Евгений Майоров – Жизнь прекрасна (страница 9)

Изначально подход к ученикам был лояльным, всем дали понять, что они могут покинуть группу, после чего и дальше жить в неведении. Но тем, кто решатся дойти до последних встреч, а их всего должно быть десять, уйти будет нельзя. Задача старших к тому моменту будет заключаться в том, чтобы помочь ученикам отбросить сомнения и сделать правильный выбор. Всё это проговаривалось на первых собраниях, когда все знакомились друг с другом. В этом сектанты не соврали, ведь когда с учеников сняли повязки, Лидия обнаружила, что присутствуют далеко не все. Пока шли приготовления к лекции, Лида принялась считать людей, сидящих вокруг неё. Остался тридцать один человек, значит, девять покинули их. Девушка понимала, что за две встречи всех не запомнит, но нужно было донести информацию о тех, кто покинул собрания, следственной группе… хотя бы о тех, кого удалось запомнить. Им чётко дали понять, что если ученик пропустит хотя бы одно собрание, то доступ сюда ему будет закрыт. Да и попасть самостоятельно в подобное место не представлялось возможным. Собрания проводились внезапно, о них обычно предупреждали за один день, а иногда в день самого собрания. Должно быть, это тоже было своеобразной проверкой, готов ли человек. Всякого рода оправдания вроде работы или болезни, не действовали. Пропустил — значит, не достоин, значит, обречён дальше жить в неведении и продолжать мучиться — так объясняли старшие.

Успев познакомиться с некоторыми учениками, Лида узнала, что все без исключения вносили пожертвования, некоторые — сотни тысяч, но чаще это было несколько миллионов. Все ученики, у которых она интересовалась, не называли точные суммы, но рассказывали, что вносили пожертвования на счёт этому самому Денису. С его слов, деньги были нужны на то, чтобы продолжать вести просветительскую деятельность общества «Освобождение». Помещения, интерьеры, транспорт, питание, оборудование и многое другое — всё это стоило немалых денег.

В то утро, за три часа до собрания, с Лидой связалась её наставница и велела той ждать в двенадцать часов в условленном месте. В назначенное время приехал микроавтобус, Лида уже успела запомнить его номера и передать информацию следственной группе. Автомобиль был зарегистрирован на одного из старших в секте, это точно не наставник. Машина была зафиксирована на камерах в разных районах города, но проблема заключалась в том, что за пределами города камер почти не было, а слежка дронами — это не лучший вариант, была вероятность обнаружения сектантами, и тогда вся операция коту под хвост. Лида предлагала следственной группе вживить в себя жучок, но руководство опасалось, думая, что они проверяют и это, боялись спугнуть крупную рыбу. Приоритетной целью оставалась личность наставника, а не само местоположение базы сектантов, особенно учитывая то, что места они меняли с некоторой периодичностью. Как и в предыдущие два раза, после того, когда Лида села в машину, ей завязали глаза. Девушка успела увидеть несколько знакомых лиц наставников и других учеников с повязками на глазах. Лидия понимала, что микроавтобус не вместит всех учеников, и, скорее всего, таких машин несколько. Но за ней приезжал один и тот же, вероятно, за определёнными учениками была закреплена одна и та же машина, которая и доставляла их до помещения.

Лида продолжала осматриваться, пытаясь запомнить каждую деталь в зале. Кто знает, какая мелочь может оказаться важной, за что можно будет зацепиться при составлении отчёта? Денис Авдеев пока так и не появился, и если не считать небольшую часть отсутствующих учеников, и белые мантии поверх обычной одежды, то всё в помещении выглядело, как и двумя собраниями ранее. Люди сидели на полу в ожидании начала мероприятия. Некоторые относились ко всему очень серьёзно, пытаясь принимать позу лотоса, но было заметно, как им неудобно, как болят их ноги. Старшие подходили, говорили, что можно расслабиться и сидеть как удобно. Лида пробежалась взглядом по залу и насчитала двенадцать старших: восемь мужчин и четыре женщины, включая наставницу Лиды — Екатерину Орлову. Все они, в отличие от учеников, с самого первого собрания были одеты в мантии, но не в белые, а в серебряные. Какого-либо оружия у старших Лида не замечала, это было логично, если оно и есть, то на третьем собрании слишком рано его применять, распугают всех сомневающихся. Тем более что на первых двух встречах были лишь формальные беседы и знакомство, это мало отличалось от клуба бывших наркоманов или алкоголиков, где каждый говорил, какой он ничтожный, какая у него зависимость, какое горе он пережил и почему тут оказался. Пожалуй, основной отличительной чертой, так называемых учеников, являлось то, что большинство людей были весьма состоятельными, но не все, некоторые были среднего достатка. Лида понимала, что наличие денег у учеников было одним из основных пунктов при отборе в группу.

Все продолжали сидеть в ожидании Дениса, который вёл предыдущие два собрания, но тот так и не появлялся в зале, а ведь по ощущениям Лиды прошло не менее получаса с момента, когда с глаз учеников сняли повязки. Часов в помещении не было, а все телефоны, наручные часы и прочие гаджеты ученики сдавали при входе в помещение, разумеется, всё это возвращалось их владельцам, но только после окончания собрания. Некоторые уже стали интересоваться у старших, когда же появится Денис и начнётся обещанная лекция. Лида ещё раз окинула взглядом зал. Сложно было сказать, сколько там квадратов, но в нём могла бы запросто уместиться сотня человек таким образом, что места хватило бы каждому, чтобы растянуться на полу во весь рост. Никакой мебели не было ни для учеников, ни для старших. Пол устелен серым паркетом. В задней части зала две туалетные комнаты, разделённые на мужскую и женскую. Всё время ожидания обе комнаты пользовались спросом у учеников. Лидия уже успела сходить в уборную и вернуться. Она обратила внимание на закрытые плотными тёмно-красными шторами окна. Лида не первый раз задумывалась: что же там, за этими шторами? Вряд ли они на последнем этаже, ведь поднимались не на лифте, а пешком по ступенькам, Лида насчитала два лестничных пролёта. В случае чего можно выпрыгнуть из окна, должно быть, тут невысоко. Но куда потом? Камеры зафиксировали, как машина, на которой забирали Лиду, уезжала за черту города. Лидия была взволнована сильнее, чем в первые два раза, она предчувствовала, что это собрание будет отличаться от двух предыдущих. Но при всех своих опасениях девушка понимала: бегство — это не про неё. Она должна довести это дело до конца ради себя и следственной группы, которая ей это доверила, и, наконец, ради отца, по стопам которого пошла. Отец бы точно ей гордился.

Под потолком десятки светодиодных ламп освещали зал тусклым светом, в дополнение к ним по углам помещения расставлены ночники на тонких длинных ножках. Возле каждого ночника специальные чаши с отверстиями, в них воткнуты палочки с благовониями. Старшие, достав из коробки длинные охотничьи спички, принялись поджигать палочки. Приятный цветочный аромат быстро распространился по залу. Видимо, это был сигнал, и Денис скоро появится. Лида смотрела на сцену, которая была примерно на полметра выше уровня пола. На стене за сценой располагалась огромная телевизионная панель, на самой же сцене — ораторская тумба, на ней — бутылка минеральной воды.

Дверь в углу сцены отворилась, наконец-то показался Денис; как и прочие старшие, он был облачён в серебряную мантию. Лида видела его в третий раз, но благодаря следственной группе уже многое о нём знала. Денису было сорок восемь лет, из них пять лет он отсидел в колонии общего режима за мошенничество. Махинации с крупными суммами и создание финансовой пирамиды ни к чему хорошему его не привели. Прокурор хотел дать десять лет, но благодаря деньгам, связям и хорошему адвокату, срок удалось сократить вдвое. К секте присоединился ещё со времён Екатеринбурга. Пропагандирует идеи секты, ведёт собрания, уроки и лекции, очень хитёр. Вряд ли он сам верит во всё то, что рассказывает. Имеет несколько квартир в Краснодарском крае и Москве, два дома в Испании и Греции, а также четыре автомобиля, два из которых — это спорткары. Лидия размышляла обо всём этом, задаваясь вопросом: а знает ли наставник о подобных богатствах своего «подчинённого», о его обогащении за счёт пожертвований учеников… если, конечно, этот наставник вообще существует? Лида предлагала следственной группе просто прижать Дениса и силой выбить из него информацию о руководителе секты и его местонахождении. Но начальство было против, по делу в качестве пострадавшей стороны был замешан сам губернатор, начальство распорядилось, чтобы всё шло своим чередом. Наставника нужно было вязать, когда он сам объявится, когда будут прямые доказательства причастности. У Лиды был свой взгляд на решение этого дела, но спорить с руководством она не любила, поскольку понимала, что это гиблое дело.

Уже немолодой человек, подойдя к ораторской тумбе, вытянул вперёд две руки, как бы показывая этим жестом, что он обнимает всех присутствующих. Старшие и ученики сделали точно такой же жест в сторону Дениса. Это было приветствие.