Евгений Ищенко – Инфляция чувств (страница 16)

— Потому что для неё это старая песня. Канон-0. Должна отвечать мгновенно.

Экран мигнул, и на долю секунды появилась строка:

Первичная фиксация: 732 дня до Революции Чувств.

Строка висела секунду — и исчезла.

На её месте появилось:

Первичная фиксация: День Революции Чувств.

Глеб не двигался.

— Ты видел? — спросил Данте.

— Нет, — сказал Глеб.

— Глеб.

— Я сказал «нет», потому что мне так спокойнее.

Виктор наклонился к экрану.

— Она исправила ответ.

— Или кто-то исправил ответ, — сказал Глеб уже без юмора.

Второй экран вспыхнул жёлтым.

Внешний контур наблюдения: подключён.

Источник: не определён.

Приоритет: выше служебного.

Глеб побледнел.

— Это плохо.

— Насколько?

— Если бы в пустыне начался дождь, я бы сказал: ковчег строить уже поздно.

— Кто это? — спросил Виктор, кивнув на экран.

— Не знаю. Не наш контур, не Антиплагиата. И не учебный. И не муниципальный. Приоритет выше служебного. Я таких не должен видеть.

— Но видишь.

— Именно поэтому мне хуже.

Третий экран, который Глеб не трогал, вдруг открыл новое окно. Сам.

Все трое замолчали.

В окне появлялись строки — медленно, будто кто-то набирал их изнутри системы.

Текстовый слой: В. Рембо.

Первичная текстовая фиксация: день Революции Чувств.

Музыкальная основа: источник не установлен.

Статус музыкальной основы: закрыто.

Первичная фиксация музыкальной основы: 732 дня до Революции Чувств.

Уровень доступа: недоступен.

Глеб прошептал:

— Она не должна была это показать.

— ФАКТУРА? — спросил Данте.

— Или не ФАКТУРА.

Окно дрогнуло. Поверх данных появилась новая строка.

Запрос выходит за пределы допуска.

Сеанс будет завершён.

Глеб резко выпрямился.

— Нет-нет-нет, милая, мы так не договаривались.

Он начал что-то вводить. Быстро. Слишком быстро.

— Глеб, что ты делаешь? — спросил Виктор.

— Карьерную глупость. Запомните этот момент: именно сейчас я совершаю карьерную глупость.

Красная строка мигнула.

Сеанс будет завершён через 10 секунд.

— Глеб!

— Молчи, Виктор, я почти счастлив!

9.

8.

7.

Он выдернул второй кабель, одновременно нажал две клавиши и ударил ладонью по старому физическому выключателю под столом. Один из экранов погас. Второй замер. Третий продолжал показывать четыре строки.

Глеб схватил бумажный стикер и быстро переписал данные рукой.

— Что ты делаешь? — спросил Данте.

— Сохранять нельзя, фотографировать нельзя, распечатать нельзя. Бумажный стикер — наш маленький дореволюционный друг.

3.

2.

1.

Экран погас.

В кабинете стало темнее.

Несколько секунд никто не говорил.