Евгений Мисюрин – Свои и чужие (страница 31)

— Регистрироваться. Мы нелегалы.

Водитель даже на пару секунд отвернулся от дороги, чтобы получше рассмотреть такое чудо. Изумлённо глядя на Аню, он переспросил:

— Я не ослышался?

— Садитесь поудобнее, герр Фогель, — сказал я голосом древнего сказителя. — Сейчас я поведаю вам самую невероятную в вашей жизни историю.

Пока я в красках пересказывал, как оказался на Новой Земле, встретил девушек, и что из этого вышло, мы въехали в жилую часть города. Вокруг появились сначала склады и производственные помещения, затем одно— и двухэтажные дома.

— И куда вы теперь? — спросил Гюнтер.

— Сначала в гостиницу, а затем на базу, получать АйДи.

— Если хотите, я довезу вас до недорогого отеля. Как у вас с деньгами, не надо ли помочь? — участливо поинтересовался водитель.

— Спасибо, Гюнтер, — ответил я. — Но неужели мы так плохо выглядим?

Он рассмеялся, затем пояснил.

— То, что вы рассказали, настолько невероятно, что мне захотелось хоть что-то для вас сделать.

— Вы уже сделали. Доставили нас быстро, и в прохладе.

— Выезжаем на Овальную площадь, — обратил наше внимание Фогель, и пояснил. — Это центральное место города. Здесь есть почта, много магазинов, ресторанов, а вон там, — он указал куда-то влево, — через квартал, есть очень приличная гостиница «Альпенблюм». Содержит её Марта Шпильке. Скажите, что вы от меня, и она сделает вам хорошую скидку.

Фрау Шпильке ничуть не соответствовала заочно построенному в моём сознании образу. Услышав фамилию, я представлял себе худую и высокую даму, но Марта оказалась, напротив, низенькой, полной, пожилой женщиной, с завязанными в сложный узел чёрными, с заметной проседью, волосами.

— Гутен таг, — сказал я.

— Гутен таг. Зи зин дойче?

— Фльксдойче, — ответил я. — Я русский немец и языка не знаю.

— О! — воскликнула Марта. И добавила по-русски. — Добро пожаловать, гости дорогие.

Мы втроём рассмеялись, и она продолжила.

— Я из Дрездена. Работала в гостинице для русских офицеров и неплохо выучила язык. Вам нужен номер?

— Да, — вступила в разговор Аня. — Гюнтер Фогель сказал, что у вас недорого.

— Гюнтер? Вы давно его видели? — хозяйка заметно покраснела.

— Пару минут назад. Он подвёз нас из порта и рекомендовал ваш отель.

— Я подберу для вас очень хороший номер. Вот, — она протянула прицепленный к деревянной груше ключ. — Три-одиннадцать. Вам понравится. На какой срок собираетесь поселиться?

— До тридцать седьмого.

— С вас сто шестьдесят… — она замялась. — Сто сорок экю.

— Данке, фрау Марта, — я отсчитал деньги и спросил. — Как нам попасть на почту?

Номер был действительно хорош. С кондиционером, радиоприёмником, и даже телевизором. Прохладные кирпичные стены, оклеенные симпатичными обоями в серо-жёлтых тонах, гостиная с основательной, но подходящей по стилю мебелью. Санузел поразил меня наличием ванны и душа одновременно. Единственное, чего не нам хватало, это второй кровати.

— Ань, она решила, что мы молодожёны.

Девушка молча кивнула. Последнее время она, казалось, избегала встречаться со мной взглядом, и не стремилась разговаривать. Я перебирал в уме, чем мог её обидеть, но ничего в голову не приходило. Да и не стоило создавать проблемы там, где их пока нет. Надо было решать вопрос транспорта.

— Я схожу, уточню у старушки, есть ли здесь такси или прокат машин. Пойдёшь со мной?

— Ты же потом вернёшься?

— Обязательно.

— Тогда иди один, а я пока переоденусь и приму душ. Закрой номер на ключ, когда будешь уходить.

Фрау Шпильке порылась в бумагах, лежащих на стойке, и протянула мне стандартного размера визитку.

— Вот вам такси, Гена.

— Отлично, спасибо. А то все наши вещи остались в порту, надо бы забрать.

— А почему вы не привезли сумки с Гюнтером? Только не говорите, что он отказался их взять, я вам не поверю.

— Нет-нет, Марта. Он не отказывался. Просто мы вышли пешком, а герр Фогель подобрал нас уже по дороге.

Она радостно засмеялась, и на щеках её появились симпатичные ямочки. В душе я порадовался за Гюнтера Фогеля.

На столе стоял массивный телефон белого пластика. Я вопросительно глянул на хозяйку, и дождавшись согласного кивка, снял трубку и набрал номер.

Мне казалось, что ответить должна привычная по прошлой жизни девочка-диспетчер, однако, с удивлением я услышал:

— Фред Твид у телефона.

Это было так неожиданно, что я решил, будто набрал неправильный номер.

— Извините. Я звонил в службу такси.

— Вы правильно попали. Я и есть такси.

— Не ожидал.

— Мистер, забудьте про диспетчеров. Вы уже не на старой Земле. Когда прибыли, вчера?

— В том году…

— Тогда вдвойне удивительно. Ну ладно, куда подать машину?

— Вы знаете гостиницу «Альпенблюм»?

— Конечно. Передайте привет фрау Шпильке.

— Обязательно передам. Когда вы приедете?

— Через полчаса.

— Давайте через час? Мы пока приведём себя в порядок.

— О’Кей. Через час, так через час.

Когда я поднялся в номер, в спальню с визгом прыснула голая и мокрая Аня. Через минуту она вышла обратно, в банном халате, вытирая волосы полотенцем.

— Ну как? — спросила она?

— Машина через час будет.

Я стоял у окошечка почтамта, и старательно писал на телеграфном бланке: «YA V PORTO-FRANKO dot VSYO IDET PO PLANU dot LUBLYU TEBYA dot GENA»

Рядом пристроилась Аня и старательно заглядывала через плечо. Мне было не жалко. Надписав адрес, я отдал бланк парню с таким количеством пирсинга, что через рамку металлодетектора он бы точно не прошёл.

— Пять, двадцать, -шепеляво сказал молодой человек.

Деньги отыскались без сдачи, и мы с Аней вышли из кондиционированной прохлады в жару.

Порто-Франко разительно отличался от городов, которые мне уже доводилось видеть. Более деловой, сосредоточенный. Не было в нём той патриархальной расслабленности, что я встречал на противоположной стороне залива.

Казалось, это город из следующего века. На улицах встречалось гораздо больше машин, но меньше деревьев. Сама же застройка планировалась по подобию Нью-Йорка, квадратно-гнездовым способом. То есть улицы пересекали друг друга перпендикулярно, и заблудиться в Порто-Франко было сложно.