реклама
Бургер менюБургер меню

Евгений Пчелов – История Рюриковичей (страница 140)

18
Являешься Божиим громом; Могучей рукой ты Царьград поддержал, В земле половецкой не раз испивал От синего Дона шеломом; Ты храбр аки тур и сердит аки рысь — Но ждёт тебя бóльшая слава: Лишь римскому папе душой покорись, Святое признай его право! Он может по воле решить и вязать[9], На дом он на твой призовёт благодать. На недругов Божье проклятье! Прийми ж от него королевскую власть, К стопам его пасть Спеши – и тебе он отверзет объятья, И сыном коль будешь его нареком, Тебя опояшет духовным мечом!» Замолк. И лукавую выслушав речь, Роман на свой меч Взглянул, и его вполовину Он выдвинул вон из нарядных ножон: «Скажи своему господину: Когда так духовным мечом он силён, То он и хвалить его вoлен; Но пусть он владеет по-прежнему им. А я вот и этим железным своим Доволен! А впрочем, за ласку к Червонной Руси Поклон ему наш отнеси!»

6. В.Я. Брюсов. «Разорённый Киев»

Четыре дня мы шли опустошённой степью. И вот открылось нам раздолие Днепра, Где с ним сливается Десна, его сестра… Кто не дивится там его великолепью! Но было нам в тот день не до земных красот! Спешили в Киев мы — разграбленный, пустынный, Чтоб лобызать хоть прах от церкви Десятинной, Чтоб плакать на камнях от Золотых ворот! Всю ночь бродили мы, отчаяньем объяты, Среди развалин тех, рыдая о былом; Мы утром все в слезах пошли своим путём… Ещё спустя три дня открылись нам Карпаты.

в 1263 году»

Ночь на дворе и мороз. Месяц – два радужных светлых венца вкруг него… По небу словно идёт торжество; В келье ж игуменской зрелище скорби и слёз… Тихо лампада пред образом Спаса горит; Тихо игумен пред ним на молитве стоит; Тихо бояре стоят по углам; Тих и недвижим лежит, головой к образам, Князь Александр, чёрною схимой покрыт… Страшного часа все ждут: нет надежды, уж нет! Слышится в келье порой лишь болящего бред. Тихо лампада пред образом Спаса горит… Князь неподвижно во тьму, в беспредельность глядит… Сон ли проходит пред ним, иль видений таинственных цепь — Видит он: степь, беспредельная бурая степь… Войлок разостлан на выжженной солнцем земле. Видит: отец! смертный пот на челе,