Евгений Герцовский – Цикл. Прорыв в большой космос. Том 1. Книга первая (страница 8)

Успокоив свои мысли, Клаус подтянул свой массивный живот и по-армейски развернулся на каблуках. Несмотря на солидный вес сделал он это легко, так как отработано действие телом не одну тысячу раз за время военной службы. Каждый раз, когда предстоял тяжелый выбор, он говорил себе под нос, одновременно поведя плечами плечи и говоря тихо вслух: – Началось, началось, Клаус…. Нужно снова собраться и в бой, мой друг.

В это время Славгородский покинул зал, и, пройдя через коридоры, зашел в закрытую зону персонала. Там его встретил начальник поста охраны. Мужчина остановил группу и вытянул руку, в которую моментально вложили предмет, похожий на привычный металлодетектор, но намного меньше и изящнее.

Шеф сразу вынул всю свою личную электронику на поданный ему разнос. Охранники помогли сделать это быстрее. Начальник поста охраны терпеливо ожидал, после он жестом попросил Анатолия раздвинуть руки в стороны. Тот молча выполнил просьбу.

Включенный аппарат прошел по телу с комментариями от человека:

– Анатолий Григорьевич, рад приветствовать в закулисье! Сейчас повернитесь спиной, с нее начнем… Не ждали вас сегодня тут, но вот оно как!

– Ну раз на раз не приходится, а ваша нора оказалась самой близкой. Вот Никита Алексеевич и отправил к вам. – его похлопали аппаратом по плечу сзади, после чего он снова повернулся лицом к начальнику поста охраны. Тот продолжал сканирование:

– Да, так бывает. Спина и голова чистые. Идем по плечам и рукавам пиджака… – тут все услышали три тонких металлических цока. После чего оба устало улыбнулись.

Начальник поста охраны прошёлся по ногам и оставшимся зонам. Удостоверившись в чистоте шефа, он опустил прибор в подготовленный футляр, который ему подали заранее. Он нажал синюю кнопку электрической деактивации и на выдохе сказал:

– Остальное чисто. Можно свободно общаться, ушей нет, они в глухой колбе. Согласитесь, ведь это уже наглость! Анатолий Григорьевич, на вас так открыто вешать трех блох, и при живой охране! И картой золотой не брезговал козырять. Это не дипломатия, это наглость при гостях. Фраер. – Анатолий после его слов взял свой коммуникатор, остальное решил оставить на разносе со словами:

– Всё это тоже проверить на момент считывания частот и внешнего подключения. Меня уже не раз очищали от жуков и блох. Но и после этого я уже пересекался сегодня с очень многими людьми. Защита личного не пробита, а вот во всех внешних аксессуарах и одежде не уверен. – ребята после кивка старшего унесли оставленное Анатолием на проверку.

– Дело нужное, проверим. Всё фонящее и ушастое унесли, можете говорить. Чисто. – последнее он сказал, понижая голос.

– Да, что тут сказать. Я уже сегодня переговорил, дай ты свои мысли на весь этот счёт. – Глава Фонда смотрел в глаза стоящему напротив.

– Хорошо, скажу, что всё же такого за всю работу в Фонде не припомню. Они уже и без мыла лезут во все неудобные места. А такие действия походят на нарушение любой Женевской конвенции. – Раздался веселый гогот ребят, все немного расслабились. Анатолий поправил на себе пиджак и осанку, смотря на свое отражение в зеркале, висящее сбоку, и заявил:

– Максим, они уже идут в Ва-Банк. А если сказать точнее, они оттуда не выходили. Мы все над этим активно трудимся уже годами.

И для противника сейчас информация – самое важное. Вот теперь и копают кругом и гадят своими прослушками, где и как могут. Терять всякую возможность залезть в наше интимное информационное поле фатально. А профессиональную хватку бульдога они никогда не потеряют.

Тут Максим решил дополнить речь шефа:

– Я бы тоже так делал! Есть предложение. – Анатолий, вопросительно наклонив голову, кивнул и ждал продолжения от Максима:

– Так может мы тут пошалим чуток, -он прищурился и, скорчив неопределённую недовольную гримасу, продолжил – и включим для уважаемых подслушивателей, нашу служебную беседу с первым? Ну, вместо белого шума.

– Ага, и желательно на горячую тему сношения разных меньшинств и научных кругов продвинутых стран. – все довольно закивали, предвкушая качество дезы, что польётся на ту сторону. Анатолий продолжил:

– Причем стандартных интимных роботов, это я про лучших мастеров эротических услуг платных и безплатных. Их не выводи из диалога, а наоборот – введи еще больше для контраста. А то думают, что мы тут в России роботов не любим и притесняем. Поэтому качественная деза – тоже хорошо. – Тут общий гогот взорвал комнату. Максим поддержал, кивая.

– Пусть их боты-аналитики коротнут свой нейросетевой мозг как следует. Может и так Родине поможем, сделаем в ажуре! Нам пора вас вести дальше… – он указал рукой направление, но Анатолий его задержал за рукав.

– И Максим, блох по моему возвращению повесишь на меня обратно. Думаю, они нам еще пригодятся. Так что не ломай импортное добро. Музыку им включи, но не шалите сильно.

– Как скажете, Анатолий Григорьевич. Насекомых не обижу. Повешу обратно целехонькими. Но переживаю, чтоб потом при прослушивании никто из противных коллег не тронулся умом, когда снимет запись с носителей. – Моментально дальнейшая речь пошла в серьезном тоне: – Все же пройдёмте, мне в динамике уже сообщили, что спец лифт вас ожидает. Позвольте, я провожу.

Они отделились от группы, пройдя коридор, вышли в квадратную комнату, где помимо потолочной подсветки ярко светилась открытая дверь лифта. Сбоку от нее была одна красная кнопка. Максим подвел вверенного ему человека к кабине, поднес свой большой палец и магнитную карту к кнопке, после чего она загорелась зеленым цветом.

– Я вас ожидаю здесь. – и Максим отстранил взгляд в стену на против.

– Хорошо, ты слышал про нашего американского гостя. Для него также организовать «Петрушку» с доставкой. Никите Алексеевичу напомнить и обо всем, пока меня нет, тоже доложить. И ребят не отпускай, чувствую, когда выйду, будем работать быстро, если задержусь. Но чую, будут изменения. – сказал глава, заходя в лифт.

– Вас понял, загадывать не будем, как пойдет – увидим. Все сделаем по протоколам. Как мы уже не раз отрабатывали, и в этот раз отработаем на пятёрку. Не переживайте, я буду вас ждать здесь. – Максим снова отвёл свой взгляд в противоположную стену, явно показав, что не смеет больше задерживать.

Через мгновение стальные двери закрылись, лифт поехал по диагонали вниз в смежное помещение, больше похожее на бронекапсулу с электронной начинкой из серверов фонда. Все знали, что информация в них – главное сокровище этой буквально сказочной пещере Али Бабы абы. Именно так ее и называли между собой внутри фонда.

И многие гости из главного зала сверху с огромным удовольствием выпотрошили бы её подчистую. Или качнули бы всё с накопителей информации Фонда, после отформатировав то, что не смогли бы унести. После такого многое может заиграть новыми красками в современном мире. Но это были влажные мечты сказочников из мировых разведок.

Оставшись в лифте, Анатолий потерял силу, ведь все, что накатило на него в эту секунду – смертельная усталость. Ему не нужно было сейчас держать лицо не перед кем, он расслабился на едине с собой, пока полз лифт. И пресс уже проделанной работы давил на Главу Фонда.

А понимание, что он так себя чувствует, пугало мыслью: «А что же с остальными ребятами? Они вообще на износ! Он то хоть в перелётах и поездках спал! А они постоянно в работе!».

Тут Анатолий себя мысленно одёрнул и нарушил тишину в лифте:

– Ну вот опять эти отцовские мысли, возраст своё берет. Начинаешь над всеми как дед корпеть и оберегать молодёжь. Нужно собраться, еще много дел, а выспимся после смерти. – он растёр усталость по лицу плавными движениями ладоней от глаз к ушам. После опустил руки, и улыбка непроизвольно растянулась на лице с мыслями:

«Как ни крути – чёрный юмор всегда выручал и сохранял мои мысли и работоспособность.».

Но ему все же пришлось наклонить голову вперед, кончиками пальцев нащупать ямки за выступами над соединением челюстей и черепа, и что есть силы размять участок, что дало освежающий прилив крови к мозгу. Вдох и протяжный выдох и вот она – ясность ума . В этот момент лифт прибыл к точке.

Открылись двери, в лицо ударил чистый влажный воздух, наполненный озоном. Всегда этот запах вызывает в памяти вспышки грозы, которые разрезают небо. И вместе с порывами дождя и ветра, молниями и громом будоражат пространство природы. А после оставляют свежесть и вот этот невероятный запах, наполненный электричеством и тем же озоном.

Это была иллюзия запаха грозы, что создается воздухоочистителем новой климатической установки пещеры Али Бабы. Анатолий вышел в длинный коридор из лифтовой кабины. Шаг по мягкому покрытию, поглощающему звук движений, но полностью фиксирующему все касания и перемещения над ним. Датчики бодро передали на узел охранной системы о госте. Благодаря тишине шагов были слышны другие звуки глубины помещения.

Анатолий уверенно двинулся через вытянутый коридор, минуя не нужные сейчас двери, и направился в спец кабинет. Его Никита любил называть аквариумом из-за сложнейшей экранирующей системы. Кабинет этот, по сути, сверхбезопасный бункер. Он был сердцем подземного муравейника, только с сильным отличием в материалах. Глава Фонда шёл в толще композитного железобетона, на первый взгляд представляющего стеклянную трубу внутри огромного аквариума с разной флорой и фауной глубин океана. Своими звуками обитатели создавали общую какофонию бурной жизни морских слоёв.