Евгений Миненко – Сатанизм настоящий (страница 26)
на складе у дуальности.
Эта глава не для того, чтобы ты сказал:
«Я ещё не божественный, я недостоин».
Она для того,
чтобы ты увидел:
божественность – это не недостижимый идеал,
а каждый маленький момент,
когда ты остаёшься собой в месте,
где раньше сдавался.
И если такой момент в твоей жизни был хотя бы один —
значит, путь внутрь тебя уже открыт.
ЧАСТЬ
II
. АНАТОМИЯ СТРАХА И ПАДЕНИЯ СОЗНАНИЯ
Где кончается тело и начинается страх
Есть момент, в котором всё ещё честно.
Гром ударил – ты вздрогнул.
Машина вылетела на встречку – ты вывернул руль.
Нога поскользнулась – тело само ловит равновесие.
Змея шевельнулась рядом – мышцы сжались, взгляд выстрелил на источник.
Это не «ты собрался» и не «ты применил технику».
Это жизнь в теле, которая реагирует раньше всех твоих мыслей.
Это – инстинкт.
А есть другое.
Ночью ты лежишь в постели,
тишина, стены, привычная комната.
Никакой машины.
Никакой змеи.
Никакого грома.
И всё равно:
сердце бьётся,
живот сжат,
в голове крутится:
«а если…»,
«вдруг…»,
«что будет, если…».
Это уже не тело спасает тебя от реальной угрозы.
Это сознание строит мир, которого пока нет —
и в этом мире ты умираешь снова и снова.
Это – страх.
1. Инстинкт: жизнь, которая не спрашивает твоего мнения
Инстинкт – это древний язык тела,
который говорит без слов и без согласования с тобой.
Он включается:
при падении;
при резком, громком звуке;
при внезапном касании;
при реальной физической угрозе.
Ты не успеваешь «подумать».
Ты уже согнулся, увернулся, замер, оттолкнулся, закрыл лицо руками.
Инстинкт:
не рассуждает,
не оценит ситуацию в терминах «правильно / неправильно»,
не строит планов на будущее.
Он не знает, «кто виноват».
Он не знает слов «стыдно», «будет хуже», «что люди подумают».
Инстинкт знает только одно:
«Сохранить тело живым. Сейчас».
И – делает.
Как волна: поднялась – ударила – ушла.
2. Животное не знает «потом»
Важно увидеть до дна:
Зверь не лежит ночами, вглядываясь в темноту,
и не мучается вопросами:
«а вдруг завтра не будет еды?»