Евгений Лачугин – Портал забытых миров: Тень Суверена (страница 23)

Элара вцепилась пальцами в край пульта. Именно так всё и начинается. Не с злого умысла. Не с глупости. С решения идти дальше на фоне неполных данных, потому что цена остановки тоже высока.

И всё же… если остановить сейчас, они потеряют окно, возможно – проект. Если продолжить, они, возможно, войдут не просто в адрес, а в чужую активную геометрию.

– Вокс? – позвал Сейл.

Он не спрашивал “что делать”.

Он спрашивал, достаточно ли опасно, чтобы вмешаться.

Элара смотрела на бегущие параметры. Ответный отклик был реален. Но стабилен. Не агрессивен. Не нарастающий по опасному профилю.

Пока.

– Продолжать можно, – сказала она. – Но я хочу ручной контроль на фазовой доводке.

Лира не колебалась:

– Разрешаю.

На её пульте открылись ручные ветви управления вторичными кольцами. Красные индикаторы загорелись у двух механических фазовращателей и секции аналогового ограничения поля. Элара положила руки на тактильные рукояти.

Вот ради чего вообще нужен человек.

Ни одна оптимизированная система не поймёт, где заканчивается статистически допустимое и начинается экзистенциально неправильное.

Она умеет считать риск.

Но не умеет чувствовать ложь в его форме.

– Переход к одиннадцати процентам, – объявил центр.

Кольца ускорились. На внутренних кромках вспыхнули тонкие дуги поля, не электрические и не плазменные – скорее след того, как пространство сопротивляется навязанной ему топологии. Воздух между кольцами стал плотным, будто там висела прозрачная мембрана. Глубина проёма исчезла. За ним было уже не “ничего” и не “стена”. Была странная неопределённость, как если бы глаз смотрел в чертёж, которому забыли сообщить, сколько у него измерений.

– Температура сектора девять вверх, – доложили снизу.

– Вижу, – сказала Элара. – Не трогайте. Это термодеформация на замке сегмента, она сейчас сама сядет.

– Подтверждаю, – через секунду сказал техник. – Села.

Джекс посмотрел на Райдера:

– Если выживем, я всё-таки хочу понять, как она это делает.

– Если выживем, я хочу, чтобы она делала это всегда, – сказал тот.

Брэкк стоял уже в полном снаряжении и смотрел не на кольца, а на людей вокруг. Как человек, который понимает: перед любой большой поломкой сначала ломается дисциплина.

Он был прав.

На соседней галерее один из молодых операторов слишком резко подался к экрану и зацепил локтем предохранительную крышку ручного рубильника. Крышка отщёлкнулась с сухим пластиковым ударом.

Элара услышала этот звук мгновенно.

– Не трогать! – рявкнула она так, что оператор вздрогнул всем телом.

Он замер.

– Простите.

– Потом.

Режим углубился.

Проём внутри кольца вспыхнул глубиной, которой не могло быть. Не светом – отсутствием привычного способа для света вести себя. За внутренней рамой возникло нечто вроде чёрной поверхности, но слово “чёрная” было неточным. Она не отражала, не гасила и не поглощала. Она просто не соглашалась быть пространством зала.

Портал открывался.

Без фанфар.

Без сияющих арок.

Как разрыв в договорённости между точками вселенной.

Где-то на фоне кто-то шумно вдохнул.

Кажется, один из техников.

Возможно, Джекс.

Райдер сказал очень тихо:

– Ненавижу, когда невозможное начинает выглядеть рабочим.

Элара почти не слышала его. Всё её внимание ушло в фазовую доводку.

Теперь каждая микросекунда имела значение. Открыть переход – недостаточно. Нужно удержать его так, чтобы через него прошёл модуль, живая команда, оборудование, связь и шанс вернуться. Если окно пойдёт волной, их может разрезать не в кровавом смысле – хуже. Расщепить маршрут, рассогласовать материю, выбросить на выходе не туда, куда вёл расчёт.

Ответный отклик усилился.

Не сильно. Но теперь уже без сомнений.

– Центр, – сказала Элара, стараясь говорить ровно. – Внешняя подстройка подтверждается. Оно… помогает.

Внизу Лира подняла голову.

– Что значит “помогает”?

– Значит, если бы я не видела цифры, я бы сказала, что с той стороны кто-то придерживает нам окно.

В зале стало тихо так, что слышно было только гул контуров и сухой перестук насосов.

Сейл спросил:

– Можете квалифицировать как угрозу?

– Нет.

Пауза.

– Пока нет.

Это “пока” никто не прокомментировал.

Лира приняла решение немедленно:

– Окно стабилизировать. Подготовить экспедиционный модуль к перемещению. Все лишние посты – шаг назад от внутреннего кольца.

Началось движение.

Сервисные захваты отпустили фиксаторы капсулы. Переходная платформа медленно, на электрогидравлических толкателях, поехала вперёд. Шлюзовой рукав встал в линию с проёмом кольца. Над модулем зажглись жёлтые полосы готовности.

Райдер первым поднялся по трапу в кабину. Не торопясь, но и не теряя времени. Человек, который умеет входить в опасные машины без театра. За ним – Джекс с контейнером биозащиты и сканирующим блоком. Брэкк – последним, прежде чем войти, ещё раз оглядел зал так, словно запоминал пути отхода из мира, который они могут больше не увидеть. Лира задержалась на площадке, обернулась на центральный пульт, затем вошла внутрь. Элара оставалась наверху.

У неё была своя работа.

– Вокс, – голос Лиры в канале. – На каких условиях ты готова нас пустить?

Это был хороший вопрос.