Евгений Коваленко – VEROLIKI. История моих рукопожатий: бизнес-роман о силе коммуникации и настойчивости (страница 9)
«Это последний раз в твоей жизни, когда ты ночуешь на грязном чердаке чужого дома. Ты уйдешь отсюда и найдешь работу. Ты изменишь свою жизнь так, чтобы тебе больше никогда не приходилось оставаться без ночлега. И никогда не будешь скитаться и ночевать с бомжами, это первый и последний раз».
После бессонной ночи я ощущал жуткую усталость и слабость. Голова трещала от боли. Мне хотелось скорее уйти с этого чердака и никогда сюда не возвращаться. Когда Коля проснулся, беззаботно потягиваясь и зевая, я буквально схватил его и потащил в квартиру его товарища. Позвонил в дверь и, как только она открылась, влетел в коридор и отчеканил:
– Газета с объявлениями есть?
Сонный, не понимающий, что происходит, парень сунул мне газету. Я сразу же открыл раздел объявлений о работе и принялся изучать их. Обзвонив без толку около 10 объявлений, я и не думал сдаваться. В конце концов одно из них показалось мне особенно интересным: «Работа строителям. Жилье предоставляем». «Отлично. Не зря учился на строителя», – обрадовался я и набрал заветный номер.
Через пару часов после звонка мы приехали на собеседование. Подходя к кабинету директора, я пообещал себе, что во что бы то ни стало получу работу и проведу следующую ночь в кровати. Загвоздка была только в том, что наши с Коляном дипломы были просто «бумажками». Лекции мы прогуливали, а зачеты и экзамены сдавали за палку колбасы или коробку конфет. Но все это сейчас не имело значения, важно было только одно – получить работу. Поэтому я придал лицу уверенное выражение, расправил плечи и с порога заявил:
– Добрый день! А мы профессиональные строители, вот наши дипломы. Всё умеем! Любые виды работ! Берите, не пожалеете. Сделаем все в лучшем виде.
Директор внимательно на нас посмотрел, проверил документы, на секунду усомнился, а потом ответил:
– Ну что же, парни, отлично. Вы мне подходите. Общежитие дадим. Приходите завтра, так как сегодня…
«Какое завтра? Нет. Я не вернусь на чердак», – начал кричать внутри себя я. Но, быстро смекнув, что криком тут дело не решить, опустил глаза и тихим голосом произнес:
– Но нам негде ночевать. Вообще негде, мы на улице на ночь останемся. Нам нужно сегодня!
Тень сочувствия пробежала по лицу директора, и он ответил:
– Ладно, ребят, я вас понял. Езжайте в общежитие, там Боря главный, он будет вашим прорабом. Он что-нибудь придумает.
Боря оказался смешным худощавым парнем, похожим скорее на школьника-ботана, чем на прораба. На его худом лице выделялись круглые очки с толстыми стеклами. Разговаривал он высоким голосом.
Для нас в тот день Боря стал волшебником: он быстро нашел свободную комнатушку, куда мы заселились, и сообщил, что с завтрашнего утра начинается работа. Так веселье и свидания сменились тяжелым трудом на стройке.
Первый рабочий день запомнился мне ощущением растерянности. Нас привезли в огромное офисное здание, Боря выдал инструменты и распорядился шпаклевать стены. А мы ведь не умеем! Хотя Боре сказали, что все умеем и все сделаем. Шпаклевку я видел первый раз. Но раз надо, значит, надо. И мы, следуя инструкции, учились шпаклевать стены на своем первом объекте. Получалось отвратительно.
Вечером, вернувшись принять работу, Боря схватился за голову и почти закричал: «Ё-моё! Ребят, вы что наделали? Шпаклевать, что ли, не умеете?» Услышав его слова, я не на шутку перепугался. Неужели это все и мы снова окажемся на улице? К счастью, выгонять нас никто не собирался. Увидев, что мы совсем не справляемся с обязанностями, Боря подогнал нам на помощь гастарбайтеров. Ребята с трудом говорили по-русски, но зато строить умели отлично.
Денег у нас не было, и ничего не оставалось, кроме как просить у Бори выдавать суточные в долг до зарплаты. Боря давал по 500 рублей. Добрый, открытый и понимающий парень был этот Боря. Выданные им деньги мы тратили на продукты, а иногда и на свидания. Мой желудок урчал от голода, лицо стало бледным и осунувшимся. Проезжая по улицам города, я смотрел на красиво одетых людей, новенькие иномарки и бизнес-центры с зеркальными окнами. Вся эта бурлящая жизнь будто проходила мимо меня. Вместо моря легких денег и успеха я получил стройку и 500 рублей в день. И чем ближе был день сдачи объекта, тем острее я чувствовал, что в Петербурге мне не место.
Последнюю вещь, связанную с теплом родного дома, – свои любимые часы – я заложил в ломбард, чтобы хоть как-то выжить. Сердце обливалось кровью, когда я сдавал их, понимая, что больше не выкуплю и не увижу. В этом поступке было так много отчаяния: отдать ценную и памятную вещь, чтобы просто позволить себе хлеб с маслом… В тот момент я понял, что, закончив работу на стройке, уеду отсюда. В Питере одиночество и неприкаянность сопровождали меня на каждом шагу.
Завершив работы и сорвав при этом все сроки из-за своей неопытности, мы с Колей решили вернуться в Москву, к Славику. Там нам жилось как в раю. И почему-то казалось, что он и его мама ждут встречи с нами.
Увы, большие города разбивали мои наивные надежды. Дома у Славы никто нам не открыл: более того, мы слышали, как его мать сначала подошла к двери и посмотрела в глазок. А потом закрыла дверь на все замки: мол, вам тут не рады, убирайтесь отсюда. Но мы не отчаивались и пошли к прекрасным девушкам, у которых жили во время первой поездки в Москву! Там были нам рады и разрешили остаться.
В Москве, живя у девчонок, мы долго не могли найти работу. Везде от нас требовали регистрацию. Единственным вариантом оказалась работа на мебельной фабрике, куда нас устроили по рекомендации. Лично мне там работать нравилось: собрал диван – получил деньги, и жить можно. Но Коля кривился и заявлял, что такая работа не для него. Жить за счет девушки в чужом городе я не мог. Мне стало противно от себя и от такого поведения. Я задавался вопросом: «Как же молодой, сильный и перспективный парень вдруг оказался на шее у женщины, без денег в чужом городе?» Мне не хотелось оставаться в таком положении, и я принял решение вернуться домой.
Я попрощался с Коляном и девочками и сел на поезд. Всю дорогу домой я ехал с ощущением жгучего стыда. Еще недавно я гордо уезжал в предвкушении побед, денег и славы. А теперь возвращаюсь как побитый пес… Было стыдно смотреть в глаза матери и друзьям. Но другого выхода я не видел.
Вся эта ситуация в очередной раз показала мне, как важно проявляться, быть коммуникабельным, настойчивым. И главное – действовать. Я договаривался с людьми о работе и стоял на своем, когда это требовалось. Нужны были деньги? Искал выход.
Благодаря обаянию и настойчивости я смог уговорить начальство предоставить нам жилье в первый день, чтобы не остаться снова без крова.
Я принял решение действовать даже в самых сложных ситуациях, когда кажется, что нет выхода. И дал себе слово никогда больше не оказываться без средств и без крова. В Питере пришлось нелегко, но это был ценный опыт. Та ситуация показала мне, что свои ошибки нужно принимать, чтобы провести над ними работу и в будущем их не совершать.
После наших неудач желание добиться успеха не покинуло меня. Наоборот, в то время начала ярче проявляться главная формула успеха: Настойчивость! Коммуникабельность! Действие!
Трудный год
7
Я вернулся домой в зимние праздники, когда в селе кипела жизнь. Все отмечали Новый год, Рождество, ходили друг к другу в гости, на улицах тут и там попадались шумные компании… И тоска оттого, что я так бездарно потратил время и деньги в больших городах, наконец отступила. Я был дома. А дома, говорят, и стены помогают.
В родном селе я вспомнил о своем увлечении спортом, снова стал боксировать.
Мать предлагала устроить меня в охрану на колбасный завод, где сама в то время работала в бухгалтерии. Но там нельзя было подвесить мою боксерскую грушу, и я отказался. Решил, что справлюсь сам. И справился, конечно. Правда, жизнь преподала мне тогда хороший урок…
Когда я вернулся из армии, стояла осень. С Игорем мне встретиться сразу не удалось: мой друг на тот момент был в Краснодаре, а я направился прямиком в село. После случился наш с Коляном безумный заезд по большим городам, и, естественно, с Игорем мы так и не пересеклись.
Встретились мы только ближе к весне. Как выяснилось, мой друг в Краснодаре работал парковщиком на муниципальной стоянке. У него даже было удостоверение от администрации города: серьезное, красненькое такое. Но главное удовольствие от работы Игорь, конечно, находил не в официальном документе.
– Почему, – спросил его я, – ты вдруг решил парковщиком устроиться?
– Ты что, здесь вообще нормально! Тут весь день ничего не делаешь, просто машины паркуешь, и за это тебе дают деньги! Часть в кассу, часть в карман себе, в итоге нормально зарабатываешь. И главное, что время на тренировки остается.
В общем, Игорь, как я убедился, был верен себе и своему образу жизни.
В следующий раз мы с другом встретились уже в селе спустя несколько недель. Итогом этой встречи стала покупка моей первой машины – вазовской «копейки». И помогло нам в этом, как ни удивительно, то самое красненькое удостоверение. Дело было так…