Евгений Герцовский – Цикл. Прорыв в большой космос. Том 1. Книга первая (страница 6)

– И что говорят твои друзья? Имеют какие-то перспективные предложения? Снять старое доброе немецкое хм, кино? Но они староваты для этого, ну ты понимаешь, без огонька в глазах и сердце… – слово «друзья» Никита специально выделил громкостью и паузами, не переставая тянуть ухмылку кота, смотрящего на сметану.

– Вот я вижу, что ты довольную улыбку тянешь, дверью любуешься! А меня тут давят очередные угрозы и разоблачения нашего успеха. А по их мнению – полного провала, – и после паузы продолжил – эпического фиаско. – тут Никита Отмахнулся и, подзывая к себе, сказал:

– Анатолий Григорьевич! Не будь наивным! Впрочем, всё идёт как всегда! Смотри сюда… – он поманил кивком головы, хозяин же продолжил.

– Иду и думаю, старик Вельгольф хочет что-то сказать или попросить. Так что дай команду организовать их доставку лично и оперативно. В первом эшелоне, если состав делегации измениться до «Петрушки», там пусть сделают не кабинку, а зал для их делегации тоже, много народу он с собой привез.

– Будет сделано, Шеф! – козырнул он – Поэтому думаю красный зал Петрушки подойдёт. Ну и, конечно же, всех проверить по стандарту.

– Да, согласен. Но Никита, прошу, не дави на гостей. С их стороны пусть сами определят участников, наши не вмешиваются. Посмотрим, кого он притащит на встречу. Передаю это тебе, так как могу закрутиться тут аки юла.

–… и забыть про друзей из Германии. – Никита говорил, уже смотря на ту же дверь, в плотную к которой он стоял. Анатолий всё же приблизился.

– Но наблюдение не снимать и слушать их постоянно! Ты вообще здесь? Или тяга к искусству сильнее работы? – сухо отчеканил последние слова для собеседника, который все так же рассматривал дверь.

– Не обижай меня, Григорьевич, последнее мог не говорить – все тут ясно, организуем по высшему разряду. Еще и медведей, и цыган всем устроим. Сам выход сделаю с корточек! А? Спляшу как в годы молодые!

И не шипи, ведь слушаем мы тут всё похлеще сонара. Не переживай – не упустим ничего. Будет как в гос. аптеке – всё по граммам посчитано и услышано! К слову, чего я тебя вырвал словно бурлинскую рульку с обеда! Там тебя ждет «первый», на особой линии… – сказал тот в дверь, и, не поворачиваясь, продолжил:

– … хочет пожелать тебе успеха лично. – выделив краткой паузой последнее слово, Анатолий Григорьевич подошел максимально близко к Никите, и перешел на тихий голос.

– Есть изменения? – он неопределенно сжал плечи и, отрицательно кивая, сказал:

– Не могу сказать. Все услышишь от «первого», ведь напутственное слово и похвала начальства , по сути, главнее любого десерта будут. Это я знаю по опыту, особенно в работе со своим прямолинейным и ужасным деспотом-начальником. – Он резко отошёл от двери со словами:

– А ещё тут даже у дверей есть уши, причем уже и чужие…. Успели же, шустрилы б…. – Последнее Никита хмыкнул в кулак и указал массивным перстом на малоразличимую точку на деревянном выступе. Присмотревшись, Анатолий только через доли секунды увидел изначально казавшуюся соринкой в орнаменте головку мушки-дрона и наномикрофона. От этого внутри себя он испытал неприязнь к факту столь отрытой прослушки. Действительно, еще час назад служба отчиталась о стерильности и отсутствии чужих жуков, мух и мушек. Сначала прибытия гостей еще часа не прошло, а уже все нашпиговали и антиквариатом не побрезговали, ну ничего святого. Никита Алексеевич поспешил успокоить явно расстроенного начальника Фонда.

– Анатолий Григорьевич, не смейте переживать, я ее уже заглушил – эту мушку, они ничего не услышали. Их тут целый рой был, всех дезактивировал. Так что пойдем. Но ты сильно не болтай в зале и не торопись, на той стороне экрана ребята тоже загружены по самое не хочу.

Отвернувшись от дверей, отошли в сторону, на ходу спокойно продолжили разговор:

– Присмотрите за Отто, Густавом и Клаудией. – сказано было ровно, Никита же на приподнятом настроении ответил:

– Всех особо буйных успокоим. Говорю же, не делайте себе нервы! Служба безопасности всё решит! Мы тут для этого, и свой хлеб не зря кушаем.

– Хорошо, теперь мой вопрос: где? – хозяин уже на ходу осматривал зал с гостями.

– В аквариуме, Анатолий Григорьевич. Думаю, у вас будут еще распоряжения для меня? На случай, если??? – он вопросительно посмотрел в глаза.

– Если не успею вернуться ко времени начала, пусть Степан Алексеевич скажет вступительное слово, после по плану А. Если что изменится, я сообщу по прямой с вами связи. Вы – это я здесь. Хорошо? – на что Никита утвердительно кивнул, – И еще, дай мне коридор, чтобы по пути не дергали. Я и так с немцами задержался больше запланированного . Степан с кураторами пусть всех гостей держит в центре внимания.

– Все будет сделано. Ребята вас проводят, сейчас организую. И да, так будет быстрее. Просто гости на вас, как в поговорке: словно мухи на мед летят. – Довольный, хорошей шуткой Никита Матозян дважды нажал на селектор, закрепленный на третьей фаланге большого пальца, что-то тихо сказал, и группа охраны сразу направилась к ним. Пока шли по вызову через зал , Анатолий продолжил речь Матозяна.

– Эх, Никита, если бы как на мед, тут больше на второй вариант тянет. – он сдерживал хохоток – Тот, что коричневый и более ароматный. – всё же выдав легкий смех, Анатолий повернулся для встречи своей охраны. Никита протянул ему ушные динамики, хозяин Фонда взял один и отправил его в ухо.

Семь крепких молодых людей в особой парадной форме охраны фонда. Их волевые лица говорили о том, что они готовы ко всему. С взглядами, отбивающими охоту задать лишние вопросы , семеро тихо подошли. Старший группы вышел на шаг вперед к двум мужчинам, и замер, ожидая указаний. Никита вкрадчиво приказал:

– В аквариум, быстро, через зал, без задержек, туда и обратно. Код – красный. – он вынул из внутреннего кармана свой личный коммуникатор и дал по нему приказ на красный код.       Анатолий также активировал отпечатком указательного пальца свой личный канал связи на пуговице манжеты. Он достал коммуникатор и тихо сказал:

– Ушел. Напоминаю вам всем, Никита Алексеевич – это я здесь. По возвращении дам свой сигнал по спецсвязи. – в ответ в слуховом динамике прозвучали по очереди три коротких звука – знак того, что все службы приняли сообщение.

После их группа тихо и быстро окружила Анатолия Григорьевича и повела через помпезный зал к выходу. Восемь человек отправились в вояж через человеческое море исполинского зала главного здания Фонда, в стенах которого люди казались песчинками на пляже.

Семеро в спешке по пути оттесняли разные делегации приглашенных гостей, которые узнав Анатолия, сразу хотели обменяться словами приветствия с главой Фонда. Настроенных горячо и лично поздороваться с главой мероприятия РАН и Фонда резко теснили не только семеро, но и официанты, и скрытый персонал в толпе. Служба безопасности работала дружно, обеспечивая проход через зал.

Гости на расстоянии отправляли голосовые салюты главе Фонда. На что тот просто кивал и приветственно улыбался встречным. Тут словно по сигналу из толпы вышли трое. Они оттеснили официантов, главный из них поймал взгляд Анатолия. Тот шепотом сказал, предварительно нажав на пуговицу:

– Пропустить троих.

Те курсировали дальше. Центральный персонаж же шёл, приветственно глася бравады, но увидев кивок хозяина, прямо двинулся к Анатолию Григорьевичу. Один из трёх – очень высокий мужчина с белозубой улыбкой, находясь в центре, поднял руку вверх со светящейся от купольного света золотой картой. Так он и шёл дальше, держа карту напоказ в руках. Семеро у шефа еще стояли на местах у Анатолия.

Двое из трёх совершили маневр: они с краев, выйдя вперед третьего, намерились раздвинуть кольцо охраны. Пока их главарь светил свою золотую карту, надеясь на её влияние, лидер группы охраны, уловив движение людей боковым зрением, резко повернулся к Анатолию. Тот отрицательно покачал головой, и уже ему лично подал знак «пропустить».

Старший поднял руку, показал «ок» и быстро опустил. Правое крыло группы, увидев команду, моментально открылось и пропустило нарушителей движения эскорта. Те, пройдя внутрь, резко расступились и пропустили третьего очень высокого мужчину в отличном костюме. Он уже убрал свою золотую карту в карман и с ходу выдал быструю тираду на американский манер, не теряя времени на прелюдии и выставляя белозубую улыбку бизнесмена. По ней можно было точно сказать, что он ценит своё время.

– Анатолий, несу свои поздравления! Прости, что я как светофор останавливаю тебя своей золотой картой, но есть слово к тебе. В первую очередь: Я в восторге от этих зданий, да что говорить – комплексов! Какой имперский размах! Я откровенно ошарашен, вот что значит – русский размер!

Конечно, в те минуты, когда смотрел на проект, понимал – в такие сроки вы вынужденно пожертвуете качеством, что значительно уменьшит сроки эксплуатации. И учитывая, что на начальном этапе вы владели не всеми технологиями, а те, что имелись, были куплены у нас и не были вами опробованы в полной мере. Я знал и видел, что делают ваши бригады дронов–строителей, которые могли бы озолотить вас на нашем рынке. – он говорил по нарастающей, быстро, словно диктор на телевидении.

– А как работают русские мега-принтеры! Они могут строить с ювелирной точностью, это не новость. Мы нуждаемся в них под маркой совместного предприятия США-Россия. Но, чтобы так выйти на наш рынок…. Моё почтение!