Евгений Гаглоев – Зеркальные врата теней (страница 24)

К счастью, вскоре девушка пришла в себя и вяло поднялась на ноги. Потушив свечи, собрав вещи, потрясенные и напуганные, ребята быстро ушли. Думаю, теперь у них надолго отпадет охота приходить сюда. А я выбрался из кустов и осторожно приблизился к каменному кругу. Это проклятое место всегда вызывало в моей душе благоговейный трепет. Средоточие лей-линий земли, место силы, где грань между нашим миром и потусторонним очень тонка… Настолько тонка, что по моей коже все еще бегали мурашки. Я почему-то продолжал ощущать присутствие демона. Ушел ли Алакобал окончательно или затаился где-то здесь, за гранью, ожидая подходящего момента, чтобы снова прорваться в нашу реальность? Этого я не знал…

На всякий случай я наложил на каменный круг еще несколько охранных заклятий и только после этого отправился домой. Придется мне все же серьезно поговорить с Игорем… Но как подобрать нужные слова, чтобы не отбить у него охоту заниматься магией впредь? Мой сын – настоящий бунтарь. Резкий, дерзкий, непокорный подросток. Как и все его сверстники, он терпеть не может, когда старшие начинают давать ему какие-то советы. Игорь может замкнуться в себе мне назло, а я этого вовсе не хочу. Когда-нибудь он станет великим магом, теперь, после всего увиденного этой ночью, я в этом нисколько не сомневаюсь. Но нужно как-то помочь ему, вразумить его, направить на истинный путь. Ох, лучше подумаю об этом завтра, а сейчас уже пора ложиться спать…»

Нина еле пришла в себя от прочитанного. Игорь Чернокнижец был ее двоюродным братом, она знала его с детства, но даже не догадывалась, что он способен на такие фокусы. Алакобал! В демонах Нина совершенно не разбиралась, но от одного этого имени по ее спине побежал липкий холодок.

Она быстро пролистала еще несколько страниц дневника, пытаясь найти новую информацию об упомянутом происшествии. Но Василий Глебович больше ничего не писал об инциденте с призывом демона Алакобала. Спустя несколько недель он лишь заметил, что Елизавета теперь всерьез встречается с Игорем. Видимо, после несчастного случая на каменном круге в компании ребят произошло что-то еще.

Итак, Елизавета бросила Владимира Толоконникова и полюбила Игоря Чернокнижца. Так вот как началась история их любви! Нина знала, что через несколько лет Игорь и Лиза сыграли свадьбу, а затем у них родился сын, которого назвали Денисом. И вроде бы все шло хорошо, но все же Елизавета той ночью на круге была какое-то время одержима демоном. Василий Глебович в своих записях неоднократно высказывал мнение, что это не прошло для нее бесследно. После того случая она изменилась. Еще старик упоминал, что Елизавета тоже происходит из семьи Первородных, в которой иногда рождались колдуны. Выходит, мать Дениса и сама обладала определенной силой.

Но что же случилось дальше? Нина пролистала тетрадь до конца, но ничего интересного больше не обнаружила. О какой темной истории упоминали тетушки? Нина знала лишь о печальном финале этой любви. Несколько лет спустя Игорь и Елизавета Чернокнижцы погибли, когда их машина сорвалась в пропасть на горной дороге неподалеку от Клыково. По счастливой случайности маленького Дениса с ними в тот момент не оказалось. С тех пор мальчика растил дед. Может, тетки имели в виду это?

Дневников еще было много. Нина решила позже поискать нужную информацию в других тетрадях. Вдруг Василий Глебович все же написал об этом? А пока она захлопнула тетрадь и уставилась в окно спальни, обдумывая прочитанное.

Все же это было очень странно. Игорь Чернокнижец призвал демона по имени Алакобал… А много лет спустя его собственный сын и дочь отвергнутого Владимира Толоконникова пытались на том же самом месте призвать какую-то другую сущность… И все закончилось весьма плачевно. Интересно, знал ли что-нибудь об этом случае Василий Глебович?

Недолго думая Нина начала искать другой дневник, поновее. Тот, что был написан уже после случившегося с Дианой Толоконниковой. Время уже было позднее, стрелки часов показывали полночь, но спать ей совсем не хотелось. Она просто умирала от любопытства и нетерпения.

Вскоре Нина нашла нужную тетрадь, однако та оказалась последней в коллекции дневников и была заполнена лишь наполовину. Дописать ее Василий Глебович, к сожалению, не успел.

Нина нашла нужную запись и снова принялась читать.

«Как же так вышло? Никогда не перестану проклинать себя за это! Сына я выследил, а вот внука умудрился упустить… Старый дурень! Знал ведь, что рано или поздно и Денис потащится на этот чертов каменный круг! Всех членов нашей семьи неумолимо влечет к гиблому месту…

Будь у меня силы и средства, давно обнес бы проклятую поляну трехметровым железным забором, запер на замок, а ключ утопил бы в Змеином озере! Но что толку? Ушлые детишки все равно отыщут туда лазейку. Известно ведь, что запретный плод гораздо слаще всех остальных.

Не знаю, что там случилось той ночью… Из Дениса слова лишнего не вытянешь, хоть убей. Весь в своего отца, иногда мне даже страшно становится. Не повторил бы он его судьбу. Но что-то там явно произошло, ведь девчонка не просто так пострадала. Ребята точно хотели призвать кого-то, у нас ведь все местные детишки таким образом развлекаются. Только ни у кого из них, слава богу, ничего не получается. Не у всех ведь в роду были колдуны. А вот Денис явно что-то смог…

Я всегда подозревал, что парень гораздо сильнее своего отца. Может, дело в случившемся с его матерью? Могло ли это увеличить его врожденные силы? Дениска ведь еще в детстве доставлял мне массу проблем, творил всякое и не знал, как совладать со своими способностями. Но что же он начудил на этот раз? Кого призвал и что могло пойти не так? Я сразу вспомнил про Алакобала… А про кого я еще мог вспомнить?! В тот раз, много лет назад, я смог отогнать его, заставить отступиться и отправиться восвояси. Но ушел ли он на самом деле?

С каменным кругом никогда не угадаешь. Об этом мне еще отец рассказывал. Место странное, темное, оно существует по своим особым законам, не всегда подвластным нашему пониманию. Да и дед мой не зря называл его про́клятым черным пятном на родной земле. Про лей-линии они в те времена даже не слышали, а Чернокнижцы каменный круг с давних пор охраняли. Всегда слухи ходили, что оттуда может прорваться что-то в наш мир. Поэтому мы и должны следить за тем, что там происходит. И вот… Не уследили!

Думаю, нужно сходить к Мастеру Игрушек, проконсультироваться. Пришла пора забыть про старые обиды. Все-таки он гораздо старше меня и куда опытнее в подобных вопросах. Да и живет в наших краях намного дольше. Вдруг и правда сможет что-нибудь подсказать… Старухи говорят, этот колдун знает об этих лесах такое, что нам и в самом лютом кошмаре не может привидеться. Да и древний каменный круг ему знаком. Знаю, что он часто бывает в окрестностях моего лесного дома. Как-то и сам его там видел…

Решено, схожу к нему, как только выберу подходящее время. Может, вместе мы сумеем разобраться в том, что натворили наши неугомонные детишки… Искренне на это надеюсь!»

На этом записи Василия Глебовича обрывались. Нина перевернула последнюю страницу и тяжело вздохнула. Как же ей узнать о том, что произошло впоследствии? Попал ли ее дядя на прием к Мастеру Игрушек? Помог ли тот ему чем-либо? Это пока оставалось загадкой. Василия Глебовича Чернокнижца не стало, и все его секреты ушли вместе с ним.

Но Нина, все думая о случившемся, вдруг поняла, что разделяет некоторые подозрения старика. Оставалось только самой кое в чем убедиться. Она вспомнила, как дядя показывал ей особые черные свечи, которые хранил в дальнем углу своей кладовой. Василий Глебович говорил, что они являются хорошим инструментом в руках опытного колдуна. Могут помочь призвать силу, замкнуть ритуальный круг или указать на незримое присутствие потустороннего.

Силой она не обладала, но, кто знает, вдруг они и ей пригодятся? Нина отложила дневник, спустилась на первый этаж магазина и пошла на склад, чтобы отыскать свечи. Однажды Василий Глебович рассказал ей, как применить черную свечу на практике. Нине показалось, что в этом не должно быть ничего сложного. По крайней мере, она узнает ответ на терзающий ее вопрос, а там уж видно будет.

Глава 22

Беспокойный жилец

Алексей Грановский оказался очень беспокойным жильцом. Феофания уже трижды пожалела, что впустила его к себе. Для начала он сразу потребовал, чтобы она сняла защитную решетку с большого зеркала, которое висело в гостиной.

– Мне нужен этот проход, чтобы пользоваться им в любое время! – заявил он. – И вообще, чего ты нацепила сюда эти решетки?

– Опасалась подобных тебе! – пояснила Феофания.

– Не переживай, я сумею защитить твой дом в случае нападения, – заверил ее Алекс. – А после моего ухода, если тебе так страшно, сможешь водрузить свои прутья на место.

И пока она раздумывала над его словами, он поднатужился и сам оторвал решетку от стены. А еще его невозможно было прокормить. Ел он постоянно, что выглядело очень странно при его худобе. Иногда Феофании казалось, что этот обжора способен проглотить слона. По крайней мере, ее холодильник он опустошил за несколько часов.

К тому же теперь в ее доме постоянно стоял какой-то шум, а она так привыкла к тишине. Грановский то и дело гремел крышками кастрюль, ругался с Феофанией, гонял трех ее кошек или, того хуже, принимался с ними играть. Они носились по всему дому, не давая хозяйке ни минуты покоя. Хорошо, что иногда Алекс исчезал в зеркале – отправлялся в загородный дом Бестужева проверить, не вернулись ли двое грабителей из Зерцалии. В такие моменты в доме снова наступала блаженная тишина.