Евгений Лыков – Я назову её — Земля (страница 20)

— Как это?

"Ты должен ненавидеть".

— Кого?

"Всех. Родных. Чужих. Близких. Далеких. Всех ".

При слове "родных", в памяти всплыл образ мамы. Но ее Сату совершенно не хотелось ненавидеть. Воспоминание принесло приятное тепло, но Голосу это не понравилось. От свистящего крика у Сата загудело в голове. Голос кричал: "Любовь? Нет, убери это! Убери эти мысли!"

Сат подчинился.

"Твой брат. Младший брат. Он всегда тебе завидовал", — нашел нужную тему Голос. — "Твои родители давали ему больше чем тебе".

Память показала Яра. Вспомнился вихрастый мальчишка. Который постоянно спорил с ним. Который не слушал никого и которому все это сходило с рук. Яра редко наказывали, во всяком случае сейчас Сату так казалось. Яром все восхищались. Яра все любили. А его, Сата, как будто не существовало. Как будто он вакуум и его мнение никого не интересует.

— Да, это все он. Яр. Он всегда получал все самое лучшее. Когда он родился, обо мне все забыли. Родители любили его больше.

"Да, он обманул их. Он всегда получал от них больше чем ты".

Сата уже не нужно было направлять, он уже нашел того, кто был виноват. Ненависть к младшему брату захлестнула его. Он забыл, что и сам любил младшего. Забыл как нянчился с братом. Как тот будто хвостик ходил за ним, слушая каждое слово Сата и подражая ему во всем. Все это исчезло из памяти, осталось только одно.

Черная молния ударила в астероид разнеся его в пыль. Тут же Сат обхватил черным щупальцем следующий астероид и одновременно создал темный портал размером с планету.

"Да! Вот так. Теперь я вижу что ты силен. Ненависть — самое сильное чувство. Используй ее. Взрасти ее в себе".

Неожиданно Голос сорвался на визг: "Архангелы! Беги! Они нашли нас. Беги".

Неподалеку стали открываться порталы, из которых один за другим появлялись дэвы в фиолетовых хитонах.

Сат находился рядом с огромным порталом, который только что построил сам. На той стороне клубился черный туман. И нужен всего один шаг.

Зеус с досадой выругался. Темный был совсем рядом, но смог уйти.

— Не удается отследить куда вел портал, — заметил один из командиров легиона.

— И не удастся, — ответил Зеус. — Это темный портал. А куда он вел и так понятно. Только нам туда хода нет, — последние слова Зеус словно выплюнул и с яростью посмотрел в сторону живой полосы темного тумана.

— Одно хорошо. Детектор не подвел. Точно определил эпицентр темной энергии. Ифестус оправдал наши надежды.

3

Летающий ящер давно выслеживал грызуна. Он нашел его нору и усевшись неподалеку на ветку дерева, ждал. Грызун был осторожен и избегал открытых мест, чаще передвигался в высокой траве и кустах. Но ящер был опытен и терпелив. Мелкий грызун не уйдет. Однажды он ошибется. Обязательно ошибется. Ящер внимательно следил за норкой животного, стараясь не пропустить момент, когда тот высунет свой усатый нос. Урчание в желудке, которое уже настойчиво напоминало ящеру, что время приема пищи наступило, затихло. Затихли и джунгли. Потому что новый, незнакомый звук заглушил все. Гул шел с неба и глаза всех кто жил среди деревьев, обратились вверх. Звери и птицы побежали и полетели прочь, в поисках спасения. В надежде на спасение. Джунгли наполнились шумом и криками. Но эти крики не могли заглушить протяжный вой, который падал на них с неба.

Облака с громким треском расступились и небо раскололось. Огненный шар, яркий, будто тысяча солнц, ударил в землю.

4

— Я все потерял. Планета мертва. Все покрыто льдом. Они все... Все замерзли. Все, кого мы с Леей вырастили. Я... Будто сам там замерз. И лежу сейчас среди них.

Яр тяжело опустился в кресло.

— И даже Лею я потерял, — продолжил Яр. — Мама, я ей такого наговорил... Она никогда меня не простит. И не вернется. А без нее, я уже не способен творить. Чего стоит демиург без музы? Ничего не стоит. Он пустое место. Я — пустое место. Прав был профессор Тотус: Курьер — вот мой уровень. Достойное меня занятие.

— Не время поддаваться унынию, сын, — включился в разговор Свар.

— О чем ты говоришь, отец? Тогда для чего сейчас время? Для радости?

— Мы узнаем что произошло, Зеус ведет расследование.

— Какой теперь толк в этом расследовании?

— Архангелы...

— Не говори мне об архангелах, отец. Это они виноваты в том что моя планета превратилась в грязно-серый шар. В том, что все живое на ней... Что на ней больше нет жизни. Это они прозевали астероид.

— Ты не прав, сын. Архангелы здесь ни причем. Я просмотрел записи мониторинга. Ничего крупного к твоей планете не прилетало. Да и ты сам постоянно видишь все космические объекты вокруг. Если бы рядом пролетал большой объект и его траектория пересеклась с траекторией планеты, мы бы узнали об этом. Задолго бы узнали. Архангелы не виноваты, сын.

— Но откуда-то он взялся, пап. В космосе ничего просто так не появляется, если только...

— Если только к этому не причастен дэв. Это ты хотел сказать? Зеус сообщил мне, что среди нас снова появился Падший.

— Ты думаешь, это Падший сбросил астероид?

— Мы не исключаем такую вероятность.

— Но чем моя планета ему помешала? Почему он убил именно мою планету?

— Тебе нужно успокоиться.

— И что это изменит? Они все разом оживут?

— Нет, не оживут. Они не оживут, Яр. Они всегда умирают. Даже без всяких катаклизмов, тебе придется смотреть как они умирают. Это доля демиурга. Мы все через это проходим.

— Что же мне теперь делать?

— Трудиться дальше.

— Но как? Лея ушла. Без нее я не смогу.

Лада подошла к сыну и прикоснулась к его руке. От пальцев матери по руке и дальше по всему телу разлилось приятное тепло и успокоились мысли.

— Лея любит тебя, сынок. Она вернется.

Сказав эти слова мать направилась к выходу. Уже у двери, Лада обернулась: — Ты напрасно забросил свою лабораторию. Там есть на что взглянуть.

Отец и сын переглянулись. Провидица Лада никогда не бросала слов на ветер. Мать говорила мало, но каждое ее слово можно было выбивать в камне. И если она сказала "ты зря забросил лабораторию", значит нужно лететь в лабораторию немедленно.

Яр влетел в лабораторию, едва не снеся по пути какой-то стенд и сразу направился к столу с объемными картинами поверхности планеты. На всех изображениях, как и раньше, показывали снег. И еще лед. И ничего больше. Он стоял возле стола, вглядываясь в белые картины и не сразу обратил внимание на открывшийся позади портал. А когда заметил, увидел Лею.

— Лея, я...

В ответ — молчание.

— Лея, прости меня. Я так вел себя... В общем, я очень боялся что ты не вернешься.

— Я знаю тебя с детства, Яр. И это далеко не первая твоя вспышка. Если бы я каждый раз обижалась, ты думаешь, я стала бы твоей музой?

— А что... нет?

— Все, хватит разговоров. У нас много работы.

— Какой работы?

Лея не ответила, потому что внимание ее было поглощено уже совсем не Яром. Она смотрела на изображение, которое продолжал транслировать круглый стол. На поверхности белоснежного ковра, которым теперь была покрыта вся планета, началось шевеление. Будто кто-то изнутри пытался прорыть себе ход. Наконец в снегу появилась норка, из которой высунулась усатая мордочка грызуна.

— Они выжили, — выдохнул Яр.

— Да. И мы заметили бы это раньше, если бы ты послушал вчера меня, а не начал выливать эти свои... эмоции.

— Я ведь извинился...

— Ладно, давай поищем еще жизненные формы.

— По излучаемому теплу не увидим. Снег мешает.

— Яр, кто из нас ученый? Ты живых только по тепловому излучению находишь?

— Нет. Можно еще многими способами. Например по датчикам движения. Или по эмоциональному фону. Правда так мы только высших животных увидим. И еще разумных.