Евгений Хитряк – Нормандия 1944. Битва за плацдармы (страница 55)
Резервная бригада 3-й пд — 9-я пехотная бригада бригадира Каннингема — высадилась на участке «Сворд» около полудня, но потратила массу времени в попытках выбраться из транспортного затора на пляже. Три пехотных батальона наступали от побережья направо с намерением сосредоточиться в районе Плюмто в непосредственной близости от гряды Перье. По плану бригада должна была наступать вдоль правого фланга плацдарма 3-й пехотной дивизии в направлении аэродрома Карпике и города Кан, но на окраине деревни Эрманвиль бригадир Каннингем повстречал командира дивизии и командира корпуса, которые изменили его задачу. Бригада должна сдвинуться влево и помочь осажденным парашютистам 6-й вдд. Каннингем вернулся в штаб бригады, чтобы внести коррективы в действия батальонов, и короткое время спустя был ранен минометным снарядом. Вместе с ним были ранены еще пять офицеров штаба, а шестеро убиты. Фактически бригада осталась без командования и потому не сыграла существенной роли в день «Д». 2-й линкольнширский батальон и 2-й Королевский батальон ольстерских стрелков окопались у деревни Эрманвиль, а 1-й батальон личных шотландских пограничников Короля выдвинулся к оборонительному периметру вокруг деревни Сент-Обен.
Немецкая контратака
Первый натиск войск вторжения на участке «Сворд» приняли на себя солдаты 716-й пехотной дивизии. Участок побережья у Уистреама был зоной ответственности 1-го батальона 736-го пехотного полка, а у Лион-сюр-Мер — 3-го батальона того же полка. Орудия в районе обслуживались солдатами 1-го батальона 1716-го артиллерийского полка, входящего в состав дивизионной артиллерии. Многие из этих подразделений содержали большой процент восточных добровольцев, которые, вопреки скептическим высказываниям генерала Рихтера, сражались на удивление упорно. Никакими существенными резервами 716-я дивизия не располагала, и как только полоса прибрежных укреплений была прорвана штурмовыми батальонами британцев, единственной доступной силой, способной сдержать наступление союзников к Кану, стала 21-я танковая дивизия. С раннего утра подразделения дивизии были вовлечены в действия против парашютистов британской 6-й вдд, но в 10.30, прежде чем командир 125-го панцергренадерского полка подполковник Ганс фон Люк успел расставить свои силы для организованного нападения на захваченные мосты в Бенувиле, из штаба 84-го корпуса поступил приказ выдвинуться в точку сбора севернее Кана и приготовиться атаковать вторгнувшегося с моря врага. Поскольку к этому времени часть дивизии уже была вовлечена в сражение против парашютистов генерал-майора Гэйла, командир 21-й танковой дивизии генерал-майор Эдгар Фёхтингер вынужден был разделить свои силы. Сборный отряд фон Люка оставили на восточном берегу реки Орн с задачей уничтожить парашютистов и вернуть контроль над захваченными переправами. Оставшейся части дивизии следовало как можно скорее прибыть в район гряды Лебизе. Маршрут их выдвижения пролегал через Коломбель и Кан. Движение серьезно сдерживали авиация союзников, а также толпы беженцев и горы обломков на улицах Кана — последствия дневного и не совсем ясного по задачам массированного налета Королевских ВВС на город. Полковник Герман фон Оппельн-Брониковски привел свой изрядно потрепанный 22-й танковый полк в Лебизе примерно в 16.00 и был удивлен встретить там генерала Маркса. Командир 84-го корпуса кратко и ясно разъяснил полковнику положение дел: «Оппельн, если вам не удастся сбросить британцев в море, мы проиграем эту войну». Приказ «Танки вперед» был отдан в 16.20 и немецкие войска выступили вперед двумя кампфгруппами:
— Кампфгруппа Рауха западнее (2-й батальон 192-го панцергренадерского полка, 220-й саперный батальон дивизии (без одной роты), 2-й батальон артиллерийского полка дивизии);
— Кампфгруппа Оппельна восточнее: (22-й танковый полк (без одной роты), 2-й батальон 125-го панцергренадерского полка, рота 220-го саперного батальона дивизии, 3-й батальон артиллерийского полка дивизии).
Навстречу им из Бьевиля двигался передовой отряд 2-го шропширского батальона в сопровождении танков батальона стаффордширских йоменов. Примерно в 16.25 разведгруппа йоменов доложила, что, по меньшей мере, рота немецких танков приближается со стороны Кана. Количество вражеской бронетехники в поле зрения британцев быстро возрастало. 21-летний лейтенант Гарри Джонс из шропширского батальона вспоминал:
Первая сумятица была быстро преодолена. Разведка предсказывала, что 21-й тд пойдет в контратаку, как только соберет силы, и британцы отреагировали на эту угрозу стремительно и эффективно. Из Бьевиля вдоль гряды Перье был развернут противотанковый экран из эскадрона стаффордширских йоменов, противотанкового взвода шропширского батальона (6-фунтовые орудия) и взвода 41-й противотанковой батареи (17-фунтовые орудия). «Шерманы» эскадрона «В» йоменов блокировали местность севернее, вокруг Перье.
Восточная колонна 21-й тд двигалась непосредственно в Бьевиль, то есть прямо к британскому противотанковому экрану. Два немецких танка были подбиты йоменами и еще два — противотанковыми орудиями шропширцев. Оппельн-Брониковски развернул оставшиеся машины на запад, но они по-прежнему оставались под огнем.
4-й взвод 41-й противотанковой батареи записал на свой счет два подбитых танка, еще четыре стали жертвами огня танков эскадрона «А» йоменов — два взвода выдвинулись вперед с позиций и преследовали немецкую колонну, не давая противнику опомниться. Продолжая наступать на северо-запад, кампфгруппа Оппельна шла прямиком на позиции эскадрона «В», который затаился, скрытый за грядой Перье. В неофициальной истории 21-й тд указывается: «Британские позиции были тактически очень хорошо выбраны, а их огонь — одновременно плотным и точным. Первый танк был подбит прежде, чем получил возможность выстрелить. Остальные двигались вперед, стреляя в направлении предполагаемой позиции противника, но британские орудия были хорошо скрыты, и спустя несколько минут мы потеряли шесть танков. Тем временем, подошли, обходя слева гряду Перье, 35 танков гауптмана фон Готтберга. Они атаковали высоту 61, которую удерживал эскадрон стаффордширцев. Но и здесь ситуация была неутешительной. Огонь англичан с хорошо подготовленных позиций был убийственным». За короткое время слаженная танковая атака немцев превратилась в хаос. Как минимум 16 танков были полностью уничтожены, многие получили повреждения, при этом координация была полностью утеряна. Ефрейтор Вернер Кортенхаус описал ситуацию в своих воспоминаниях:
Западная колонна подполковника Рауха действовала гораздо успешнее. Им удалось избежать огня орудий 185-й бригады, выйти к западному краю гряды Перье и вклиниться в брешь между участками «Джуно» и «Сворд». Однако в процессе наступления кампфгруппа понесла потери от огня кораблей и налетов авиации, и фактически к береговой линии между Лион-сюр-Мер и Люк-сюр-Мер удалось выйти только элементам 1-го батальона полка. Позже к ним присоединились несколько танков 22-го тп. Прорвавшиеся немецкие силы вошли в контакт с защищавшими это отрезок побережья солдатами 3-го батальона 736-го полка. Однако наступательный порыв уже был утерян. Прорвавшаяся группировка не имела достаточных сил для флангового удара вдоль берега, а в 21.00 небо над сильно поредевшими силами генерала Фёхтингера заполонили ряды самолетов, тянувших на буксире планеры с пополнением для 6-й воздушно-десантной дивизии. Подполковник Ганс фон Люк вспоминал, что большинство немецких солдат восприняло это величественное зрелище как «молниеносный ответ на контратаку 21-й тд». Ефрейтор Кортенхаус описывал прибытие 6-й планерной бригады к зонам высадки: «Это невозможно забыть. Внезапно послышался глухой рев огромного числа самолетов, и затем мы увидели их, сотни и сотни, тянувшие на буксире огромные планеры. В небе не осталось места, только самолеты и планеры, планеры и самолеты». В непосредственной близости от зон посадки планеров было развернуты зенитные орудия лейтенанта Холлера: «Мы глазели вверх, а они опускались прямо на нас. Бесшумно эти гигантские деревянные коробки проплывали у нас над головами и опускались на землю. Солдаты и снаряжение лились из них потоком. Мы стреляли и стреляли в эти планеры из всего, что было под рукой. Наши зенитки повредили много планеров, но их было такое множество, что эти усилия не имели никакого смысла».
Приземлившиеся по обе стороны реки Орн планеры, фактически в тылу у 21-й тд, были расценены Фёхтингером как прямая угроза целостности его дивизии. Это вызвало немедленный отказ от прежних планов и отвод всех сил к северным предместьям Кана. Ни одна из задач контратаки достигнута не была. Однако она имела очень важное последствие, определившее характер боевых действий в британском секторе высадки на много недель вперед. В сумерках танкисты передового эскадрона стаффордширских йоменов обозревали с высоты Лебизе горящий город Кан. Будь у них пехотная поддержка, высоту можно было бы превратить в передовую позицию для завтрашнего генерального наступления на город. Однако контратака 21-й тд и активные действия кампфгруппы фон Люка на восточном берегу реки Орн вынудили генерал-майора Ренни перегруппировать силы, отправив резервы на укрепление флангов плацдарма. Танки стаффордширских йоменов отошли в Бьевиль. Стратегически важная возвышенность Лебизе без боя перешла в руки панцергренадеров 21-й тд, которые прибывали сюда в течение ночи и спешно окапывались с твердым намерением не пустить англичан в Кан. В истории 27-й бронетанковой бригады записано: «Много недель отчаянных боев пройдет прежде, чем батальон стаффордширских йоменов получит возможность вновь ступить на эту высоту».