Евгений Мисюрин – Свои и чужие (страница 22)

— Ань, рули вон туда, на холм с пальмами, — мгновенно сориентировался Серёга.

Девушка послушно съехала с дороги и аккуратно двинулась к невысокому холму. Мы не добрались каких-то двадцать метров, когда послышался рёв мотора, а через секунды заросшую травой возвышенность перевалил Ленд Ровер Дефендер.

Машина мчалась по траве, не разбирая дороги, и ствол тяжёлого пулемёта на её крыше болтался во всех направлениях. Я привычно нырнул в кузов и приготовил КОРД к стрельбе.

Фары мазнули по нам светом, Ленд Ровер проскочил мимо. На границе слышимости звучал странный низкий гул, почти инфразвук. Я постарался просканировать пространство, почувствовал ужас десятков гигантских тварей и не совсем уверенно сказал:

— Справа, кажется, несутся рогачи.

В мгновенье Бобёр взлетел на крышу, волоча за собой трофейный М2. Энн развернула машину кузовом к дороге.

— Бобёр, там патронов мало, — напомнил я другу. — Хорошо, если два десятка наберётся.

— Знаю, — коротко ответил тот, устанавливая сошки и располагаясь на металле.

Следом за Ленд Ровером из-за той же возвышенности появилось стадо. Оно неслось чуть в стороне от нас и, если никто никуда не свернёт, проходило мимо.

Сзади, сделав дугу, возвращался Дефендер. Теперь пулемёт над ним торчал неподвижно.

Рогачи неслись чёрной волной, коротко взрёвывая низкими голосами. От топота нескольких десятков многотонных туш земля дрожала так, что была заметна вибрация ствола пулемёта. Мы замерли, неотрывно глядя на приближающихся животных. В них было что-то от разгулявшейся стихии. Словно стоишь в шторм у самой кромки воды, надеясь, что не снесёт.

Ленд Ровер остановился метрах в ста-ста двадцати от нас, водитель заглушил двигатель и выключил свет. Энн тоже погасила фары и теперь мы стояли в полной тишине, глядя на опасное и величественное зрелище.

Внутри меня родилось чувство тревоги. Оно исходило не от стада.

— Бобёр, на землю, — негромко скомандовал я.

Сергей, не поднимаясь, скатился с крыши и чуть слышно зашипел, ударившись о грунт. В этот момент сзади послышалось тяжёлое «дум-дум-дум» и многострадальное заднее стекло нашей машины окончательно разлетелось вдребезги. Остальные пули ушли куда-то вверх и вбок.

Я как можно быстрее развернулся, и дал три коротких очереди из КОРДа по Ленд Роверу. В этот момент задние самцы в стаде на полном ходу изменили курс и кинулись на нас. Наш Таракашка оказался между двух огней. Слева на него был направлен тяжёлый пулемёт, а справа в сторону машины неслись трое рогачей, не меньше, чем по пять тонн каждый.

Вдруг раздалась очередь из стрелкового оружия. Причём, из неожиданного места, со стороны дороги, к которой машина стояла задом. Стреляли не по нам. Я поднялся на ноги, придвинул поближе М2, стоящий на крыше, и выпустил последние патроны по бегущим к нам животным. От дороги послышалась ещё одна очередь. Ленд Ровер молчал. Бобёр схватил торчащий сзади меня КОРД, кряхтя упал с ним на землю и двумя очередями добил оставшихся тварей. Стадо пробежало мимо, только трое замыкающих самцов, так несчастливо отвлекшихся на мнимую опасность, бугрились над травой рогатыми тушами.

Я оставил пустой пулемёт, наклонился и схватил с сиденья свою четыреста шестнадцатую. Арес Шрайка не было.

Передняя пассажирская дверь Ленд Ровера открылась, но из неё никто не вышел. Вместо этого из травы поднялась Энн и заглянула в машину.

— Струна, ты всех положил, — крикнула она.

Мы с Сергеем со всех ног кинулись к девушке.

Она стояла, отвернувшись от машины и уверенно держала в руках пулемёт Арес Шрайк. Лицо девушки отдавало бледностью даже в лунном свете. Мы заглянули внутрь. Там было четверо. Двоим, в том числе пристёгнутому водителю, очередью оторвало головы. Один из сидящих был застрелен чем-то малого калибра. Судя по отверстиям, стреляли справа. Этого стоит записать на счёт Энн, подумал я.

Что меня удивило, люди в машине были индусами. Я настолько привык к расплодившимся по Дагомее многочисленным «чёрным братствам», «фронтам сопротивления белому расизму» и так далее, что подсознательно воспринимал всех бандитов как негров. А тут индусы. Один даже носил тюрбан. Мы аккуратно, стараясь не испачкаться в крови, вытащили тела из машины и сложили на землю.

— Впервые вижу индусов-бандитов, — высказал я свою мысль.

— Они, скорее всего, не профессиональные бандиты, Струна, — поправил меня Бобров. — Просто увидели, что мы отвлеклись на рогачей, вот и решили воспользоваться моментом. Даже выстрелить как следует не смогли.

Я высунулся из люка и поворочал в руках тяжёлый, длинный и неуклюжий пулемёт на вращающейся турели. Какой-то он был неказистый, будто сваренный из водопроводных труб.

— Вот это дура, — прокомментировал я. — А по звуку — как ДШК.

— Похоже на «тип-77», тот же ДШК, только китайский.

— Откуда здесь китайское оружие?

— Так рядом база «Индия и Средний Восток». Туда китайское доставлять ближе всего.

— Патроны наши? — по-деловому уточнил я.

— Они самые. Двенадцать и семь на сто восемь.

— Берём?

— Подожди, — ответил Бобёр, застелил место водителя полиэтиленовым пакетом, сел и попробовал завести машину. Мотор схватил мгновенно. Я обошёл автомобиль и заглянул под радиатор. Течи не было, зато из двигательного отсека доносились непонятные треск и свист.

— Капот открой, — попросил я друга.

Замок клацнул, я откинул крышку, и увидел, что одна пуля пробила воздуховод, и при работе двигателя обломки пластика дрожат и свистят.

— Ань! — крикнул Бобров. Он уже вылез из-за руля и стоял у меня за спиной.

Девушка появилась в мгновенье ока. Бледность с её лица уже ушла, глаза смотрели весело.

— Private Bugler is here on your order, sir (рядовой Баглер по вашему приказанию прибыл), — весело доложила она, приложив два пальца к виску.

— Отставить английский, рядовой, — командным голосом приказал капитан Бобров. — И к пустой голове, как известно, руку не прикладывают. Ты где так стрелять научилась?

— Техас, сэр! — чётко ответила Энн. — Там все должны уметь стрелять, даже если не пригодится. А то не поймут.

— Молодец, Ань, одного уложила.

Девушка улыбнулась, но как-то натянуто, было заметно, что похвала ей неприятна.

— Будь ласка, — сказал Бобёр почему-то на украинском, сходи в машину, принеси мою чёрную кожаную сумку из-под сиденья.

Энн ушла, а Серёга вернулся в салон трофейного автомобиля, с минуту там порылся, а потом выбросил наружу какие-то листы. Я присмотрелся, это было что-то вроде теста или экзаменационного задания. В строчку были записаны модели оружия, характеристики и достижения, кое-что было отмечено галочкой. Над списком стилизацией под индийское письмо брахми по-английски было написано: «Муруган Охотничий клуб»

— Серёга, мы похоже, охотников завалили.

— Я тоже сначала так подумал. У них весь кузов застелен полиэтиленовой плёнкой. И кроме пулемёта ещё и охотничьи ружья валяются.

— Это точно не охотничье, — сказал я, вытаскивая из чехла новенькую, песочного цвета винтовку Remington MSR с пристёгнутой оптикой. — Богатенькие были буратины.

— Ух ты! Отдашь? — спросил Бобёр и хитро на меня посмотрел.

— Хорош прикалываться. Знаешь же, что нет.

— Знаю. А патроны брать где будешь?

Я расстегнул клапан и вытащил горсть патронов.

— Три-три-восемь? — спросил Серёга.

— Да, вот на капсюле, Норма Маг.

— Серёжа, вот, — послышалось снаружи.

— Спасибо, Ань, — Бобёр выбрался из машины, взял сумку и полез под капот.

А я аккуратно сложил винтовку мечты обратно в чехол, разгладил рукой несуществующие складки, и снова полез на крышу, к пулемёту. Турель расстёгивалась буквально одним движением и оружие снималось с крепления за секунды. Но дальше начинались сложности. По моим ощущениям, пушка весила килограммов шестьдесят. Сбросить её с крыши я бы смог, но вытащить и закрепить в одиночку — вряд ли. Повертев стволом туда-сюда, я заметил:

— Что ж эти охотники так погано стреляют? Вон какая дура, а они со ста метров только три результативных попадания сделали.

— Это не охотники.

— Почему? Ты же сам сказал…

— Я сказал, что сначала так подумал. Струна, ты бумажки эти читал?

— Не стал разбираться. Темно. Заголовок видно и пару строк выхватил. А что?

— Это кандидатские задания в охотничий клуб Муруган. То есть, чтобы стать членом клуба, этим ребятам надо было получить все галочки. Ты заметил, какая строка подчёркнута?

Я отрицательно помотал головой, потом сообразил, что Бобёр из-под капота меня не видит и сказал:

— Нет. Говорю же, темно.