Евгений Гарцевич – Геном хищника 9 (страница 39)

Сапёр с Чейком отделались лёгким испугом, до их позиции докатились только слабые толчки. Хадсон с Мигелем, наоборот, сложились под землю вместе с Купером и до сих пор не приходили в себя. По людям Митчела мне сказать было сложно, плюс я не знал, скольких забрали тагарцы до землетрясения. Половина отряда точно уцелела, но я их уже даже от вражеских наёмников не мог отличить — все выглядели одинаково плохо.

Пыль всё ещё оседала и вместе с рассветом открывала всё больше ужасов катастрофы. Лагеря тагарцев больше не существовало — искорёженная земля, пережившая бомбёжку изнутри. Машины опрокинуло и смяло, а то, что не смяло, уволокло под землю. Каким-то чудом уцелели только две «тойоты». Та, откуда я сорвал пулемёт, сейчас была чуть ли не единственным островком некой безмятежности. Соседняя частично скрылась под землёй, но её даже откапывать не пришлось, сама справилась.

В какой-то момент всё уже делалось на автомате. Монотонно и сфокусировано, но на повышенных скоростях. С редкими мгновениями просветления, когда Оса радовалась, что кто-то из «Пчёлок» приходит в себя.

Полностью разбирать последствия мы закончили только к вечеру. Сначала спасли всех в лесу, а потом присоединились к тем, кто разбирал рухнувшее поместье. По словам Митчела, землетрясение такой силы на его памяти не было ещё ни разу, хотя трясло в этих местах частенько. Раз в два-три года, иногда с затишьем лет в пять, но попахивало всю округу. Имение как раз после прошлого раза отстроили. И сейчас придётся это делать заново.

Во дворе среди развалин организовали новый стихийный лагерь. Женщин, детей и раненых разместили в единственном уцелевшем амбаре. Недобитых наёмников и тагарцев отпустили на все четыре стороны, и некоторым, кто отличился во время спасательной операции, даже оставили оружие. Старшего Митчела нашли уже мёртвым, и горевать по нему никто не стал.

Следующий день особого облегчения не принёс, и охарактеризовать его можно было одной фразой: мы зализывали раны. Кто как мог. Мы с Шакрасом с раннего утра ушли шерстить округу в поисках ингредиентов для «Живинки» и прочих заживляющих мазей и эликсиров. Регенерация была не у всех, а «Пчёлки» так вообще с трудом отходили от ментальной атаки «челозверя». Для них и старались, а заодно нужно было пополнить собственные запасы, поэтому, вернувшись с добычей, сам же и принялся варить из неё эликсиры.

Чейк занялся трофейными «тойотами», которые мы забрали себе. А Сапёр с нашими новичками снова отправился на раскопки. Нужно было собрать остальные трофеи, перебрать и привести в порядок лучшие. Остальные же были на больничном.

Ещё три дня прошли примерно в таком же режиме, с той лишь разницей, что я увлёкся. Просыпался, проверял Анну и «Пчёлок», а потом уходил с шакрасом на охоту, постепенно расширяя зону поиска интересной флоры и фауны. А выбрать из чего было — землетрясение перепахало не только нас, но и всё в радиусе двадцати километров. Завалило ближайшую шахту, но зато вскрыло несколько новых геодных пещер. В полостях горной породы открылись целые галереи, заполненные кварцем и редкими монстрами, которые в обычных условиях не торопились выходить на солнечный свет. Половину я в принципе раньше не встречал, зато в базе «Миротворцев» содержались интересные рецепты, а вторая половина — жуки из семейства жужелиц, то есть родственники моим любимым жукам-бомбардирам. И рецепты для них тоже нашлись.

В общем, меня было уже не остановить. Я отобрал из развалин алхимическое оборудование и принялся творить!

И первое, что создал (вдогонку к «Глюкоза плюс») — стала «Живинка плюс» со знакомыми эффектами ускоренной регенерации и восстановления после критических травм. Плюс новым, в рамках которого организм переходил в некий «Режим выживания», временно игнорируя повреждения. По сути тот же берсерк, просто вид от лица жужелиц. Это если принять его до боя, а если уже в момент получения критических травм, то эликсир включал некий аналог криптобиоза и замедлял все жизненные процессы, давая время разогнаться регенерации.

Следующим продуктом моего творчества стали капли под названием «Буря мышц», он же кинетический бустер по версии «Миротворцев». И пусть именно творчества в нём было мало — я всё делал строго по рецепту, но результат меня всё равно порадовал. В основе были жук-бомбардир и песчаный кайман, плюс закрепитель от термитов. От каймана капли брали взрывную силу со скоростью, а в момент удара подключался «бомбардир» и активировал энергетическим микровзрывом.

Была и побочка в виде разрыва мышц и микротрещин в костях, поэтому капли никого, кроме меня не заинтересовали. Моя «Стальная кость» эти побочные эффекты спокойно компенсировала, так что флакончик я себе сделал. Хотел больше, но, во-первых, раненым сейчас нужнее была «Живинка плюс», а во-вторых, на геномы «бомбардира» претендовал Сапёр и старался изъять у меня всё, что мы добивали. Правда, взамен приносил самодельные осколочные гранаты.

Потом я ещё перебрал геномы и эликсиры, которые уцелели в подсумке «челозверя». Как и предполагалось, геномы в основном были чёрными. Два крупных кристалла-уголька и сканер, и биомонитор отказались идентифицировать совсем, а в третьем признали ворастреба, но с пометкой: «порченный». Распознали с десяток мелких и невзрачных с жёлто-коричневым отливом — это оказалась обычная цикада. На мой взгляд бесполезная — создавала вибрацию, но редкая и дорогая, потому что её как-то использовали актёры и певцы в редких театрах Ганзы. Это если в малых дозах, а то, что в больших мы не смогли свалить из пулемёта пятидесятого калибра.

Эликсиры, которые использовал «челозверь», тоже были на базе цикад. Чисто из научного интереса я разобрал его на составляющие и понял, как создать такой же. Но не стал. Когда ещё на Аркадии первый караоке откроют…

— Уже не знаю насчёт садовода… — довольно выдохнул я, разгибаясь над мензурками, — но зельеваром точно можно на пенсии заделаться.

Выдохнул, разогнулся и по новой ещё несколько дней…

В общей сложности на восстановление у нас ушло почти две недели. У меня зудело везде. Казалось, что пока мы бездействуем, Вольф добивает членов Совета и отравляет всё больше и больше людей. А если даже этого не произойдёт, то следы Драго точно исчезнут бесследно.

Ёще эти землетрясения, которые происходили ещё два раза. Слабые по сравнению от разрушительным первым, но не менее неприятные. Если первое по интенсивности тянуло баллов на десять, когда всё рушится и рвётся, то эти едва дотягивали до шести, так — посуду побить.

Но также я понимал, что отряду нужно восстановиться. К нам присоединилась тройка «мушкетёров», причём сразу без испытательного срока, и Наоми с испытательным и под полным надзором Купера. Думаю, что и Оса решила за ней приглядывать, просто это не афишировала.

Итого, «Артельшвей» теперь насчитывал восемнадцать человек, одного шакраса и двух острохвостов. Разделились на четыре группы. Штурмовой костяк вокруг Купера, внутри которого образовалось две четвёрки: Купер, Наоми, Лесник и Шугар, а вторая под руководством Шустрого — Хадсон, Мигель и Джуни («Пчёлки» ей нравились, но синергии не произошло). Потом уже слаженная команда «Пчёлок» под руководством Осы. И материально-техническая база под совместным руководством Сапёра и Чейка.

Я, как любитель под маскировкой забрести в какие-нибудь непролазные дебри и не ждать, пока подтянутся остальные, выделился в отдельную ячейку. И это ещё не говоря о возможных переговорах с «Миротворцами» и поиском Тереховского, куда, скорее всего, всей толпой нас не пустят. Пепел со мной, ибо он никого не спрашивал, и по требованию Осы и Купера (иначе свободы мне давать никто не хотел) ко мне в напарники выделили Фея. И поддержка, и прикрытие, и телохранитель в одном лице, зато с кувалдой.

По контрактам и условиям все заботы легли на плечи Купера. Точнее, он сам вызвался, решив сделать из «Артельшвея» образцово-показательную ЧВК. Мы с ним были равными партнёрами, но у меня на один условный процент ровнее, то есть больше. Бумаг мы не подписывали, но, считай, обряд кровного братания прошли не один раз.

Я глава «Артельшвея», задаю общий курс, общее управление и финансирование, Купер — заместитель, на нём оперативное командование и вербовка, которая у нас была в планах в нейтральных городах Ганзы. Оса, Шустрый и Сапёр — командиры тактических групп.

Всё это дело мы отметили на прощальном ужине, который нам устроил Митчел. Правда, большую часть праздника он уговаривал нас остаться подольше, а лучше навсегда и помочь ему в восстановлении шахт, развитии и процветании.

Спасибо, конечно, но я так на своей земле хочу сделать. И развитие, и процветание. Пусть даже и восстановление, а не прийти на всё готовое…

Тем не менее расстались мы хорошими друзьями. Обещанные деньги Митчел заплатил, ещё и бонусом сверху добавил за борьбу со стихией. Плюс, мы забрали все трофеи с тагарцев и вражеских наёмников. Мы расширили автопарк двумя техничками, и из земель Митчела выезжали уже довольно приличной силой.

Настолько приличной, что когда мы выехали на тракт и пересекли границу Серензии, нас не стали останавливать на пограничном посту. Лишь помахали и покивали так, будто мы какие-то долгожданные гости. С другой стороны, местных погранцов можно было понять: девять машин, пять со станковыми пулемётами. На самом деле у нас их было шесть, просто кузов одной технички пока занял «либератор». В общем, а их всего-то было человек двадцать.