Евгений Горохов – Кровь алая-8. Шорохи в стране безмолвия (страница 5)

– Почему?

– Десять лет назад Садр пытался наладить контакт с Пир Саидом Гелани, – генерал Гулабзой налил чай гостю и себе. – Гелани прямой потомок святого шейха Абд-уль-Кадира Гилани аль-Джеляни, его почитали все пуштунские племена. Гелани критиковал талибов за их радикализм.

– Почему Ибрагим Садр пытался наладить контакт с ним? – полковник Звягинцев надкусил персик.

– Ибрагим Садр образованный человек. Он не боится вступать в дискуссии, в отличие от остальных лидеров талибов, которые из-за недостатка грамотности, не любят религиозных споров, – афганский генерал отпил чай из пиалы. Он улыбнулся: – Между прочим, с Гелани случился шекспировский сюжет в духе Монтекки и Капулетти. Министр обороны Шахнаваз Танаи называл Пир Саида Гелани самым опасным человеком для Афганистана. Дескать, прикрываясь Кораном, тот служит империалистам. В свою очередь Гелани именовал Танаи «коммунистическим палачом».

– Причём здесь Монтекки и Капулетти?

– После ввода советских войск в Афганистан, Пир Саид Гелани перебрался ФРГ, у него жена немка. Его младшая дочь Лина во Франкфурте-на-Майне познакомилась с афганским парнем по имени Маманд. Он оказался единственным сыном Шахнаваза Танаи. Оба отца были против этого брака. Молодые ослушались родителей и поженились. В 1997 году у них родился сын. Маманд Танаи вернулся в Афганистан и погиб, а его жена умерла от рака в семнадцатом году. Мне эту историю рассказал капитан Халик Шерзай.

Всю обратную дорогу в «лес»7 полковник Звягинцев мучительно вспоминал: где он слышал имя – Халик Шерзай? Придя к себе в кабинет, в папке входящих материалов он нашёл сообщение из Группы пограничных войск России по Республике Таджикистан. В нём говорилось: в афганской провинции Кундуз неподалёку от города Имамсахиб подразделение командос капитана Халика Шерзая вступило в бой с талибами. Те сильно потрепали роту командос. Перейдя афгано-таджикскую границу, афганские солдаты сдались российским пограничникам.

Полковник Звягинцев связался с руководством пограничной службы, попросил доставить Халика Шерзая в Москву.

Глава 3

В детстве бабушка Афия рассказала Халику притчу: когда рождается человек, Аллах приставляет к нему двух аль-хафата (хранителей). Их задача беречь человека. Но шайтан старается отвлечь хранителей всякими ухищрениями. Когда это ему удаётся, случаются с человеком неприятности: камень падает на голову или другая напасть.

Бабушка много сказок рассказывала, и Халик позабыл эту притчу. Он вспомнил её спустя десять лет. В тот день он с приятелями пошёл на улицу Ка Форуши (Птичий рынок). На этой маленькой кабульской улочке неподалёку от мечети Пули-Хишти продаются голуби, канарейки, волнистые попугайчики и прочая пернатая живность. Три друга собирались купить парочку агаран для своей голубятни. Халик отстал от товарищей, засмотревшись на сокола, сидящего в клетке. Спустя минуту раздался взрыв фугаса и оба его товарища погибли. Вот тогда он и вспомнил сказку бабушки об ангелах-хранителях. Случай убедится в надёжности его аль-хафата, подвернулся спустя несколько лет.

Халик окончил кабульскую среднюю школу имени Абдула Хади Дави, это в стране поголовной неграмотности большое дело. Но их семейная лавка не приносила доход, денег на бакшиш чиновникам в министерстве образования у отца не было, и Халик не получил направление на учёбу в Советский Союз. Поступить в Кабульский политехнический университет не удалось по той же причине. В двадцать лет Халика призвали в армию. Учитывая среднее образование, его направили в подразделение командос «Батальон 333».

Офицеры их батальона проходили подготовку в Рязанском высшем воздушно-десантном командном училище. Командос обучали по методике подготовки советских десантников. «Батальон 333» считался одним из лучших подразделений афганской армии. В феврале 1991 года их направили в Хост, местный гарнизон разбежался и боевики заняли город. Командос сильно потрепали отряды Джамалуддина Хаккани, те ушли в Пакистан, зализывать раны.

Дела у лидеров оппозиции шли неважно, им была нужна хоть какая-то победа, чтобы моджахеды не уходили из отрядов. Джамалуддин Хаккани привлёк бывшего министра обороны Шахнаваза Танаи. Тот встретился с командиром «Батальона 333» дагарманом (подполковником) Саибом Марватом. Пообещал ему три миллиона долларов за разоружение батальона и сдачу города.

Марват оказался глупцом! Поверил мятежнику. Он приказал командос сложить оружие. Хаккани не собирался платить за предательство. Он велел моджахедам расстрелять десантников. Командос во главе с дагарманом Марватом вывели за город и стали убивать.

Халик Шерзай оказался в последней расстрельной партии. Он стоял рядом с рыжебородым здоровяком Турялаем, командиром их отделения. За мгновение до выстрела тот сделал полшага вперёд и прикрыл Халика. Поймав грудью пули, лой бреш (старший сержант) Турялай Мухаммадзай опрокинулся на Халика, и они полетели в яму.

Жители Хоста, которых моджахеды пригнали закапывать расстрелянных командос, слегка присыпали трупы землёй. Ночью Халик выбрался из могилы. В темноте он добрался до кишлака Джавара. Сердобольные жители дали ему старые шаровары-партуг и косай (войлочный кафтан). Халик поехал в городок Фарза, расположенный неподалёку от Кабула. Там была лавка его дяди, у него Халик прожил несколько лет, потом вернулся в Кабул.

Когда пришли американцы, Халик случайно повстречал своего армейского приятеля Мохаммада Ахмади. В армии они вместе проходили первоначальную подготовку, потом Ахмади направили в «Батальон 666». Он рассказал, что американцы собираются создавать новую афганскую армию. Набирают группу для учёбы в Командно-штабном колледже США. Халик записался в эту группу. Три года он прожил в Форт-Ливенворте штат Канзас.

Вернувшись в Афганистан, Халик стал командиром взвода в корпусе командос «Шахин» (Сокол). Он женился, родились дети. Как известно, в Афганистане много детей, но мало детства. Халик баловал сыновей и дочь. Старался, чтобы у них было счастливое детство, благо офицерская зарплата это позволяла.

Годы летели как птицы, служба, словно ишак тащилась в гору. Халик получил чин туран (капитан), стал начальником штаба батальона. Ему не раз приходилось убеждаться в надёжности аль-хафата. В последний раз это произошло в провинции Кундуз, когда на роту командос навалился большой отряд талибов Забибуллы Мухаджида. В тяжёлом бою подразделение потеряло всех офицеров и половину солдат. Халик приказал командос уходить через афгано-таджикскую границу, а сам лёг за пулемёт и прикрывал своих солдат. Расстреляв боекомплект, он укрылся в камнях. Сумерки, помешали талибам разыскать его. Повезло, что не застрелили пограничники, когда он переплывал через Амударью.

Два дня Халика допрашивали российские офицеры, а потом неожиданно его увезли в Москву. Поселили в пригороде, под охраной бравых молодцов с пистолетами под мышкой. С ним беседовал седовласый господин, прилично говорящий на фарси и пушту. Он отрекомендовался Валерием. Тема разговора была непонятна Халику. Он почему-то интересовался Мамандом Танаи.

– Господин капитан, как вы с ним познакомились? – Валерий пультом убавил громкость телевизора. Они сидели в гостиной дома, в котором жил Шерзай.

– В школе, – прикурил сигарету Халик. – Мы учились в одном классе.

– Вы дружили в школе? Мне бы хотелось подробнее узнать биографию Маманда Танаи, – Валерий мельком взглянул на экран телевизора, шла программа новостей.

– Его отец был начальником Генерального штаба, и после школы Маманд пошёл по его стопам, уехал учиться в Рязанское училище ВДВ, – Халик затянулся сигаретой. Он стряхнул пепел в пепельницу: – Кажется, Маманд учился на третьем курсе, когда его отец поднял мятеж против президента Наджибуллы. После бегства отца в Пакистан, Маманд боялся оставаться в Советском Союзе. Он перебрался в ФРГ. Поступил учиться во Франкфуртский университет.

– Господин капитан, Маманд был женат?

– Ну как же! – улыбнулся Халик. – Про его женитьбу было много пересудов.

– Чем же так удивил его брак?

– Маманд взял в жёны Лину, младшую дочь Пир Саида Гелани. Отец Маманда ненавидел Гелани. Шахнаваз Танаи и Пир Саид Гелани поливали друг друга грязью, а их дети поженились.

Халик Шерзай вздохнул:

– Правда, счастливой семейную жизнь Маманда назвать нельзя.

– Они развелись?

– Хуже, – капитан Шерзай затушил сигарету в пепельнице. – Маманд Танаи вернулся в Афганистан. Мы служили с ним в одном батальоне. С отцом он отношения не поддерживал. В начале шестнадцатого года Маманд получил сообщение, что его жена больна раком. Он хотел выехать в Германию, но планировалась операция против талибов в Нангахаре. Командование его не отпустило. Маманд был убит в бою с талибами на хребте Сафедхох. Через год я был направлен в командировку в ФРГ. Там на американских армейских складах мы должны были получить автомобили «Хамви». Я хотел передать пеш-кабз8 семье Маманда. Этот кинжал в роду Танаи два века передаётся от отца к сыну. Однако оказалось, что Лина умерла от рака в клинике доктора Розака. Я стал разыскивать её сына Элама.

– Вам это удалось?

– Да, – вздохнул Халик. – Есть во Франкфурте-на-Майне улица Эльбешштрассе. На ней одни притоны для наркоманов, а героин продают возле каждого фонарного столба. Там я разыскал Элама Танаи. Он заявил, что не общается с матерью, а отца знать не хочет. Разговор у нас не получился, и я ушёл. Вечером ко мне в гостиницу явились полицейские. Они сообщили, что Элам умер от передозировки наркотиков, а я был последним, с кем он общался.