Евгений Хитряк – Нормандия 1944. Битва за плацдармы (страница 54)
Штурм опорного пункта «Хиллман»
Опорный пункт WN17 покрывал район 550 на 350 метров и включал в себя два бетонных сооружения типа H605 с бронированными колпаками, многочисленные бетонные убежища, позиции противотанковых орудий и пулеметные сооружения типа «Тобрук». По периметру он был обнесен проволочными заграждениями и широкими минными полями. Фактически опорный пункт представлял собой штаб 736-го пехотного полка полковника Людвига Круга. Штурм его представлял собой серьезную задачу, и первые потери саффолкский батальон понес еще до того, как приступил к атаке: выдвигаясь на исходные позиции, рота «А» попала под обстрел, потеряв убитыми и ранеными несколько десятков бойцов. У южной окраины деревни Кольвиль британцы повстречали канадского офицера-парашютиста, который был высажен в неправильном месте и с рассвета наблюдал за вражеским опорным пунктом с укромной позиции на краю кукурузного поля. Полученная от него информация была неутешительной: бомбардировка не оказала никакого эффекта на позицию, разве что несколько воронок появились в непосредственной близости от внешнего пояса проволочных заграждений. Новостью было и наличие на сооружениях бронеколпаков — разведка союзников не распознала их на многочисленных аэрофотоснимках. Невозможность вызвать артиллерийской поддержку флота довершала мрачную картину. Командир батальона подполковник Ричард Гудвин принял решение атаковать цель ротой «А», разместив остальные силы следующим образом: рота «В» — справа, готовая поддержать штурмовые силы, рота «С» — слева, рота «D» — на окраине деревни Кольвиль в качестве резерва.
В 11.30 командир роты «А» майор Рили лично выдвинулся на разведку опорного пункта. Он не питал особых иллюзий по поводу успеха предстоящей атаки, но когда получил возможность понаблюдать за вражеской позицией, утратил последние остатки оптимизма. Впрочем, выхода не было. В 13.00 он доложил подполковнику Гудвину, что рота готова к атаке. В 13.10 всем подразделениям был подан условный сигнал «Краб» — начало штурма опорного пункта «Хиллман». Орудия 76-го полевого артполка и собственные трехдюймовые минометы батальона вели заградительный огонь, пока солдаты роты «А» концентрировались в непосредственной близости от проволочных заграждений, а специальная саперная группа закладывала под внешний пояс бангалорские торпеды. Когда проходы были сделаны, саперы сняли мины в промежутке между рядами проволоки и вновь пустили в ход торпеды. Однако по какой-то причине те не сработали, и саперам пришлось возвращаться в тыл за новым комплектом. Удивительно, но вся эта деятельность всего в 50 метрах от позиций противника оставалась незамеченной защитниками опорного пункта до того момента, когда для прикрытия отхода саперной группы были пущены в ход дымовые гранаты. Немедленно ожил немецкий пулемет, размещенный в бронеколпаке. Под его огонь попал штурмовой взвод, уже пробиравшийся по проходу в заграждениях. Попытки гранатометчиков заглушить пулемет выстрелами из PIATов не принесли результатов. Понеся существенные потери, британцам все же удалось добраться до немецкой траншеи, но оказалось, что она простреливается из бойницы у бронедвери, ведущей в бункер. Под прикрытием огня танков эскадрона «С» 13/18-го батальона гусарского полка в проход двинулся второй взвод, ведомый командиром роты. Пулемет в бронекуполе устроил настоящую резню — только четырем бойцам удалось добраться до траншеи. Среди прочих был убит и майор Рили. Было очевидно, что первая атака на опорный пункт провалилась.
Не видя иного выхода, подполковник Гудвин выдвинул вплотную к проволочным заграждениям несколько танков с задачей вывести из строя пулемет в бронеколпаке. Но даже 17-фунтовые орудия оказались бессильны против его толстой брони. Оставался единственный выход — направить танки внутрь периметра колючей проволоки, чтобы они закрыли собой пехоту от убийственного пулеметного огня. Точной информации о наличии и местах размещения в опорном пункте противотанковой артиллерии британцы не имели. Так что для экипажей танков эта вылазка превращалась в некое подобие «русской рулетки». Проходы для бронетехники решено было проделать с помощью зарядов взрывчатки — времени на разминирование уже просто не оставалось, а танки-тральщики застряли в пробке у Кольвиля. В этот момент на НП подполковника Гудвина прибыл командир 3-й пехотной дивизии генерал-майор Томас Ренни. Он перебрался с борта флагманского судна «Ларгс» на берег незадолго до полудня и теперь колесил по передовым подразделениям, пытаясь вдохновить их на решительные действия. Когда Ренни доложили о ситуации, он сказал: «Вы должны захватить эту позицию до темноты. Необходимо будет оборудовать здесь надежную оборонительную позицию, потому что немецкие танки, вероятнее всего, пойдут в контратаку с первым светом». Позитивным результатом визита комдива было то, что по его приказу к опорному пункту срочно направили два «Краба» и находившийся в резерве эскадрон «А» батальона стаффордширских йоменов. К 16.00 все было готово к новому штурму, но неожиданно командир эскадрона «А» получил приказ срочно выдвинуться к Бьевилю, чтобы противодействовать атаке 21-й танковой дивизии. Подполковник Гудвин снова должен был полагаться лишь на свои силы.
Танки эскадрона «С» двинулись по проходу и образовали экран, позволивший пехоте проникнуть во внутренний периметр. Перебегая от одной воронки к другой (после двух артналетов их стало более чем достаточно), пехотинцы рассредоточились по всей позиции, отыскивая слабое место для нанесения решительного удара. Несколько танков стали жертвой огня противотанкового орудия, но оно было довольно быстро выведено из строя. Танк командира эскадрона вышел из строя по совершенно иной причине — он провалился правой гусеницей в выгребную яму уборной для офицеров и лег на бок. Капрал Лоусон и рядовой Хантер из 8-го взвода сумели подобраться примерно на 20 метров к бронеколпаку, пулемет которого все еще не давал пехоте в зоне его действия поднять головы. Пользуясь тем, что немецкий пулеметчик отвлекся на какую-то другую цель, рядовой Хантер установил свой «Брэн» на сошки и дал несколько прицельных коротких очередей по амбразуре бронеколпака. Очевидно, одна из пуль повредила или заклинила вражеский пулемет. Он умолк и больше не подавал признаков жизни. Начался долгий и кровопролитный процесс зачистки многочисленных траншей, убежищ, огневых точек. Некоторые из укреплений были взорваны саперами. Только к 20.00 бой за опорный пункт «Хиллман» прекратился. Наступать к Кану было уже слишком поздно, и сильно потрепанный батальон занял оборонительную позицию немного южнее опорного пункта, неподалеку от фермы Бове. Однако WN17 еще не был полностью захвачен. Незадолго до заката из подземного бункера опорного пункта полковник Круг позвонил в штаб командира 716-й пехотной дивизии генералу Рихтеру: «
На пути к Кану
Штурмовые силы еще только приступили к захвату своих целей в глубине побережья, когда на берег начали прибывать подразделения 185-й бригады бригадира Смита и оставшиеся два батальона 27-й бронетанковой бригады. Согласно плану, в 11.00 бригада должна была начать наступление к Кану со 2-м батальоном Королевского шропширского полка легкой пехоты в авангарде. Однако танки йоменов никак не могли выбраться из гигантской пробки у выходов с пляжей. В полдень, видя, что ситуация с танковой поддержкой не улучшается, бригадир Смит отдал приказ командиру 2-го шропширского батальона выступать, не дожидаясь бронетехники. У гряды Перье, которую 8-я бригада должна была захватить еще в первые часы после высадки, они наткнулись на немецкие позиции, которые пришлось брать штурмом. Эта задача была поручена роте «Z» майора Уилкока, в то время как остальная часть батальона обошла узел сопротивления и к 16.00 захватила деревни Бёвиль и Бьевиль. Рота «Z» застряла на гряде Перье до вечера. Немецкий опорный пункт здесь представлял собой штаб 1-го батальона 1716-го артполка майора Хофа. Немцы упорно сопротивлялись. Перелом наступил только когда один из пленных — поляк немецкого происхождения — согласился показать британцам проход через минное поле и проволочные заграждения в тыл позиции. Другие два батальона 185-й бригады также начали наступление к Кану: 1-й норфолкский прошел через порядки 1-го саффолкского батальона в Кольвиле и наступал к Сент-Обенд'Аркне, 2-й уорвикширский следовал за ним. Не зная, что Сент-Обенуже зачищен коммандос, норфолкцы приняли решение обойти деревню и на лишенном каких-либо укрытий кукурузном поле попали под огонь опорного пункта «Хиллман». Роты «А» и «В» были втянуты в перестрелку и понесли значительные потери. Печальнее всего, что часть потерь была следствием дружественного огня со стороны британских танков, атаковавших опорный пункт. Слишком поздно норфолкцы поняли, что Сент-Обен уже освобождена, и сместились туда.