Евгений Новицкий – Кино для взрослых (страница 36)

— Я бы хотел, да, — ответил я, хотя еще не вполне был уверен, действительно ли хочу этого.

— И когда?

— Можно сегодня. Если ты…

— Сегодня? — удивленно перебила Валя и даже не донесла до рта очередного бокала. — А я думала, сегодня мы уже другим займемся…

— Это чем же? — с искренним любопытством поинтересовался я.

— Трахаться будем, — сказала Валя само собой разумеющимся тоном.

Я чуть не поперхнулся, услышав это. Раскрыл рот, выпучил глаза и словно потерял дар речи.

— Ой, ну не надо! — сделала скептическую гримасу Валя. — Еще скажи, что это не входило в твои планы…

— Честно признаться, нет, — выдавил я.

— Да-да, так я и поверила, — кивнула Валя и сделала несколько больших глотков пива. Я же машинально потянулся за сигаретами.

Может, так у них сейчас принято? — размышлял я. — Мы, понятно, были стократ скромнее, но это когда было… В пятидесятые… А сейчас — совсем другое. За рубежом сексуальная революция — ну вот и до нас, значит, докатилось… К тому же Советский Союз и здесь впереди планеты. Теория «Стакана воды» бытовала у нас еще в двадцатые. Да и кино тогда было откровенное — «Третью Мещанскую» хоть вспомнить… А Запад сейчас только все это перенимает…

«Да нет, это все ни при чем! — одернул я сам себя. — Это просто такая вот раскрепощенная девушка — уникальная. Варя тоже была уникальной, но по-своему. А она, Валя, — по-своему».

Докурив, я с отвращением глотнул шампанского — и в деланом изнеможении откинулся на спинку стула:

— Ну все, я дошел до кондиции.

— Это что значит? — не поняла Валя.

Я понял, что это действительно пока еще нуждается в объяснении.

— Это из фильма «Бриллиантовая рука», — небрежно отвечал я. — Новая комедия Гайдая. Жаль, что пока я не могу на нее тебя сводить… Разве что договориться с Гайдаем…

— К черту Гайдая! — отрезала Валя. — Я вообще не люблю комедии, а уж наши советские… И я, кстати, тоже дошла до кондиции, так что мы можем… продолжить вечер у тебя.

К этому моменту я уже как будто совершенно протрезвел.

— Возражений нет, — вполне отчетливо выговорил я.

71

То была самая страстная ночь в моей жизни. Если бы степень влюбленности в девушку полностью зависела от того, какова она в постели, то каждый, проведший ночь с Валей, влюблялся бы в нее без остатка и навсегда.

К счастью (или к несчастью), половая отзывчивость девушки — не единственное, что заставляет к ней тянуться. Я с самого начала понимал, что Валя никогда не займет в моем сердце место Вари. С Варей все было не так бурно — но как раз в этой ее перманентной сдержанности и крылась особая прелесть…

Я проснулся только к обеду. Разлитое по всему телу ощущение выжатого лимона. Головная боль. Психологическое отупение. Ясно, что в подобном состоянии ни о каких съемках не может идти речи…

Валя, судя по всему, придерживалась того же мнения. Она развалилась на моей постели, раскинув в стороны руки, и сладко посапывала.

Но как только я нашел в себе силы подняться с кровати, она немедленно открыла глаза и пронзила меня взглядом.

— Доброе утро, — с усилием выговорил я.

— Виделись, — отрезала Валя и натянула одеяло на голову.

Довольно грубо. В этом все и дело, в этом и отличие. В Варе была нежность. В Вале есть только страсть, оборотная сторона которой — агрессия.

Спустя час я кое-как пришел в себя с помощью кофе и сигарет. Сидел на кухне и пил чашку за чашкой. Пепельница мгновенно заполнилась окурками.

Взлохмаченная и заспанная Валя ввалилась, по-другому не скажешь, на кухню. На ней были только трусики.

Она шмякнулась на табурет напротив меня и достала сигарету из пачки, лежащей на столе. Я чиркнул спичкой и поднес ей огонек.

— Кофе? — предложил я. Она кивнула.

Выпив две чашки и выкурив четыре сигареты, Валя произнесла второе слово за это утро:

— Мерси.

— Не за что, — ответил я.

Валя выгнула спинку и потянулась, вновь широко расставив в сторону руки. Меня немедленно охватил новый приступ желания.

Я встал, подошел к ней сзади и обеими руками сжал ее грудь, одновременно целуя ей ухо, шею, плечо.

Я ожидал, что она скажет: «Ну хватит, сколько можно», вырвется из моих рук и надолго запрется в ванной… Но она отреагировала с незамедлительной готовностью. Покрыла поцелуями мое лицо, крепко схватила за плечи и ловко запрыгнула на меня, обвив ногами поясницу.

Я донес ее до кровати и аккуратно уронил на простыню. «Иди ко мне», — беззвучно шептали ее губы. Я не заставил себя ждать…

Когда мы снова лежали в обнимку и переводили дух, я, кажется, впервые почувствовал к Вале нечто вроде влюбленности. Значит, это все-таки имеет значение — постельные утехи. То есть, конечно, имеет, но неужели даже я всего лишь по этой причине могу в кого-то… Впрочем, зачем анализировать — лучше просто наслаждаться. Приятно быть влюбленным в ту, с которой уже все случилось…

— Валя, ты просто… — ласково прошептал я, еще не зная, как закончить этот свой, кажется, первый комплимент по ее адресу.

— А я лучше, чем она? — вдруг резко спросила Валя — и моментально остановила весь мой прилив нежности к ней.

Я приподнялся на локте:

— Лучше, чем кто?

— Ты знаешь, — сказала Валя, пытливо глядя в мои глаза.

Я нахмурился, встал с кровати и, не глядя на девушку, буркнул:

— Не понимаю, о чем ты говоришь.

72

В результате в ванной надолго заперся я. Лежал в ванне, курил и сквозь шум бегущей из крана воды пытался услышать, что сейчас поделывает Валя.

Я не мог не признаться себе в том, что ждал ее стука в дверь. Вот если бы она сейчас осторожно постучала, я бы ее впустил, она бы извинилась…

Я тряхнул головой. Нет, с ней такого не будет. Она — не Варя. Она никогда и ни за что не извинится. Варя готова была просить прощения за любую мелочь, а вот Валя… Валя скорее готова грубить по любому поводу.

Стало быть, и сейчас мне если и следует чего ждать, то уж никак не осторожного стука в дверь. С куда большей вероятностью она яростно забарабанит по этой двери и крикнет: «Долго ты будешь там сидеть?» И присовокупит какое-нибудь нелестное определение для меня…

Однако не случилось и этого. Я выключил воду, вышел из ванной и — просто никого не увидел. Валя ушла.

Я пожал плечами, хотя внутри досадовал. С ней так нельзя — она не будет подыгрывать ничему такому…

Хотя мне-то что? Нужна она мне, что ли?

И я прошептал вслух:

— Нужна.

Да, нужна. Ей в этом лучше не признаваться, но от самого себя ничего не скроешь. Она похожа на Варю… вернее, она — вылитая Варя внешне. А самой Вари нет. И поэтому мне нужна Валя.

Разве только…

Да, все-таки пока еще не стоит отбрасывать ту теорию (пусть и сомнительную), что Валя и есть Варя. Я сам называл ее гениальной актрисой — и я так считал. Поэтому исключать здесь пока ничего нельзя…

И — надо позвонить Волнистому! Совсем забыл…

Закурив, я подошел к аппарату и, не глядя, набрал известный не только наизусть, но и на ощупь номер.

Вновь никто не отвечает. Может, съездить к нему домой?

Как только я повесил трубку, раздался телефонный звонок. Я моментально настолько уверился, что звонит Волнистый, что чуть не крикнул в трубку: «Да, Валера». Но сдержался и просто сказал: