Евгений Кудрин – Тёмный маг (страница 28)
Оставшись лишь в прожжённых штанах, маг прижал к себе Келву и подозвал Дартула. Старый монах подошёл и в недоумении пожал протянутую ему руку. Неожиданно их охватил синеватый поток, и они оказались уже посреди храмовой площади.
— Что это было?! — удивлялся Дартул.
— Чистая магия открыла для меня новые возможности. Теперь я могу быть где угодно и брать с собой кого угодно. Единственное ограничение — надо хотя бы однажды видеть то место, куда хочешь попасть. Теперь я достаточно силён, чтобы сместить предателя с трона, вернуть к власти законную династию и заключить мир с Севером!
— Ты должен отдохнуть, — настаивала Келва. — С тобой такое творилось!
— Чувствую себя как никогда лучше! — ответил ей маг.
Догадки Эскалина о чаше оправдались. Позже на ковре перед потухшим очагом он рассказал Дартулу, сыновьям и Келве, что же было в видении и как храм связан с историей древних и их культурой.
Эскалин проснулся на рассвете. Совсем рядом, лицом к нему спала его целительница. Маг обрадовался её присутствию, улыбнулся, хотел поцеловать девушку и уже приблизился, как вдруг передумал, как можно тише встал с постели, чтобы не разбудить любимую, затем хорошо размялся, да так, что суставы громко захрустели.
— Наконец, ты проснулся, — отбросив полудрему, сказала Келва.
— Доброе утро. Сколько я пролежал? Спина ужасно ноет.
— С вечера позапрошлого дня. Больше ничего не болит, только спина?
— Нет, не болит. Что, неужели?! Больше суток?
— Да. Я думала ты не переживёшь то, что с тобой случилось. Я так рада, что всё обошлось, — Волшебница встала с постели, обняла любимого и заплакала. — Ты умывайся пока, а я сбегаю вниз, расскажу всем и позову тебя.
К раннему завтраку на первом этаже Келва пригласила довольно скоро. Монахи решили отпраздновать такой знаменательный день и богато накрыли длинный стол в центральной зале. Волшебник удивлённо смотрел на изобилие еды, напитков и шёпотом спросил у спутницы:
— Откуда всё это?!
— Не знаю даже. Они не говорят.
Перед трапезой Дартул с сыновьями молились идолу у камина. Эскалин узнал фигурку божества, и когда все расселись за столом, прямо спросил:
— Вы отрицаете других богов?
— И, да и нет, — ответил старший сын. — Они не боги, они также были созданы творцом, как и мы с вами. Впрочем, давайте не будем говорить об этом сейчас. Прошу отведайте угощение…. Мы старались, потому что то, что произошло два дня назад — это…. Этого мы ждали уже очень давно.
— Теперь вы сможете покинуть храм? Не так ли? — догадался Эскалин.
— Вы стали проницательны, мой дорогой друг, — заметил Дартул.
Гости едва успели отведать яства, как вдруг Чёрный маг встал и заявил:
— Что-то не так…. Карлак заблокирован!
Неожиданно в трапезную со стороны двора в открытые окна ворвался жуткий грохот. Келва вздрогнула и беспокойно посмотрела на Эскалина. Он немедля направился к выходу, босым выбежал на крыльцо, где увидел, что ворота выломаны, а к храму приближаются отряд воинов-разведчиков и маги в красных и белых одеяниях.
Четверо королевских гвардейцев в сверкающих золочёных латах, тоже были среди непрошеных гостей, у ступеней они встали в боевые стойки, подняв длинные мечи так, что эфесы упиралась им в пояса. За воинами встали маги, один из них узнал в мужчине на крыльце Ологрима, достал указ и незамедлительно прочитал:
— Гольдамеш Ологрим сын Осониса Светлого[5]! Волей его королевского величества вы арестованы и должны немедленно прибыть в столицу, где предстанете перед судом. Предупреждаю, если окажете сопротивление, мы уполномочены принять самые крайние меры.
Пока белый маг читал указ короля, Эскалин оценил силы противника. Стольких волшебников ему за раз было не одолеть даже теперь с новыми приобретёнными силами. Чуть позже на крыльцо выбежала Келва и, увидев воинов и волшебников, ахнула в изумлении.
— Я не понимаю о чём это вы! — тянул время Эскалин.
Белый маг, что читал указ, фыркнул и скомандовал воинам:
— Гвардейцы, привести указ в исполнение! Арестовать всех в храме и провести допросы! При попытке бегства казнить на месте. Ологрима взять живым — приказ Владыки!
— Да, откуда же вы взялись?! — запаниковал Эскалин.
Разведчики двинулась к крыльцу. На каждом из них весели как минимум три видимых магических барьера. Пробить такую защиту Чёрный маг мог быстро, но врагов было слишком много. Чтобы выиграть время Эскалин скрытым жестом невербальной магии за спиной сотворил перед ступенями крыльца невидимую стену. Воины вдруг врезались в неё и, не поняв, что же произошло, схватились за мечи, некоторые вынули их из ножен.
Эскалин схватил Келву за руку, затащил обратно в храм, захлопнул тяжёлую дверь и запер её на длинный засов, преграждая путь брошенным в них оглушающим заклинанием. Обращаясь к обеспокоенному Дартулу, маг сказал:
— Это за мной. Не сопротивляйтесь, и они не навредят вам. Спасибо за всё и прощайте.
— Перемести нас, как тогда из пещеры! — просила Келва.
— Не выходит, я пытался ещё на крыльце! Этот белый волшебник…. он как-то блокирует Карлак. — За дверью что-то рухнуло, и маг констатировал: — Преграду разрушили. Скорей!
Когда воины выломали двери храма и забежали в просторный зал, то наткнулись только на монахов, мирно стоявших у стены справа.
— Где они?! — кричал белый маг. — Отвечайте!
— В храме, где же ещё?! — спокойно ответил монах.
— Обыскать всё! — командовал южанин дальше. — А этих под стражу!
Эскалин и Келва второпях сгребали вещи в сумы, когда услышали топот тяжёлых сапог на втором этаже.
— Я их отброшу. Поторопись. Что можешь, оставь, я добуду ещё.
Чёрный маг уже надел серый плащ и сапоги, одолженные у монахов, когда вышел из комнаты в коридор, где по соседним комнатам рыскали разведчики. Первый из них увидел Ологрима, крикнул остальным: «Он здесь!» И побежал вперёд.
Волшебник среагировал моментально, его руки налились белым светом, чтобы создать тройное проникающее заклинание. Волшебные потоки устремились по коридору и ударили в нагрудник врага. Разведчика отшвырнуло, и он повалил следовавших за ним двух других соратников. За ними, перешагивая через потерявших равновесие воинов, по лестницам поднимались королевские гвардейцы. Закалённые в магических кузницах их доспехи были не восприимчивы к волшебству.
Подобно взрыву с отложенным моментом, следующим волшебным действием Эскалин сжал перед собой коридорный воздух, а когда враг подступил достаточно близко, он отпустил силу, которую только что сконцентрировал. Волна высвободившейся энергии захватила латников, отбросив назад к лестнице, и плотным невидимым фронтом распространилась по храму, сбивая всех с ног, игнорируя барьеры и прочую защиту. На необычный грохот из комнаты с сумками выскочила Келва, увидела, что любимый невредим и ждёт её, широко улыбнулась.
Назад в зал на первый этаж прохода не было, пол был завален ошеломлёнными на некоторое время воинами. Пришлось лезть через окно в противоположном конце коридора, выходящее на задний двор. Открыв раму, они скинули сумки и спустились вниз по выступам в каменной стене. Уже на земле Эскалин вдруг остановился и сказал:
— Теперь я могу открыть Карлак прямо тут! Мне уже не надо определённой высоты или сходимости магических потоков, — улыбался маг, только что открывшейся истине.
— Ну, так давай! — крикнула на него Келва. — Шевелись!
В воздухе вновь появился алый крест, а за ним открылся разлом через пустоту. Пыль снова устремилась куда-то внутрь, затягиваемая неведомой силой.
— Теперь ясно… Он знает только о местных тоннелях для прыжков.
Из-за пристройки показались воины, возглавляемые белым магом. Один из гвардейцев незаметно подкрался и дёрнул Келву к себе за волосы, попытался прижать, чтобы схватить за горло, но тут же получил в глаза припрятанный в сумке едкий порошок. Что-то зашипело у него на лице, и он с дикими криками невольно забежал в Карлак. Эскалин подтолкнул Келву, и та немедленно шагнула за латником. Прыгнуть следом у Эскалина не получилось. Белый маг помешал ему, кинув ослеплявшую вспышку под ноги. Эскалин успел защитить глаза и сразу же ответил контрзаклинанием. Меч, который уронил ослеплённый воин, поднялся в воздух. В полёте эфесом он угодил в голову белому магу и повалил на землю. Враги подобрались к нему совсем близко, даже выстрелили из арбалетов, но это уже не беспокоило Эскалина. Он отразил все атаки, поставил барьер-стенку и с разбегу прыгнул в карлак.
В середине лета в тёплый пасмурный день, после небольшого дождя, прибившего коричневую пыль на дорогах, всадник в белых одеяниях на чёрном скакуне остановился перед коваными воротами огромного, едва ухоженного двора. На цокот копыт вышел старик из пристройки, располагавшейся сразу за решётчатой оградой. Увидев белые одеяния путника, он заторопился к воротам, поднял затвор и раздвинул тяжёлые половины. Поприветствовав прибывшего гостя, как это было принято в королевстве для высших волшебников, однако не проронив ни слова, привратник смиренно отошёл в сторону и потупил взгляд.
— Ты достаточно ловок для своих лет, старик, — говорил путник, неспешно ведя под уздцы скакуна через отворённый проход. Поравнявшись с привратником, он вдруг остановился и спросил: — Как тебя там… напомни?!