Евгений Мисюрин – Свои и чужие (страница 35)
— Гена, я не опоздаю?
— Поезд в двенадцать.
— Сейчас уже полдвенадцатого. Срочно вызывай такси.
— Правильно, такси!
Я набрал номер.
— Фред Твид у аппарата, — с готовностью ответила трубка.
— Фред, сколько вы возьмёте за проезд до базы «Россия»?
— Двести.
— А по времени это сколько займёт?
— Десять часов.
— Тогда посчитайте, пожалуйста, поездку туда, ночёвку и обратно.
— И считать нечего. Четыреста за всё.
Я прижал трубку ладонью и спросил у Ани:
— Хочешь поехать на такси?
Она с готовностью закивала.
— Тогда иди, и соберись нормально. Тебе там ночевать.
И уже в трубку сказал:
— Фред, подъезжайте, пожалуйста в четырнадцать.
— О’Кей, — ответил тот. — Сколько пассажиров?
— Один.
На этот раз Анна собиралась серьёзно, поэтому, когда пришла машина, она уже стояла у входа с двумя объёмистыми сумками. Фред присвистнул, оглядев девушку, но ничего не сказал, лишь молча уложил поклажу в багажник. Аня села на переднее сиденье, и машина рванула по улице. А я не спеша пошёл в магазин.
Рома пил чай. Одно его ухо было закрыто внушительным наушником, на мониторе изгибался звуковой график. Он махнул рукой в сторону стула и так же молча попросил подождать. Наконец, файл кончился, Роман отлепил от покрасневшего уха резиновую присоску и вопросительно посмотрел на меня. Я с готовностью достал из кармана флешку, коротким движением положил её на стол.
— Порнуха? — заинтересованно спросил Роман, и осклабился.
Я решил поддержать игру.
— Если бы… Только фотки.
— Что у тебя там?
— Здесь фотографии моей спутницы. Она утверждает, что её зовут Анна Карпович и она сестра моей жены.
— А ты должен встретить Анну Карпович на базе при переходе.
— Точно. Поэтому я хотел узнать, можно передать фото её маме на опознание?
— А что ж нельзя? — он воткнул флешку в системный блок и запоздало спросил:
— Вирусов нет?
— А какая теперь разница?
Мы засмеялись. На экране открылась папка из фотоаппарата. Аня снимала корабль, нас, море, ну и, конечно, себя. Я указал на фотографию с девушкой в тельняшке и с косынкой, повязанной на манер банданы, и Роман шустро перетащил её на рабочий стол. Затем открыл в редакторе, отрезал лишнее, оставив только лицо, и загнал в неизвестную мне программу.
— Сейчас перекодирует и отправит по радиоканалу. К вечеру будет результат. Ты адрес свидетеля знаешь?
— Откуда? Новая Одесса, Мария Андреевна Карпович.
— М-да… На деревню, дедушке…
— Константину Макарычу, — синхронно сказали мы.
Роман посмотрел на меня, что-то явно прикидывая, потом протянул руку и сказал:
— А ты ничего, — и добавил. — Ясень. Я — Ясень. Только не ржать!
— Струна, — ответил я и пожал руку.
— Ну вот, ушло. Будешь здесь ждать?
— Да ну. Пока там распечатают, пока найдут, кто к тёще пойдёт, пока вернутся. Да ещё, вдруг её дома нет. На фиг! Лучше позвони, как ответ придёт.
— Хоп, — сказал Роман.
— Якши, — на автомате ответил я.
После этих слов мы снова смотрели друг на друга, затем Ясень сказал:
— Кавказ?
— И Кавказ тоже.
— Ясно. Ну, давай, брат, — мы обнялись, и я вышел.
Состав отряда подобрался очень впечатляющий. Два брата Волкова, Волкогонов, двое Зубовых, Командир отделения — Серых, снайпер Волчанский. Руководил всем зверинцем лейтенант по фамилии Волк. Позывной у него полностью соответствовал составу — Стая. Сергей Бобров сидел на стволе поваленного, но не сдавшегося дерева, и про себя смеялся — занесло бобра в волчью стаю. Рация на груди пискнула, и наблюдатель по общему каналу доложил:
— Стая Зубу.
— Здесь Стая.
— Вожак, тут в провале какие-то люди, идёт строительство. Руководит всем неизвестный негр, здоровый как бульдозер. Хозяйка кратера не обнаружена.
— Продолжай наблюдение, мы сейчас подтянемся.
Бобёр впервые был у Струны в гостях, и никак не ожидал увидеть здесь такого оживления. Он знал, что Гена построил в кратере домик, знал про шахту, и не более. Сейчас же вокруг одного готового дома ставились ещё два. Четыре прожектора ярко освещали островок стройплощадки, из-за чего окружающая ночь казалась ещё темнее. По световому пятну туда-сюда размахивал стрелой автокран, люди, разных оттенков кожи, аккуратно укладывали толстые брусья на стены. Время от времени старший, его Бобёр легко опознал по описанию, заходил в вагончик, над которым торчала загогулина направленной антенны.
Всё это очень напоминало смену хозяев, или попросту захват собственности. Подтверждались эти опасения ещё и тем, что нигде не было видно Жанны. В Лимпо Бобёр её не встретил, хозяйка Фиссы, Мелинда, сказала, что мадам Сухов давно уехала к себе.
И вот теперь, вместо тихого, уединённого уголка, вокруг шахты развернулось настоящее строительство.
— Ну что, Бобёр? — спросил Волк. — Работаем захват?
— Начинаем с узла связи, — Сергей указал на антенну. — Заходим вместе. Приготовь свето-шумовую, там скорее всего будет хороший язык.
— Волковы, к пулемёту. Волчанский, на прикрытие. Серых и Лёха Зубов со мной. Остальные по штатному расписанию, — скомандовал лейтенант, и группа из четырёх бойцов спустилась в провал.
До вагончика добрались без приключений, прикрываясь многочисленными тенями. Серых распахнул дверь вагончика, остальные дружно в него ворвались, Волк вырвал из разгрузки свето-шумовую гранату, но Бобёр схватил лейтенанта за руку и громко скомандовал:
— Стой! Не надо!
Посреди вагончика стояла Жанна в строительной каске и внимательно разглядывала какой-то чертёж. Рядом с ней мужчина с треугольным от бакенбардов лицом водил по бумаге пальцем, а за столом сидела представитель Ордена в Лимпо. Жанна недовольно посмотрела на ворвавшуюся команду и язвительно сказала:
— Что, Бобёр, не можешь без спецэффектов?
Глава 10
Мы с Романом сидели в кафе недалеко от его магазина, и пили водку. На столе стояло огромное блюдо с кусками жареной антилопы, сладкий картофель, с пяток различных салатов… Уже выпили за наших, за общих знакомых, за тех, кто остался, и даже за успехи Русской Армии на Новой Земле. Наливали понемногу, скорее, символически, но несмотря на это, бутылку приговорили, а мясо на столе подъели почти всё. Последние полчаса Ясень рассказывал, а я больше слушал, иногда внося кое-какие реплики. Наконец, он спросил: