит Подгорный Союз, отличается от хвостатых богатырей, что ты мог встречать на поверхности. Они особенные даже по меркам лучших ваших воинов.»

Глава 23

Возвращение в Бориславль

Мирослав задумчиво хмыкнул. Второй раз он слышит о необычайной силе тех, кого Подгорный Союз отправит на турнир. И уж Малина-то точно не стала бы беспокоиться зазря. Так что с ними придётся быть особо бдительным.

«Я верю, что ты сможешь превзойти всех в этом мире. Но в сражениях на турнире нужна команда. Надеюсь, что случившееся в ТОТ ДЕНЬ… Надеюсь, что это не уничтожило твою веру в людей, и тебе удастся найти тех, с кем ты сможешь сражаться плечом к плечу. И коли уж о том зашла речь… Клянусь своей душой — я к тому, что случилось, не причастна…»

Чернила частично смазались на этой части текста, словно бы их окропили водой.

'Опять испортила письмо… Но просто должна была это сказать, ведь ты погиб практически мгновенно и имеешь право подозревать каждого из нас… Ладно, надеюсь, ты простишь мою неаккуратность. Кажется, что я никогда не смогу вспомнить о тех событиях без слёз. Так что красивого письма не получится.

Ну да довольно обо мне. Жаль, обратное письмо передать не выйдет. Так что буду ждать встречи. Надеюсь, что инструменты, которые я отправила, тебе пригодятся. В том же, что ты достигнешь победы на турнире, и мы вскоре встретимся, даже не сомневаюсь.

Одолей всех, Ясно Солнышко.

Твоя — Малинка.'

Мирослав уткнулся лицом в стол. Горло стиснули стальные тиски, а сердце ныло так, словно в него воткнули рыболовный крючок и пытаются вытащить наружу.

«Она здесь… Она правда здесь… Я не ошибся…»

Юношу одолевала целая смесь чувств. Радость от того, что сможет вновь увидеть Малину. Горечь от того, что она ожидает, что он станет её подозревать в причастности к своему убийству, а ещё больше от того, что он и подозревал. Гнев на Триглава, который обставил всё так, чтобы исполнились его планы вне зависимости от того, чего это будет стоить исполнителям.

«И хуже всего то, что я до сих пор не уверен, что точно могу её вычеркнуть из списка потенциальных убийц… О том, что произошло тогда на горе, почти ничего не удаётся вспомнить. То, что Малина погибла ещё ничего не доказывает. Ведь как именно это случилось неизвестно. В конце концов, я был уверен в каждом из них, и вот во что это вылилось. Да, Малина вышла на связь и решила помочь, но потому ли это, что она невиновна и мы всё ещё друзья, или из-за договорённости с Триглавом? Даже думать о таком противно… Но вместе с тем, пока не посмотрю ей в глаза, не смогу быть уверен окончательно. Ох… Почему всё должно быть так? Где я тогда ошибся?»

Мирослав стиснул кулаки до белизны, борясь с бессмысленным гневом на себя, друзей, богов и весь мир. И вдруг он ощутил, как устанавливается связь, и мелодичный голос Юды принимается напевать в его голове.

Злато с самоцветами в кошеле моём,

Да нету товарищей, чтоб быть радым в том.

Гремит имя славою, всем тут мил мой лик,

Да на сердце тошно, не рад я ни на миг.

Все здесь лишь знакомцы мне.

Привет да будь здоров.

А кто другой и вовсе так.

Готов вмиг стать врагом.

Одиноко дубочку во поле расти.

Тоскливо молодцу одному брести.

Тянется дубочек да к лесу ветвями.

Сердце моё тянется к временам с друзьями.

Ой сковать бы душеньку.

Панцирем сокрыть.

Чтоб не страдать сердеченьку.

С тоски волком не выть.

Да сияет солнышком,

Вольная душа.

Воспаряет соколом,

В сини небеса.

Одиноко дубочку во поле расти.

Тоскливо молодцу одному брести.

Тянется дубочек да к лесу ветвями.

Сердце моё тянется к временам с друзьями.

Исподволь кулаки Мирослава разжались и он печально улыбнулся.

' — А эта была прямо про меня…'

' — Так ведь она и есть про тебя.'

' — У тебя определённо талант. Спасибо, Юда. Немного легче на сердце стало.'

' — Рада служить, хозяин! Когда навестишь нас с Сереньким?'

' — Мне нужно в Бориславль. Как освободится время, так сразу к вам.'

«- Уууу. Лаааадно.»

Мирослав пополнил запасы и через пару дней покинул Китеж. Первым делом по прибытии в Бориславль он отправился в академию.

— О, Дарён, а ты разве не помер? — удивлённо вздёрнул брови привратник Федот.

— Твоими надеждами уцелел, — усмехнулся Мирослав и распахнул калитку во вратах, после чего отправился к административному зданию.

— Дарён! Поганец этакий! — тут же вскочил на ноги ректор с беззлобным ворчанием, — Ни стыда ни совести! Почему не явился отчитаться, что жив-здоров? Почему до меня от третьих лиц информация о твоих подвигах доходит? Совсем никакого уважения к старшим!

— Приношу свои искренние извинения, господин ректор, — улыбнулся Мирослав, — Но по сути я лишь выполнял ваши указания.

— Это ещё какие?

— Долг богатыря — защищать людей. Немало жизней спасено было благодаря тому, что я первым делом в Китеж отправился.

— Это ты, конечно, молодец, — прищурился Доброгнев, — Да только ты про ту беду только прибыв туда и узнал. Так что нечего тут оправдываться моими наставлениями!

— Каюсь, каюсь, — развёл руками юноша, — Но у меня и другие важные дела там были, а если бы не то происшествие, то к вам бы прибыл спустя всего несколько лишних дней.

— Ой, ладно, вертишься как уж на сковородке, — махнул на него рукой ректор, опускаясь в кресло, — Садись да выкладывай, что там с тобой приключилось в Твердыне и после.

Мирослав повторил заготовленную историю о своём тяжком выживании за Змеиным Хребтом, рассказал немного о борьбе с эпидемией, а после принялся спрашивать уже о том, что интересовало его самого.

— Моя команда в академии?

— Нет, отправились тренироваться в одну из усадеб Клыковых. Та что у Сосновки, это Всемила просила тебе передать, когда вернёшься. Любой извозчик найдёт. Хотя толку вам уже с тех усиленных тренировок не будет.