Евгений Кузнецов – ПРИЗРАКИ ШОССЕ: НОЛЬ (страница 8)
– Ладно, – сказал он. – Но если что – я выползу.
– Знаю. – Ноль встал. – Отдыхай. Вечером вернусь.
Он вышел.
В коридоре его ждала Лена. Уже в одежде для леса – куртка, высокие ботинки, рюкзак за плечами.
– Готова? – спросил Ноль.
– Готова.
– Коля где?
– Внизу. Машину завел.
Они спустились. Коля сидел в «уазике», нервно барабаня пальцами по рулю.
– Доброе утро, – сказал он. – Едем?
– Едем.
Выехали за город. Лес встретил их туманом – молочным, плотным, скрывающим дорогу.
– Плохая видимость, – заметил Коля.
– Даже лучше, – ответил Ноль. – Нас не увидят.
Оставили машину на том же месте. Пошли пешком. Лена держалась рядом, стараясь не отставать.
– Страшно? – спросил Ноль.
– Немного, – честно ответила она. – Но интересно.
– Что именно?
– Понять, кто я. И откуда. Тридцать лет думала, что я просто Лена из детдома. А теперь… теперь я чья-то дочь. Чья-то сестра. И, кажется, что-то большее.
Ноль промолчал.
Они вышли к поляне. Доты стояли на месте – серые, молчаливые, ждущие.
– Тот самый? – спросила Лена.
– Да. Внутри.
Они вошли. Фонари осветили бетон, сырость, старые рисунки на стенах.
– Мама была здесь, – тихо сказала Лена. – Я чувствую.
– Чувствуешь?
– Странно, да? – Она усмехнулась. – Я вообще много чего чувствую. Больше, чем надо. Наверное, поэтому в медсестры пошла.
– Это дар, – сказал Ноль. – У меня тоже есть. Просто ты не развивала.
– Научишь?
– Если выживем.
Они прошли в ту самую комнату с алтарем. Тело убитого сектанта исчезло – унесли свои. Остались только пятна крови на бетоне.
Лена подошла к стене. Провела рукой по камню.
– Здесь что-то есть, – сказала она. – За этим камнем.
– Откуда знаешь?
– Рука чувствует. Тяга.
Ноль подошел, осмотрел стену. Обычный бетон, старый, с трещинами. Но одна трещина была шире других, будто камень сдвигали.
– Помоги, – сказал он.
Они навалились вдвоем. Камень поддался, сдвинулся с места, открывая нишу.
В нише лежала шкатулка. Старая, деревянная, покрытая резьбой.
Лена протянула руку, взяла.
– Тяжелая, – удивилась она.
Открыла.
Внутри лежал нож. Старинный, финский, с рунами на лезвии. И рядом – фотография. Мать. Стоит у этого же дота, держит в руках этот же нож.
– Ключ, – прошептала Лена. – Она говорила про ключ.
– Не просто нож, – Ноль взял его, повертел. – Это оружие. Против Хийси.
– Откуда знаешь?
– Руны. Я такие видел в старых книгах. Это заклинание. Смерть для демона.
Лена смотрела на нож, не веря.
– Она хранила это. Для нас.
– Для тебя, – поправил Ноль. – Она знала, что ты придешь.
Сзади послышался шум.
– Опять? – выдохнул Ноль.
Они обернулись. В проходе стояли люди. Много. С факелами и оружием.
– Выходите, – сказал голос из темноты. – Отдайте нож – и живите.
Ноль сунул нож Лене.
– Беги. Вторым выходом. Там, где мы в прошлый раз…
– А ты?
– Я задержу.
– Нет!
– Беги, я сказал!
Лена рванула в темноту. Ноль развернулся к сектантам, достал пистолет.
– Ну, – сказал он. – Кто первый?
Лес наполнился криками и выстрелами.
Лена вылетела из дота, споткнулась, упала. Вскочила, побежала дальше. В руках – нож, прижатый к груди.
Сзади гремело.